– Потому что ваши могли жрать только друг друга. Как оказалось, добавление в смесь иного… ингредиента, сильно улучшает их аппетит, жажду к жизни и общее настроение, – очень и очень любезно ответила Джокеста. Ее рука непроизвольно потерла левую ногу, будто та внезапно заболела.

Глаза Джея расширились в ужасающем осознании. Он осмотрел зал, перевел взгляд на равнодушных Тенрьюбито и остановился на Джокесте Верен. После чего непроизвольно опустил глаза ниже… Верен всегда носила длинную, закрывающую все тело одежду. Джей ни разу не видел кожи Джокесты ниже подбородка… даже в недавнюю жуткую жару, когда остальные Драконы ходили в легких халатиках. Мальчик слышал о кораблях, что сошли с ума от голода и отчаяния. Если добавить в смесь Небесных Драконов и рабов… это был ад. Очень голодный, болезненный и полный ненависти ад. Как Джокеста вообще выжила?!

– Ох, и опять вы говорите загадками, – вздохнула гора мяса.

Загадками?! Да тут все очевидно!

– Ну, вы всегда были странной. Даже не стали ждать помощи и сбежали с корабля, – махнула рукой дородная женщина.

Ах, так вот как она выжила. Конечно чудо, что ее святейшество смогла добраться до суши без Поса... но в такой ситуации, и Джей прыгнул бы за борт и поплыл вплавь. Морские хищники хотя бы не жаждут пытать тебя, перед тем, как убить.

– А что, к остальным помощь успела? – с каким-то болезненным любопытством уточнила Верен.

– К сожалению, к тому моменту грязный воздух Нижнего мира убил их возвышенные тела, – печально вздохнула гора мяса – И почему они не одели комбинезоны?

– И вправду. К сожалению, этого мы уже никогда не узнаем, – протянула Джокеста – Все таки грязный воздух работает тщательно, – сухо заметила женщина.

Грязный воздух правда опасен для Небесных Драконов? Почему-то Джей не очень в это верил… нужно будет спросить ее святейшество позже. Мальчик окинул тело Верен взглядом… то было напряжено как натянутая струна.

Или никогда, – молча заключил снайпер. В отличие от остальных присутствующих, Джей смутно подозревал о такой вещи, как «больная тема». Все-таки он ненавидел, когда кто-то упоминал исключение. И почему-то ему казалось что воспоминание о корабле, полном ненавидящих тебя до глубины души людоедов, было такой темой.

– Но все же, почему вы не вернулись сразу? – спросила дородная – Мы конечно понимаем, что многим детям бывает скучно в Верхнем Мире, но есть же приличия, – посетовала женщина.

Детям? – испуганно подумал Джей.

– Посмотрите, что стало с вашей сестрой, которую вы с собой утянули. Бедняжка тоже отравилась… а ведь ей было всего… – тут женщина поморщилась, будто пытаясь вспомнить.

– Клавдии было девять. Как и нам, – любезно подсказала Верен.

Как ни странно, эта тема не вызвала в ней сильных эмоций. Казалось она даже немного успокоилась. А вот Джей наоборот почти закоченел. Ему не нравился этот разговор. Это была плохая, болезненная беседа… поэтому, разумеется эти… существа невозмутимо ее продолжали.

– Ну вот. Вам повезло, что вы пережили тот мерзкий воздух, – поморщилась дородная женщина – Но почему вам потребовалось столько лет, чтобы добраться к нам?

– Дети бывают весьма любопытны, – только и сказала Джокеста.

Джей потерянно на нее покосился. Он был СОВЕРШЕННО уверен, что два ребенка пережившие ад, постарались бы как можно быстрее вернуться в безопасное место. За этой фразой скрывался целый океан темной, болезненной истории и мальчик совершенно не хотел туда лезть. Особенно учитывая, что по пути сестра святой Верен куда-то подевалась (У нее была сестра?!).

– Ох молодость, – вздохнула дородная – Ну да ладно, что было, то было. Главное, что вы вернулись в Верхний Мир и постепенно отчистились от вони, – ободряюще заметила женщина.

Джокеста только улыбнулась. Джею казалось, что теперь она будет улыбаться вечно.

– И теперь вы наконец-то достаточно чисты, чтобы выбрать себе другого жениха, – оживленно пробулькала гора – Конечно, по-настоящему великие мужчины не смогут вас взять… но менее великие легко. А если вы желаете настоящего мужчину, то место нашей первой наложницы всегда свободно для вас, – ухмыльнулся он.

Джей не понял смысла этой ухмылки. Но это было что-то мерзкое. Эти существа не могли делать что-то хорошее, значит… «первая наложница», это плохо.

Джокеста улыбнулась шире. Джея передернуло от ощутимой жажды убийства, которой шибануло от женщины.

Да, «первая наложница» это что-то очень и очень плохое. Нужно запомнить.

– Боюсь наш отец был традиционалистом, и мы, как его... преданная дочь, поддерживаем желания родителя, – на секунду, голос святой Верен дрогнул – Первый кандидат остается первым кандидатом, пока его не победит более сильный, – заключила Джокеста.