Глава 8

Настя пребывала в пространственном шоке балансируя на грани истерики от свалившихся на нее проблем по управлению поселением. Это не военная база внешнего экспедиционного корпуса, живущая строго по приказу своего командования и даже не муры Кабана, которых она прижала к ногтю это гражданское поселение, в котором нужно удержать оставшихся людей и сделать это не властным приказом, а сугубо добровольно по их интересу. Мало того, необходимо привлечь в стаб уехавших и новых жителей. Вот за что ей это новое наказание. Да, именно наказание и ни как иначе. Она планировала произвести разведку сил засевших в городе бандитов, потешить свое самолюбие тем что, являясь для все фигурой нот гранда проникла в когда-то сильнейший стаб региона. А потом, в будущем, тщательно спланировав операцию с помощью своих замов, произвести захват поселения. Хочешь рассмешить великую прародительницу всего сущего, расскажи ей о своих планах, да тут похоже и рассказывать не пришлось просто шепнула и на тебе. Вот так с Мирным и получилось. Вместо всего задуманного, стаб просто упал в ее руки как перезревшее, гнилое яблоко. Именно гнилое и ни как иначе со своей мгновенно разросшейся червоточиной безвластия и вседозволенности. Забавно, но стаб сходу проглотил новое уголовное законодательство где за небольшие преступления на три года отправляют на ферму по изъятию внутренних органов, а за серьезные в храм для принесения в жертву Тейе. И ведь многие, кто бывает на свободных кластерах самолично, видели, что такое килденковская жертва во всей красе. Но ничего, съели и переварили, стрелять по толпе не пришлось хотя она была к этому готова, а может и подсознательно желала этого, тогда было бы в разы меньше проблем. А может остаток людей в поселении, настолько рвется к единой власти всем понятной и предсказуемой пусть даже и тиранической. Посмотрев на себя в зеркало, Настя демонстративно наморщила носик и подмигнула своему отражению. Тело на миг стало непослушным, глаза, смотрящие на нее из отражения, превратились в звериные и попытались в ответ подмигнуть, но получилось плохо в перекос. Женщина снова почувствовала себя в себе, развернувшись пошла прочь из комнаты. Она та, которая не она, ее не пугала. Если две женщины заперты в одной клетке, то они всегда договорятся миром. Это если выпустить их на свободу, то тогда смертельная схватка неизбежна. Одно понятие, заклятые подруги, которым никуда друг от друга не деться.

В стаб для армейского усиления и наведения полного порядка еще не прибыли солдаты внешнего экспедиционного корпуса по ее приказу, отданному через Чеха. Поэтому рейд к супермаркету был рискованным. Но необходимость пополнять запасы поселения и налаживать привычную жизнь, перевешивала риск готовящегося против ее власти бунта в разы. Еще немного и те, кто совсем остался не удел, начнут голодать. Вот ведь, очередная проблема на ее гладко выбритую голову, спрятанную под рыжим париком. Продовольствия на кластерах море, приходи и бери сколько унесешь. Вот только правда жизни такова, что основная масса людей, попавших в мир Улья не рейдят по кластерам. Они из стаба выезжают только на профилактику трясучки под серьезной охраной, вот ведь, еще дополнительная забота, профилактика. Нет, это очень полезные и нужные граждане без которых нормальная жизнь поселения невозможна. Ремонтники, электронщики, строители, проститутки в конце концов без которых у мужиков просто сорвет крышу и те такого наворотят что сами потом ужаснутся. Вошедший к ней после легкого стука в дверь Седой, проговорил.

– Вечер в хату пахан. Может повременишь с рейдом. Нет, в натуре я секу чо со жратвой в стабе полный швах, но шепоток идет, чо мочить тебя будут за забором. Кто из фраеров я не просек еще, мутно все до беспредела. И это, как только ты из хаты свалишь буча намечается.

Настя, посмотрев на мужчину своим не мигающим взглядом, тяжело вздохнув, ответила.

– А то сам не понимаешь, что уже завтра будет нечем кормить работяг. А притаившиеся обезьяны на этом с играют, подняв народ против нас. Против всего стаба мы можем не потянуть. Еще хуже будет если вдруг все-таки потянем. Думаю, и без моих измышлений все понял.

