Я откладываю печенье, которое держу в руках, и качаю головой.

— Ни в коем случае, — заявляю я, и чистая ненависть проносится во мне. — Я не выйду замуж за Ксавьера. Просто отрекись от меня, бабушка. Я съеду завтра. Я могу собрать вещи уже сегодня.

Ни за что на свете я не выйду замуж за этого мерзавца. Единственное, что в нем есть хорошего, — это внешность, и будь я проклята, если пересплю с этим дьяволом, не говоря уже о том, чтобы выйти за него замуж.

— Выйдешь, — мягко говорит Вэл, к моему удивлению. — Ты выйдешь за него. — Предательство жжет — я ожидала, что все мои невестки будут на моей стороне.

— Только через мой труп, — огрызаюсь я.

— Что ж, — вздыхает бабушка. — Как выясняется, вполне возможно, что и через мой.

Бабушка берет с кухонного стола пачку бумаг и подвигает их ко мне, выражение лица у нее покорное.

— Я знаю, что ты не готова, милая, — говорит она. — Я ждала так долго, как только могла, потому что хотела проводить как можно больше времени со своей маленькой девочкой. Но Сиерра, мое время вышло.

Мои руки начинают дрожать, когда я разворачиваю документы, боясь того, что найду. Я никогда не видела, чтобы бабушка смотрела на меня так — с таким сожалением и душевной болью. Я перечитываю слова снова и снова, но, как бы сильно я ни хотела, они не меняются. Я поднимаю глаза со слезами на глазах, мое сердце разрывается.

— Рак кишечника? — спрашиваю я, мой голос срывается. Этого не может быть. Это уловка, попытка убедить меня выйти замуж за Ксавьера?

— Я сопровождала ее к врачу сегодня утром, — пробормотала Вэл. — Она взяла меня с собой, потому что не думала, что кто-то из нас поверит ей иначе. Это правда, Сиерра.

Бабушка обводит взглядом комнату, на ее лице играет милая улыбка. Она смотрит на нас так, будто это в последний раз, будто хочет запомнить все до мельчайших подробностей, и это разбивает мне сердце.

— Как давно ты знаешь? — спрашивает Лекс, его голос хриплый, лишенный его обычной легкомысленности.

— Около года. Я стара, Лекс. Я смирилась с тем, что мое время пришло, и не хочу тратить оставшиеся несколько месяцев на то, чтобы стать еще более больной и хрупкой от химиотерапии. Все в порядке, правда.

Она болела целый год, и никто из нас не знал? Сколько всего она пережила в одиночку, страдая молча? Я прикусываю губу, пытаясь сдержать слезы, но они все равно падают. Я была так мала, когда авиакатастрофа забрала у нас родителей, что почти не помню их. Бабушка — единственная, кто вырастил меня, и я не могу ее потерять. Она для меня все — образец для подражания, единственная родительская фигура и моя самая большая поддержка. Я не знаю, кто я без ее печенья, ее смеха, наших еженедельных семейных ужинов.

— Я знаю, ты думаешь, что ненавидишь его, — говорит бабушка, ее голос наполнен пониманием. — Но он будет любить тебя так, как ты заслуживаешь того, чтобы тебя любили, Сиерра. Ксавьер будет защищать тебя и продолжит быть рядом с тобой, когда я больше не смогу. Я знаю, что ты не хочешь выходить за него замуж, но, милая... это мое последнее желание.

Глава 16

Ксавьер

— Объясните мне это несоответствие, — говорю я своей команде, указывая на слайд, который они мне представили.

Фархана, мой технический директор, тут же начинает яростно печатать.

— По-моему, это неправильно, — соглашается она.

Митч, мой финансовый директор, наклоняется и смотрит на экран Фарханы.

— Позвольте мне пересчитать это, — говорит он, и его голос дрожит. — Я не представляю, как это могло произойти.

— Как, черт возьми, никто из вас не заметил этого, когда я с первого взгляда заметил, что цифры не могут быть правильными? Я бесчисленное количество раз говорил вам, насколько важен этот проект — особенно если учесть, что он совместный с компаниями Windsor Real Estate и Thorne Developments. Подобные элементарные ошибки заставляют нас выглядеть плохо не только перед клиентом, но и перед коллегами, конкурентами. Никто не покинет эту комнату, пока эти цифры не будут решены, а слайды не приобретут презентабельный вид.

Как по команде, двери в конференц-зал распахиваются.

— Боюсь, я не могу просто так позволить вам войти, — говорит Сэм, его голос неистовый, но мою будущую жену уже не остановить.

Входит Сиерра, ее прекрасные глаза окрашены в красный цвет, как будто она плакала. Мое сердце разрывается, когда я поднимаюсь со своего места, — подтекст очевиден. Она узнала о нашей помолвке и не просто недовольна этим, она опустошена. В этот раз она застала меня врасплох. Я не думал, что она хорошо отреагирует на новость, но не ожидал, что она ее огорчит.

— Сиерра, — говорю я, вежливо кивая, мой тон мягкий и осторожный.

Ее глаза блуждают по членам моего совета директоров, и ее щеки становятся удивительно румяными.

— Мне очень жаль, мистер Кингстон, — говорит Сэм. — Я просил ее подождать, но встреча длилась дольше, чем ожидалось, и она подумала, что я просто тяну время...

— Ты заставил ее ждать? — спрашиваю я, в моем тоне звучит нотка опасности. Ему лучше знать, как заставить Сиерру ждать, но, опять же, она никогда не входила в мой кабинет в рабочее время. Она только врывалась в дом, чтобы на следующий день найти меня и устроить хаос.