Бьякко — белые лисы, наиболее близкие богине Инари. Считаются символом удачи и защиты на всей территории Японии. В данном случае мы имеем дело с «кюби но кицунэ» — девятихвостой лисой (высшего ранга из возможных).

Та, что болтается, притороченная на место манипулятора — ногицунэ. Дословно — «полевая лисица». Персонаж взбалмошный и дикий, следующий исключительно за сиюминутными желаниями. Трикстер, от которого никогда не знаешь, чего ждать.

— Весьма приятно, — вежливо соврал я.

— Судя по тому, что ты ни разу не упомянул мою дочь в прошедшем времени — она жива. Отдай мне её.

— Она совершила нападение на подданных государства Российского. Взята в плен. А что уж дальше — фронтовое начальство решит, звиняйте.

— Она. Моя. Дочь. — Мне показалось, что от этой негромкой фразы вода под мостом остановилась. Или не показалось.

— И что же дальше, сударыня? Все мы чьи-то дети… — меня начинала утомлять эта бессмысленная беседа. Если я не отдам пленницу — нас убьют. Отдам — нас всё равно убьют. И каждый раз непременно самым изощрённым способом. Уж из уст Айко я наслушался таких угроз…

Японка дёрнула уголком рта:

— Ты не понимаешь, кто я?

— Почему? Прекрасно понимаю. Если ваша дочь — лиса, значит и вы, уважаемая — тоже. Но это абсолютно ничего не меняет. Освободите путь или извольте принять бой.

— Ты-ы-ы, маленький смешной человечек!..

— А верно ли говорят, — спросил вдруг Дашков (и лиса от неожиданности даже бровь приподняла), — что все кицунэ боятся собак? И знаете ли вы, что медведи, даже белые, — он живо обернулся ко мне, — включены в отряд собакообразных хищников*?

*Да-да, недавно медведи

выведены в отдельный отряд.

Но Дашков этого не знает.

У лисы на мосту сделалось такое лицо, как будто она сейчас отскочит, да ещё и юбки поддёрнет, чтоб её за подол не тяпнули. А потом глаза её широко распахнулись…

…а сзади меня похлопали по плечу.

ВЗРОСЛЫЕ ИГРЫ

Самое страшное, что даже Зверь ничего не почувствовал, и это было совершенно неожиданно.

— Молодцы, парни! Красавцы прям! Обязательно доложу вашему начальству. А ты, Тамамуся — сойди с моста!

Невысокий, кряжистый боец в потёртой походной форме шагнул мимо меня.

— Зачем? — неожиданно белозубо улыбнулась Бьякко и… кажется, облизнулась?

— Сломаем же. Зачем ломать, если можно не ломать? И мост, и земелька эта нам с тобой обоим интересны. Биться будем, мириться ты всё одно не захочешь. Кто превозможет — за тем и останется.

— Хорошо, старый враг! — Лиса одним плавным прыжком перелетела к нам на берег, чуть в сторону. — Пусть так, хоть я тут и не из-за жалких человеческих полей и построек! Вот убью тебя и заберу дочь.

— А что, рыжая тоже тут? Так ты за ней пришла на мою землю?

— Это не твоя земля! — сердито фыркнула японка.

— Вся Россия-матушка — моя земля! И не тебе меня поучать, старая шапка!

Кицунэ совершенно по-женски возмущённо открыла рот и притопнула ножкой:

— Шапка-а-а-а? Ну, я тебе задам, пень трухлявый!

— Ну-ну, давай, — усмехнулся дядя, одним мигом перемещаясь на полсотни метров в сторону лисы. — Один тё*, как раньше?

*Тё — японская мера длины, 109 м.

Есть одноимённая мера площади,

и она мало отличается от круга

диаметром 109 метров.

— Ядрёна колупайка, это кто? — толкнул я локтём Дашкова.

— Это сам Святогор! Кавалерия прибыла!

— Да-а! — крикнула лисица, и над обоими засиял сдвоенный защитный купол.

Сквозь прозрачную полусферу было неплохо видно, хоть мы с Дашковым на всякий случай и отступили подальше.

— Я надеюсь, ты хоть иногда тренировалась, белобрысая? — подначивал лису Святогор. — Или на всё забила, только во дворце для своего узкоглазого палку со струной пилишь?

— Смейся-смейся, длинноносый варвар! Посмотрим, как ты будешь смеяться после вот этого!

Купол осветился слепяще-белым и словно слегка вспух, треск пошёл, как от множества разом выпущенных фейерверков.

— Только то?! — захохотал Святогор. — Держи ответку! — На сей раз мигнуло синим и оглушающе грохнуло «БОН-Н-Н-НГ!!!», с металлическим таким призвуком.

— Ах-ха-ха-ха-ха-ха-а-а! — пронзительно засмеялась лиса. — Я вижу, гайдзин, не умеющий отличить кокю от сямисена, ты-то учился колотить кочергой в железный таз? Съешь-ка вот это!