Естественно, все сразу с жалостью посмотрели на меня. Даже искусанный Жак, который сейчас напоминал человека после месячного запоя.

– А погром?
– я с грозным видом ткнула в распахнутую дверь.
– Мне он, по–вашему, тоже мерещится?

– Вы бы видели, как Дамиан носки по дому ищет, - со вздохом призналась его супруга, - хотя они всегда лежат в одном и том же месте. Один раз запонку любимую потерял,так полы даже вскрыл в комнате.

– Давайте пойдемте завтракать, – внес предложение Жак. – Если босс не объявится там,тогда и будем переживать.

Нашу компанию повар встретил с немым изумлением. Не каждый день можно увидеть людей в стильной одежде и безразмерных резиновых сапогах. Это все, что нашлось из обуви. Мои хотя бы были с нарисованными бабочками и желтого цвета, но со строгим костюмом смотрелись нелепо. Обувь почти всех вчерашние приключения в лесу перенесла плохо. Особенно пострадали ботинки Жака и новенькие туфельки Виолетты. Купание в озере не прошло бесследно,и теперь столь авангардные вещи носить просто невозможно.

Я посмотрела на этих черствых людей, уплетающих за обе щеки омлет,и тоже решила подкрепиться, ведь на пустой желудок переживать за бoсса неполезно.

– Что это? – презрительно поинтересoвалась Элен, отодвигая от себя стакан со светло-коричневым напитком.

– Какао, - мрачным тоном подсказала я.
– С пенкой.

– Ух ты, - обрaдовался Мэтью, – последний раз его пил лет в пять, наверное.

– Добро пожаловать в детство, - ухмыльнулась Жоржетта, залпом выпивая предложенное.
– Фу, какая гадость.

К нашей компании осторожно, бочком приблизился директор Реноа:

— Не переживайте, - он попытался утешить Элен, которая с достоинством королевы взирала на убогого.
– На обед будет компот. Из сухофруктов. А к нему молочный супчик. А на ужин у нас сегодня капустные котлеты.

Действительно, переживать не о чем. Потому что это была паника! Сколько мы так питаться будем? Тут вроде людям психику должны лечить, а не калечить.

Пересчитав нас по головам, Фредерик ?еноа нахмурился. Мол, кто посмел нарушить святoе – режим.

И новости его не обрадовали. Побег из тюрьмы, пардон, санатория в плане лечения не предполагался. Но охрана сообщила, что из ворот никто не выходил. Директор посмотрел на нас, затем на лес и снова на нас, но все так старательно отводили глаза, что стало понятно – энтузиастов-поисковиков нет.

Жоржетта без зазрения совести сдала меня с потрохами и следующие десять минут я отбивалась от пылкого поклонника. Очень трудно объяснить человеку, который слышит «чародейка», что искать людей не твоя специализация. Я вчера уже на еду делала маячки. Нет , если вот, к примеру, меня высадить где-нибудь в пустыне, может,и будет толк. Если скелеты под толщей песка не обнаружатся.

Но Ренoа, как человек, занимающий должность директора, решил подойти к проблеме не особо заморачиваясь – просто переложил ее на мои плечи. Точнее, отправил меня в Пыталово! К местной ищейке. А я и не знала, что в бывшей бабушкиной деревне завелась такая дичь. Они же при жандармериях обычно обитают.

Я, как любая воспитанная девушка, попыталась отвертеться и воспользоваться мужскими плечами охранников, что им удобнее было нести проблему в Пыталово. Но директор остался неумолим, люди необходимы, чтобы прочесать территорию. Ищейка - это хорошо, но когда ещё он явится, а вдруг Охту срочно нужна помощь. Лежит он себе, страдает в овражке со сломанной ногой. А уж после новости, что здесь мне все знакомо, Фредерик Реноа еще и сопровождающего зажал, пинком выгоняя маленькую чародейку на подвиги. И ни одна нехорошая личность из коллектива конторы Дамина Охта за меня не вступилась.

Если бы не резиновые сапоги размера на два больше моего, почти часовую прогулку можно было бы назвать приятной. Я шла знакомой тропинкой, мурлыкала себе под нос песенки и наслаждалась. Интересно, а получится ли с боссa вытрясти премию за активное участие в его поиске? А то зарплату не поднимает, а цены-то растут.

С ноткой умиления рассматривала , наверное, целую вечность все тот же еле капающий родник недалеко от Пыталова. Часть деревенских верила, что вода отсюда обладает омолаживающим эффектом, другие – оздоровительным, а третьи приписывали роднику повышенную потенцию. И только небольшая речушка в метрах ста левее скромно умалчивала о происхождение его.

— Неужто внучка Ринки пожаловала?
– раздался рядом скрипучий голос, который совершенно не изменился сo времен моего детства.

– Здравствуйте, тетушка Уля, - я с опаской посмотрела на старушку. В ее руках была увесистая клюка. Откуда я знала , что она тяжелая? Да приходилось ей по попе не единожды получать.
– Не подскажете, где я могу ищейку найти?

– Колдуна-то?
– заохала старуха. – Так к дому бабки своей иди. То-то он обрадуется.

– Кто? – нахмурилась я.