Да уж намучились мы с «новой» технологией, но разрешения в три микрона мы всё же достигли. Кто-то скажет, что рано мы начали гонку технологий — пупок развяжется, но здесь не соглашусь, вот как раз эта гонка и дала пинок нашей электронной промышленности. Медленно, со скрипом, но отношение верхов к электронной промышленности стало меняться, еще бы, незапланированный приток валюты из области производства полностью затратной, кто бы мог подумать. Хотя там до самоокупаемости было как до Луны.

Четыре раза пришлось делать маски, так как их совмещение производилось по старой технологии, а она уже для этого не годилась, не дело это елозить ей по поверхности пластины, нужно либо поверхность маски укреплять напылением защитного слоя, либо бесконтактный метод изобретать. И то и другое приводило к ухудшению качества. Ну и остальное там по мелочи: обороты на центрифуге понадобилось поднимать, иначе толщину фоторезиста было не обеспечить; качество газовых смесей пришлось улучшать, сколько при этом пришлось выслушать гадостей от их производителей; установку ионного легирования тоже требовалось перенастраивать, чтобы избавиться от волновых явлений. Ну и под конец, чтобы жизнь мёдом не казалась, наша беда и боль — печи, теперь и они требованиям перестали удовлетворять. Лишь на четвертый раз мы получили сразу три полностью исправных микросхемы, еще бы немного и провалили бы задание МЭПа, но всё же сумели выехать на кривой козе к концу мая и после предварительного тестирования смогли заявить, об успехе. Дальше требовалось закрепить успех и провести полное тестирование микропроцессоров, но это будет уже без меня, так как проснулась военная кафедра и нас отправили на летние сборы.

Вот так, как прошло время последнего зачёта, и весь наш теперь уже пятый курс в почти полном составе отправляется на военные сборы сроком на два месяца. Вот же печаль. Но это не было выдумкой именно нашей военной кафедры, так было почти во всех ВУЗах СССР и даже больше скажу, по окончании учёбы многим грозил призыв на службу на весь срок в два года. Каким образом отбирались эти счастливчики, для меня оставалось загадкой. Но то, что я с большой долей вероятности окажусь среди них, для меня было очевидно, уж слишком неприязненно на меня продолжал коситься Булыгин, а ведь ему станется меня и в ВМФ запихать, тогда еще один год дополнительно долой. И вообще пора уже что-то делать с этим зав. кафедрой. Ладно, приеду со сборов, надо будет что-нибудь придумать, чтобы на пенсию его отправить, возраст у него подходящий, «железяка» мне в помощь, а то ведь действительно придётся терять два года.

Вообще моё отношение ко всему этому неоднозначно, армия в СССР нужна, тут никуда не денешься, только дай слабину, как нас сразу попытаются испытать на прочность. Но нужна армия, профессиональная, а не та показуха, которая сейчас существует. Что толку от того, что студенты два месяца «бьют балду» на сборах. Конечно же, физическая подготовка там ежедневная, приучают бегать и в хорошую погоду и в период ненастья, учат не рассуждать, а тупо выполнять приказы, как же без этого, меньше спать, быстрее принимать пищу… да много чему учат. Но не учат главному, воевать. Пара выездов на полигон, где одно занятие было посвящено теоретическому знакомству с автоматическим оружием и одно практическое занятие, где разрешили выстрелить по мишени пять раз.

А, да, обязательны ежедневные занятия

… то есть политическая подготовка, где мы должны были читать передовицы газет, и клеймить американский империализм во всех его проявлениях. Мне честно сказать, такие «занятия» особенно не нравились, так как прививали стойкое чувство отвращения к существующей в СССР практике ведения пропаганды. И думаю, не одному мне такой «армейский юмор» приходился не по душе, но никуда от этого не денешься, не умели наши «сапоги» нести в массы доброе-вечное. Так и прошли эти сборы, в своей среде пытался не выделяться и не умничать, что мне с успехом удалось, всё-таки опыт прошлой жизни в этом сильно помог. Вернулись в родной институт только за неделю до начала учебного процесса, видимо военные сборы здесь считались отдыхом в летнем лагере. Вот вроде два месяца прошло, а вспомнить кроме курьёзных случаев нечего. Кому такие сборы нужны?

Казалось бы, что может произойти всего за два месяца, а оказывается очень много.

Во-первых, закончили тестирование нашего шестнадцати разрядного процессора, он подтвердил те характеристики, которые мы планировали — достигнута частота работы ядра процессора в двадцать мегагерц. Не так чтобы прямо «ух!», но результат гораздо выше среднего, особенно если учесть размеры, теперь уже мини ЭВМ. А когда запихаем процессор на материнку, где планируется использовать математический сопроцессор, то это будет уже бомба. Троцкому была объявлена благодарность, выделена министерская премия участникам работ и на этом всё, в МЭП получили что хотели, а вот заказов на наши процессоры не последовало. Ниша ЭВМ была занята другими моделями и там коллективы четко держали оборону, мол, не надо нам ничего нового у нас и так всё есть. Положение могло спасти только ПО, которое могло сломить сопротивление ретроградов, но эта задача не из простых.

Во-вторых, лаборатория Бурлакова тоже закончила работу по накопителям, и если судьба жёсткого диска сейчас находилось в неопределённости, никак не могут найти заводы, которые возьмутся за выпуск этого изделия, то относительно дисководов для дискет мнение было однозначным — в хозяйстве СССР это не нужно. Ну да, конечно, большим дядям эти дисководы не понравились, зачем они нужны, когда есть перфолента и перфокарты. Сразу видно, что министерские витают в облаках, значит придётся опять пробиваться через буржуев, они-то сразу поймут, в чём выгода.

И в-третьих, Марчук отчитался о внедрении первого этапа системы продажи железнодорожных билетов «МАРШРУТ-1», и теперь начался период опытной эксплуатации, который должен подтвердить эффективность её работы. А это значит, что выпуск нашей «Эврики» продолжится. Хоть одна приятная новость.

Однако почивать на лаврах мне было некогда, пришлось бежать в артель «Прогресс», чтобы они прямо немедленно заключили договор с лабораторией Бурлакова, на оплату работ по разработке дисководов. То есть стали владельцем этой разработки. Зачем? А для того, чтобы запатентовать эту игрушку по прежней схеме через Югославию. Но с тем отличием, что теперь владельцем патента будет только наша артель, а югославы будут оказывать нам услуги по сопровождению. Почему тороплюсь это сделать? Так в том-то и дело, что компания IBM должна начать выпуск восьмидюймовых кассет уже в этом году, а в следующем они планируют получить на них патент. Конечно, различия в дискетах и дисководах будут весьма существенны, там и размер будет другой, и кинематика немного будет отличаться, но если подать заявку позднее, в США появится возможность нам в ней отказать. А они при малейшей возможности сделают это обязательно, вот и нужно не оставить им шансов, правда требуется еще продумать формулировки в патентах таким образом, чтобы никто не мог нас объехать, вроде того, как придумали в свое время для швейной машинки. И ещё, нам нужно застолбить это направление хотя бы на первое время, понятно, что конкуренции мы не выдержим, кинематика в дисководе простая, любая зарубежная фирма в состоянии её повторить, но вот с контроллером всё не так однозначно, здесь у нас будет несколько лет форы. А уж если все эти устройства снабдить драйверами для всех типов машин, то это будет вообще прорыв, однозначно!