Услышав топот множества сапог по мостовой, я повернул умирающего в моих руках человека навстречу новой угрозе, но, к счастью, увидел только Адлара и Вдову.

— Четверых достали, — сказал Вдова. — Остальные сбежали.

— Хватит визжать! — прорычал Тайлер, пиная в живот человека, которого он подрезал. Но убийца слишком погрузился в свою боль, не обращал внимание на предупреждения и продолжал кричать, вцепившись в окровавленные ноги. — Милорд, вам нужно, чтобы он заговорил? — спросил Тайлер, поставив ему ногу на грудь и занося нож для последнего удара.

— Е-еретики! — прохрипел раненый. Перед лицом неминуемой смерти в нём разгорелась отвага. Он сверкнул белыми зубами на замазанном сажей лице. — Рабы Блудницы Малицитской!

— Хватит, — посоветовал Тайлер, сильнее надавливая сапогом на грудь непокорного парня. — Кто тебя послал, визгун?

— Мы знаем, кто его послал, — сказал я. — Вряд ли клинок, нанятый Алгатинетами, оказался бы настолько решительным. И к тому же, он бы не промахнулся.

— Тут могут быть и другие, — предупредила Вдова, глядя на крыши.

— Это верно. — Я жестом показал Тайлеру отступить назад. — Отпусти его. — Присев возле набожного убийцы, я посмотрел в его пылающие бесстрашные глаза, чувствуя разом восхищение и отвращение. — Ты верный пёс недостойных господ, — сказал я. — Если когда-нибудь откроешь сердце истине слова Леди, найди нас в Атильторе. Она прощает всех.

Я выпрямился, бросив взгляд на мёртвого сутенёра, который невольно спас мне жизнь.

— Пошли, — сказал я, жестом показав остальным следовать за мной, и побежал прочь. — Забираем лошадей и убираемся из города.

— А ответ принцессы? — сказала Джалайна, догоняя меня.

— Думаю, она только что его дала. Может, участия она и не принимала, но наверняка знала об этом. Нам в этом городе больше не рады.

— Значит, война.

Я фыркнул от смеха, не прикрашенного даже каплей веселья.

— Дело с самого начала шло к войне.

Два полных дня мы ждали, что Эймонд и Эйн появятся на перекрёстке, но никаких путешественников на нём подозрительно не появлялось. Я надеялся, что хотя бы какие-нибудь телеги и проходящие торговцы пожелают поделиться сплетнями и слухами, но даже в этом мне было отказано.

— Похоже, принцесса закрыла город, — сказал Квинтрелл. — Ваше внезапное отсутствие не прошло незамеченным, милорд.

Его слова звучали разумно. Когда мы выходили через второстепенные южные ворота в городских стенах, два скучающих стражника едва подняли головы. Либо Леанора ожидала новостей о моей смерти, либо, в случае, если я выживу, не думала, что убегу так быстро, с учётом важности её ответа Помазанной Леди. Это служило напоминанием тому, что принцесса-регент умна, но в то же время чрезмерно уверена в собственных махинациях.

— Они молоды, но умны, — сказала мне Вдова, когда мы сели у костра на вторую ночь у перекрёстка. — Если выход есть, то они его найдут.

— Не надо было их отправлять, — проговорил я. Тревоги за поведение Эйн преследовали меня с тех самых пор, как я отправил их с Эймондом на задание. И чем больше я размышлял об этом, и об её прошлых проступках, тем более глупым казалось всё мероприятие. «Отправить в качестве шпионов фанатика и чокнутую девицу. Чтобы они днями и ночами ошивались по худшим уголкам Куравеля, в которых, несомненно, полно недобрых слов и цепких рук». Смогут ли подавленные, но, как я подозревал, дремлющие побуждения Эйн противостоять такому искушению?

— Время против нас, милорд, — сказал Квинтрелл. Он кривился, словно говорил неохотно и с сочувствием, но всё равно умудрился меня разозлить. — Принцесса-регент строит планы, вызывает вассалов…

— Я знаю, — рявкнул я так резко, что замолчал не только менестрель, но и Вдова с Адларом, которые до сих пор напевали мелодию и жонглировали ножами. Вздохнув, я подбросил веточку в костёр. — Ещё один день…

Лилат, как обычно, появилась в темноте без какого-либо предупреждения. Каким-то образом ей удалось передать эту незаметность даже своей пони. Она провела её незамеченной через пикеты Разведроты, копыта по траве почти не издавали звуков. Все остальные встрепенулись, Адлар выхватил нож, чтобы метнуть, а Вдова потянулась к боевому молоту. Квинтрелл — отличный шпион, но совсем не воин — рухнул на четвереньки и отполз на дальнюю сторону костра. Лилат их проигнорировала и с мрачным лицом подошла ко мне.

— Солдаты, — сказала она. — Пришли с востока, соединились с ещё большим количеством из города и отправились на север. Во главе у них человек, которого мы знаем.

— Большой человек? Лорд Элберт?

Она покачала головой.

— Человек, которого мы встретили во время смертельной прогулки на север. Тот, который выглядит, как женщина, которая болтает.

Альтерик Курлайн. Лорд-маршал королевского войска и отец Эвадины. Я всегда размышлял, будет ли он готов поставить долг превыше семьи, когда придёт время, и теперь получил ответ.