– Да секу я за эту тему в натуре. В общем у меня если чо, все готово. Чех, как и добазаривались из нашей нычки “Шмелей” два десятка припер. Эти фраера без вариантов через КПП ломанутся ну мы их и встретим.

После, улыбнувшись и сверкнув своими фиксами, Седой добавил.

– Все ништяк пахан будет не один чертила не уйдет в говно замесим. Мне просто за тебя ссыкатно. Ты это, повнимательней там в натуре мать.

Настя ощутила нахлынувшую в душу теплоту. Подшагнув к мужчине, она приобняла того прижав по-матерински к груди.

В коридоре ее поджидала Гала, вопросительно смотря с верху своими не человечьими глазами. Ненадолго остановившись, Настя, твердо глянув на квазуху, проговорила.

– Сказано было, одна обезьян в рейд поведу. Ты здесь нужнее. За Чудой приглядывай она еще бестолковое дите хоть и мнит себя большой и взрослой. Вот только не начинай мне свои доводы приводить, сама знаю, что-либо меня прибить попытаются либо в стабе бунт поднимут ну или все сразу. Тут выбора нету совсем, не перетянем народ на свою сторону будем чужаками, а голод уже начал за глотку оставшихся бабуинов брать. По газам вижу, что дальше могу не продолжать. Будьте на чеку.

Пока ее, на патрульном пикапе по пустынным улицам поселения, Илонна подвозила на КПП стаба к сборной колонне на рейд, Настя инструктировала коменданта Мирного.

– Чуда, будь внимательна. Учти, что несмотря на кажущуюся нормализацию обстановки, поселение может взбрыкнуть из-за какого ни будь пустяка, а верных солдат что не предадут у тебя всего десяток. Не геройствуй, а то по глазам вижу нахваталась у одной безумной тетки того чего не нужно. Если что пойдет не так сразу занимайте оборону в здании администрации. В случае невозможности удержаться, бойцов не жалей прорывайся к подземному ходу. Я потом за каждого своего солдата самолично спрошу с обезьян по-своему. Главное, ты выживи. Чуда, помни, ты мне нужна. И самое главное не забывай ни на секунду даже во сне, для них ты никогда не станешь своей, помни, никогда. Да, за остальных не переживай у них своя задача на КПП. Взрослые уже, справятся.

От этих непривычных слов, накрепко запавших в душу Илонны, она непроизвольно покраснела. Никто и никогда из военного руководства ничего подобного ей не говорил. Всегда была постановка задачи и требование ее выполнения любой ценой и никого не волновала ее жизнь. Посмотрев на своего генерала, женщина, стараясь удержать невозмутимость на лице, вопреки в битому намертво уставу, проговорила проседающим голосом.

– Настя, все сделаю.

Вот и КПП на выезд из стаба к которому выстроилась колонна из восьми грузовиков, привычно для Улья обшитых железными листами с наваренными штырями арматуры в сопровождении двух БМП охранения. Сиротливо смотрелся выкрашенный в камуфляж песочные часы, стоявший чуть с боку пикап с крупняком в кузове. Возле машин скучковавшись по группам, курил собравшийся в рейд народ. Оглядев недовольно это разномастное сборище, кто на что горазд, Настя, вспомнив порядок и дисциплину среди солдат внешнего экспедиционного корпуса, сердито наморщив носик отправилась к головному БМП от которого ей навстречу выдвинулся командир машины передового дозора, Кудрявый. После его рапорта.

– Начальник, все в порядке можно двигать за жратвой.

Настя, едва удержалась от захлестнувшего ее желания свернуть шею этому недоумку. Очередная обезьяна, ничего не понимающая в мире Улья, решившая что если забраться в бронемашину и выставить вперед ствол орудия, то жизнь удалась. Собрав всю волю в кулак, она, с усилием сдержавшись, сказала.

– Выдвигаемся.

Устроившись в кабине первого грузовика, женщина, покосившись на водителя, явно боявшегося ее как ядовитую змею и оттого сместившегося к своей двери, рявкнула, чувствуя, что накатившее раздражение начинает только нарастать, ядовитым плющом оплетая ее душу.