— Привет, — в ответ она искренне улыбается.

— Даш, мне нужно… — только хочу рассказать об изменениях в расписании, как Полина опережает меня, задавая вопрос.

— Марк, ты обещал мне билеты на ближайший домашний матч. А эти билеты на игру аж почти через две недели. Почему так?

— Нам сегодня самим только сказали, — Илья облокачивается на спинку дивана, сцепляя руки в замок за головой. — С завтрашнего дня у нас начинается серия выездных матчей, поэтому домашняя игра и переносится на почти на две недели. Поэтому он тебя не обманул. Билеты, что ты держишь, это действительно билеты на ближайший домашний матч.

— Понятно, — со вздохом произносит Полина.

— А когда и во сколько у вас выезд? — не скрывая своего расстройства, тихо уточняет Даша, смотря только на меня.

— Завтра, в шесть утра нужно уже быть в автобусе, — с сожалением в голосе отвечаю я.

— Это значит… — она хочет продолжить, но я не даю ей этого сделать. Подхожу к ней и бережно беру ее за руку.

— Полина, можно мы поговорил с Дашей в другой комнате?

— Конечно. Спальня в вашем распоряжении, — кивает она, а затем добавляет. — Но только для того, чтобы поговорить.

— Хорошо, — сдерживаю улыбку и веду девушка в спальню, закрывая за нами дверь.

Быстро окидываю комнату взглядом. Три стены выкрашены в белый, а четвертая — в темно-серый с золотистыми ветками. Над парящей двуспальной кроватью встроены несколько точечных светильников. Небольшое окно с выпуклым подоконником, на котором уже размещен какой-то цветок. Белые прикроватные тумбочки со свечами и книгами. В углу комнаты находится закрытые раздвижные двери, ведущие, скорее всего, в гардеробную.

— Даш, — начинаю я. — Я честно не знал, что так получится.

— А я тебя ни в чем не виню, — она садится на край кровати. — Ваше расписание оставалось и будет оставаться для меня непонятным.

— Это только первое время, — усмехаюсь я, подходя ближе. — Потом втянешься.

— Наверное, — она, соглашаясь, кивает и замолкает.

Я слегка теряюсь, пытаясь продумать, что сказать дальше. В последний раз, когда нам объявляли о замене расписания, мне было семнадцать, и встретилось это все криками и руганью со стороны девушки. Но сейчас же все по-другому? Разве нет?

— Это значит, твое приглашение отменяется? — тихим голосом Даша прерывает молчание.

— Переносится.

— Что? — она поднимает на меня свой взгляд.

— Мое приглашение переносится, а не отменяется, — отвечаю я, лукаво улыбнувшись. — Как только я вернусь, сразу исполню его в действии, если ты, конечно, не передумаешь.

— Хорошо, — спустя короткую секунду Даша улыбается. — А что мы будем делать сегодня?

— Сначала я хочу поцеловать тебя, — нежно беру пальцами ее за подбородок. — А потом могу отвезти тебя домой.

Я смотрю, как ее губы расплываются в ответной улыбке, и она льнет щекой к моей руке.

— Я бы с радостью остался у тебя, но у меня ни вещей, ни документов, ничего не собрано, а заставлять тебя ехать сначала ко мне, потом к тебе, не хочется. И будить с утра рано тоже не хочется. А я не смогу этого не сделать. Сто процентов захочу тебя поцеловать.

— Сто процентов? — хихикает она.

— Именно, — ее взгляд устраняется на мои губы. — Поэтому, если ты позволишь, сделаю это сейчас.

Она молча кивает, и я наклоняюсь и не спеша прижимаюсь к ее губам своими. Мне так нравиться целовать ее, сердце стремится выпрыгнуть из груди с бешенной скоростью. Мне настолько хорошо, что у меня нет ни сил и желание прекратить это. Но когда Даша издает стон, я собираю всю свою волю в кулак и разрываю поцелуй.

— Нам нужно остановиться, — улыбаюсь я в ее губы. — Твоя подруга сказала, использовать спальню только для разговоров.

В ответ я только получаю восхитительную улыбку. Вот объясните мне одно. С виду Дашка как невинный одуванчик, но когда дело касается близости, она резко меняется. У нее блестят глаза. Очень надеюсь, что это я так на нее влияю. Очень бы хочется в это верить.

— Тебя отвезти домой? — с весельем в глазах спрашиваю я.

— Мне Полина предложила переночевать у нее. Думаю, воспользоваться приглашением.

— И ты мне больше ничего не скажешь? — пристально смотрю на лицо девушку, ища подвоха.

— А что я должна сказать? — уточняет она, вставая с кровати. — Могу пожелать только хорошей дороги и удачных игр.

Все же Дашка другая, на этот раз я в этом уверен. Только почему-то она отводит глаза, явно желая сказать что-то еще.

— Спасибо большое, — я прижимаю ее к себе, еще раз целуя в губы.