Верно.

Он бы не проник в моё убежище, не пожелай я этого, а ведь я сама пригласила его прийти всего несколько часов назад, и теперь назад пути не было. Если он сейчас убьёт меня, я не смогу ничего сделать, ведь желание быть с ним вопреки всему оказалось сильнее желания остаться в живых.

Этот остров и правда превратил нас в сумасшедших…

– И что дальше?
– дрожа, как лист на ветру, спросила непослушными губами, по которым прошёлся его большой палец.

– А есть варианты, стрекоза?

Я вздрогнула от детского прозвища, и дурацкая надежда встрепенулась из глубин моего нутра. Неужели он хоть что-то вспомнил? Неужели есть надежда, что за этим звериным взглядом ещё остался тот, кого я знала и любила?

– Ты… - не знаю, что хотела сказать, но внезапный злой поцелуй смёл любые вопросы.

Горячие пальцы чуть сжались на горле, тело впечаталось в моё, а я абсолютно точно поняла, какая жажда всё это время скрывалась в нём, и стало ещё страшнее.

А что же со мной сейчас происходит?

Я совсем растаяла, с радостью сдаваясь неумолимому жаркому урагану, кажется, собравшемуся меня уничтожить своей природной силой.

Колено раздвинуло мои ноги, на запястье стальным обручем сжались пальцы, а воздух категорически отказывался поступать в лёгкие, и, тем не менее, я всё ещё дышала, несмотря на полнейшую беспомощность.

– Доброе утро, красавица, - раздалось с порога, но я не смогла ему ответить по причине сильной занятости рта чужим наглым языком.

Поднос с завтраком со звоном полетел вниз, когда вошедший увидел всё сам.

– Отойди от неё немедленно!

В стену рядом с моей головой вонзился огромный кухонный нож, только это вообще не стало аргументом остановиться для того, кому на всё плевать.

– Не мешай, поварёшка, - отозвался тот, кто в жизни не позволял никого оскорбить, и продолжил меня пожирать, будто здесь кроме нас никого не было.

В следующий миг с порывом ветра в центре комнаты возник ещё один персонаж, а я только простонала от досады.

– Принцесса, я принёс тебе самые свежие фрукты… Тёмные боги, как он тут оказался?

Звуки звякнувшей стали вообще не впечатлили моё чудовище, и он только лениво оторвался от процесса, чтобы спросить:

– Сколько их ещё будет и кого мне убить первым?

Я знала ответ, но сказать ничего не могла. Хотелось истерически рассмеяться, потому что сил что-то объяснять и доказывать уже не осталось - было только желание, чтобы весь этот абсурд закончился без кровопролитий.

– Сейчас тебя самого прикопают, плесень, - сплюнул ещё один, ворвавшись к нам на огонёк в компании своего нового друга, тоже готового порвать любого, кто ещё на меня претендует.

Их итак уже слишком много, и я не знаю, как Риан нашёл Илая, а может, он сам согласился прийти, однако я ощутила облегчение, что они все здесь собрались и больше не надо никого искать, бегая по острову.

– Это все?
– так и не отпустив меня, спросил мучитель.

– Не совсем… - выдохнула я, всё ещё сходя с ума от его близости.

Сейчас, когда остальные четверо стояли вот так, все вместе, объединённые одной целью - убить соперника, я наконец-то поняла, в каком положении оказалась.

И только последний из них, вошедший незаметно, стоял в дверях, улыбаясь - он с самого начала знал, что по-другому не будет, и мне тоже пришлось с этим смириться. Кейн вспомнил, кто он, и то, как сейчас на меня смотрел, твердило, что всё происходящее сейчас - правильно, насколько бы безумно это ни было на самом деле.

– Так мне разобраться сначала с ними, а потом продолжим?
– вернул меня из раздумий Тай.

– Не надо никого убивать. Пожалуйста, - попросила, и полотенце, всё это время едва висящее на мне, вдруг упало к ногам, отказываясь выносить подобный беспредел.

Тело обнажилось, все мужчины, находящиеся сейчас в этом пространстве, застыли, устремив свои взгляды на меня, и мгновенно побросали оружие.

Как я вообще попала в такую ситуацию?

– А мне нравится такой тёплый приём, - протянул Тай, пока обстановка вокруг всё накалялась, и я уже было подумала, что сейчас меня просто съедят, но тут случилось новое потрясение.

Призрачная рука быстро подняла моё упавшее прикрытие, замотав меня в него так, что сама я вряд ли размоталась бы, убрала при этом оставленный бардак, и Кейн, явно прислушавшись к голосу своего разума, решил за всех: