Когда-то даже малейшее упоминание о его происхождении вызвало бы кислое выражение на лице Джордана. За последний год он прошел долгий путь, научившись прощать своих родителей за их прошлые поступки и — постепенно — восстанавливая свои отношения с матерью. Алекс не испытывала особой привязанности ни к Маркусу, ни к Наташе Спаркер, учитывая ее собственные встречи с ними — особенно с Маркусом, — но они обеспечили безопасность ее родителей, а Маркус в конечном итоге пожертвовал своей жизнью, чтобы помочь им всем сбежать от Эйвена, поэтому она была рада, что Джордан был готов все исправить, если только ради него. Она также очень гордилась им.

Несмотря на это…

— Что происходит, Джордан? — обеспокоенно спросила Алекс. — Почему ты сейчас не стоишь в конце прохода, ожидая свою принцессу?

После ее вопроса вся уверенность, которую Джордан демонстрировал при ее появлении, испарилась как дым, и Алекс получила ответ.

— А-а-а, — сказала она, понимая. — Ты нервничаешь.

Джордан провел рукой по светлым волосам, неуверенно рассмеявшись, и ответил:

— Да. Нет. Не знаю. Может быть?

Алекс прикусила щеку, чтобы удержаться от улыбки, вызванной внезапным ощущением дежавю. Вспомнив, к какому осознанию пришла сама Д.К., Алекс сказала:

— Ты собираешься жениться на своей лучшей подруге. Ты мечтал об этом много лет. О чем тут беспокоиться?

— Знаю. И ты права. — Джордан шумно выдохнул. — Просто…

— Что? — настаивал Алекс.

Избегая ее взгляда и снова отвернувшись к окну, Джордан тихо сказал:

— Дикс заслуживает всего мира.

— Да, — мгновенно согласилась Алекс. — И ты собираешься ей его подарить. Она взяла его за подбородок, чтобы снова повернуть к себе, и сказала мягко, но многозначительно: — Ты тоже заслуживаешь всего мира, Джордан, и она собирается дать тебе его.

Он сглотнул, но Алекс еще не закончила.

— Вы оба мои лучшие друзья. Я люблю вас больше всего на свете. Неужели ты думаешь, что я позволила бы кому-то из вас пройти через это, если бы не была абсолютно уверена, что вы идеально подходите друг другу? Если бы я не знала без тени сомнения, что ваша лучшая жизнь будет той, которую вы проживете вместе? — Алекс покачала головой. — Никаких шансов.

Глаза Джордана затуманились, когда он прошептал:

— Я просто хочу сделать ее счастливой.

Алекс почувствовала, как у нее самой запершило в горле.

— Ты уже это делаешь. Просто потому, что ты такой, какой есть. — Не в силах сдержаться и чувствуя, что им обоим нужно как можно скорее прийти в себя, иначе они разрыдаются по-настоящему, она закончила: — Мокрые полотенца и все такое.

Джордан удивленно рассмеялся, а затем потянулся, чтобы обнять Алекс и притянуть ее к себе.

— Эй, осторожнее с волосами, — предупредила она, но улыбнулась и обняла его в ответ так же крепко, не заботясь о том, что при этом выбьет несколько заколок со Звездной пылью.

— Ты лучшая подруга, о какой только можно мечтать, — прошептал Джордан ей на ухо. — Ты ведь знаешь это, правда?

— Конечно, — сказала Алекс, сдерживая слезы, когда они оторвались друг от друга и продолжили улыбаться друг другу. — Но, может быть, не стоит говорить об этом слишком громко в присутствии Биара? Ты же знаешь, какой он ревнивый.

Джордан снова рассмеялся, поскольку они оба знали, что «ревнивый» — это последнее слово, которым можно охарактеризовать их друга. С озорным видом, свидетельствовавшим о том, что его нервы успокоились и к нему вернулось плутоватое высокомерие, Джордан сказал:

— Не волнуйся. Я уже говорил ему то же самое до того, как ты пришла сюда.

Алекс фыркнула.

— И почему я не удивлена? — Не дав ему возможности ответить, она протянула руку, чтобы поправить его белый галстук, затем похлопала его по груди и спросила: — Теперь, когда ты стал больше похож на себя, готов ли ты к тому, чтобы мы пошли и сделали из тебя честного человека?

— Я не уверен насчет этого, — сказал Джордан, криво усмехаясь. — Но я готов жениться, если ты это имеешь в виду.

Удивленно выдохнув, Алекс последовала за ним, когда он взял ее за руки и проводил до двери комнаты. Оказавшись там, она еще раз быстро обняла его и сказала:

— Увидимся в бальном зале.

— Я буду тем, кто встанет у алтаря, — пошутил он.

Алекс только закатила глаза от этого клише и направилась прочь. До тех пор…

— Эй, Алекс.

Она замолчала и вопросительно повернулась к нему, гадая, не собирается ли он сказать что-нибудь еще, достаточно прочувствованное, чтобы ей снова захотелось заплакать.