И снова, через десять суток, мы выпрыгнем первыми, потом появятся фрегаты, а там и до крейсеров дойдет.

Скучно и нудно.

– Кай! – Мита нарисовалась на экране, требуя моего личного внимания. – «Ульдака» в системе не было.

– Зашибись! Мита, а раньше сказать об этом можно было?! – Я принялся лихорадочно прикидывать и просматривать вероятности, готовясь к пересчету курса. – Где должна была быть его выходная точка?

– Не суетись. – Мрачная дама шмыгнула носом и захотелось ее прибить. – Остальные пусть прыгают по координатам, а нам придется прыгнуть на три дня, а потом их догнать…

– Мита… Какая скорость у «Ульдака»? – Известие о дополнительном прыжке на три дня меня совсем не радовало.

– «Ульдака» быстрее. Где-то на треть. – Мита снова шмыгнула носом.

– То есть… - Я принял данные и начал пересчитывать уже известный маршрут. – А сказать об этом раньше можно было?!

– Ты повторяешься… - Мита поморщилась.

– Я тебе это еще не раз повторю! И припомню! – Мрачно пообещал я, рассматривая получившиеся цифры.

Дважцать три прыжка!

А ведь это я еще не в полной мере знаю маршрут, ведь явно же где-то будут «поворотные» точки, а где-то, в связи с испытаниями, могут быть и другие прелести жизни!

А Мита лежит себе в капсуле и зажимает необходимую мне, жизненно необходимую мне, информацию!

Звезды всемогущие, найдите ей мужа, а?!

Пусть он ее в койку, до потери сознания, а потом ей лень будет выделываться и секретность наводить на ровном месте!

«Фрегаты ушли» - Искин «Ипохондры» тяжело вздохнул.

«Принять новые координаты прыжка для крейсера «Ипохондра», остальным об изменении кординат не сообщать!» - Я скинул трижды проверенную «дорожку» и со вздохом вышел из слияния.

Через час крейсера упрыгают, а мы – следом, минут через 15.

Система пустая, признанная «условно безопасной», так что капитану на мостике делать нечего, а вот пойти и выпороть непосредственного куратора – самое то время!

Я помахал рукой молчаливым капсулам, в очередной раз забыв, что «Ипохондра» в походе – очень молчаливое государство.

Народ предпочитает проводить время либо в капсулах погружения, либо в кают-компании, переводя дух после вахты.

Хмыкнув, наведался в кают-компанию, набрал аграфника, плеснул в него кофе, отхлебнул и пошел выяснять отношения с Митой Инг, нагло пытающейся скрыться от меня в виртуальности и заявляющей, что я не имею права ее беспокоить!

Пришлось напомнить, что она на МОЕМ корабле, отрубить ей все каналы связи и активировать экстренный выход из капсулы.

Блин.

С одной стороны, знал бы я, что она в капсуле голышом отжигает, хоть комбез бы ей приготовил, а с другой… За время нашей совместной работы я ее голые прелести столько раз видел, что ничего нового и не обнаружил!

– Скотина ты, все-таки… - Мита сморщила носик. – Надо было, надо было тебя тогда соблазнить…

– Мита… Мы это уже проходили. – Я уселся на ее закрытой капсуле, прямо напротив узкой кровати, на которой устроилась, завернутая в простыню, моя экс-начальница. – Давай, рассказывай об этом хреновом «Ульдака», все, что сама знаешь. Ведь один раз я смогу объяснить задержку «Ипохондры», но… С вашей долбанной секретностью, чую я, таких «задержек» может стать подозрительно много!

– «Ульдака»… - Мита Инг скривилась. – Реально, крейсер 11 поколения, с элементами 12-го и псионическими, на 10%...

– Чего?! – У меня отвисла челюсть. – Псионическими? То есть – артефактными?

– Ага. Прикинь… Если твои друзья аграфы узнают, что мы можем получать некоторые типы артефактов в промышленном масштабе, они нас под орех разделают. – Женщина поплотнее закуталась в простыню. – Вот только, фиг с ними, с артефактами, там, на борту, экспериментальный «генератор пробоя» в иное измерение!

Я чуть не вякнул, что на «Ипохондре» таких генераторов дофига, но мужественно захлопнул варежку!

– А еще, на этом чертовом корабле, сын герцога…

– Герцога Жиу?! – Я присвистнул. – Офигеть! А на фига он там?!

– А кому можно доверить секретность такого уровня, как не родной кровиночке?! – Мита шмыгнула носом и, судя по подергиванию плеч, приготовилась заплакать.

– Ладно. Хрен с ним, с экипажем. – Я спрыгнул с неудобной капсулы и сел на кровать, рядом. – Что там у него со скоростью и дальностью прыжка?

– Ну, до аграфских, по скорости, не дотягивает, но вот по дальности одного прыжка… - Мита улыбнулась. – Перекрывает, с легкостью.

– То есть… - Я подозрительно уставился на «экс». – Может получится так, что прыжков придется делать намного больше?!

– Скорее всего, придется делать немного больше. По полетному плану, «максимальных» прыжка должно быть всего два – один по дороге «туда», другой в обратную сторону.

– И «туда», «Ульдака», разумеется, прыгнула? – Я вздохнул. – Так и сколько нам придется переться?