— Сурово, — протянул я, — похоже, он был слегка не в духе. И зал теперь восстанавливать.

— Ерунда, — отмахнулся Зарек, — главное, что заклинания у меня теперь почти на четверть эффективней.

Он надулся от важности, лучась неподдельной радостью, добавил:

— Вольдемар, для мага моей мощи, четверть это практический переход на более высокую ступень. Тут десятилетиями пытаешь на одну две сотых улучшить, а здесь раз и четверть. А новая ступень это уже не просто магистр. Поэтому я счёл нужным ввести, для таких как я, новое звание, — великий магистр.

— Поздравляю…

Я продолжал смотреть на отпечаток кулака и невольно пожалел Воина. Это как же его достало-то. Всё равно, что сто дней подряд, без остановки, тебе будут стоять и стучать в входную дверь. В конце концов конечно откроешь. Но рад не будешь, точно.

Впрочем, Зарек своего добился, пусть и таким, неоднозначным путём. Упорству великого магистра можно было только позавидовать.

Дневник жёг мне карман всю дорогу до Тингланда. Икай словно чуял, что такие подарки, как заклятие гарантированного уничтожения в случае собственной гибели, это неспроста. Я был почти уверен, что записи эти были хорошо защищены, но потом защиту магистр жизни снял. Что это было: акт человеколюбия или не вовремя проснувшаяся совесть, я не знал, да уже и неважно. Главное было, что наконец получено чёткое подтверждение всех моих теорий насчёт искусственного интеллекта, присматривающего за системой и конкретно за Яолом.

Эксперимент — вот что первое приходило в голову. Кем-то поставленный эксперимент по наделению жителей отдельно взятого мира магическими способностями. Ещё и собрав солянку из разных видов разумных. Орки, эльфы, гномы, не считая людей. Все классические фэнтезийные расы. Ну и людей полный набор рас и расцветок. Вот только, как мне виделось, что-то пошло не так. Но не с экспериментом, а с его инициаторами. Потому что в действиях ИИ я видел только работу по некоему шаблону, жёстко вшитому в него создателями.

Нет, свобода действий у него была, и он ею весьма изобретательно пользуются, но есть, по-видимому, какие-то пределы воздействия, что он не может напрямую, грубо говоря, перекрыть кислород. И это наш шанс. И да, просто снять проклятье уже не выйдет. Понимая, что это очередная многоходовка ИИ, который не успокоится в своих попытках обнулить всю жизнь на планете, решение только одно: надо этот самый ИИ уничтожить. И сделать это могут, к сожалению, только боги.

Плюхнувшись на площадку возле колледжа, я выбрался наружу, поморщился от дробного грохота, идущего со стройки, красными от недосыпа глазами оглядел поспешивших отойти свидетелей моего прибытия и побрёл к себе. Дорога высосала все силы, я торопился так, что последний раз спал чуть меньше двух суток назад. И теперь, добравшись до места, почувствовал пригибающую к земле усталость.

— Магистр!

Я обернулся, непонимающим взглядом глядя на вылезающих следом из Быстролёта паладинов. Только спустя секунду дошло, что я совсем забыл про своё сопровождение. Тут они мне были не нужны, поэтому я только устало махнул рукой и скомандовал:

— Отбой, ребята, возвращайтесь к себе.

Добравшись до башни, медленно переставляя ноги, поднялся на второй этаж, планируя сгрузить в кабинете всю макулатуру, переданную Дорменом, сразу рухнуть в кровать и поспать этак до следующего обеда, но внезапно в кабинете меня уже ждали.

Застыв на пороге, я оглядел всех своих четырёх жён: Селестину в моём кресле в адмиральском мундире, застывшую там с выпрямленной спиной, Злотану в мягком кресле у стены, обмахивающуюся веером, Алису, с мрачным лицом стоявшую у окна, и Ясулу, единственную хранившую невозмутимость и отстранённо разглядывающую что-то под потолком кабинета, сидя на стуле с другой стороны стола.

Хотя нет, судя по резким и чуточку удивлённым взглядам, скрестившимся на их единственном и, надеюсь, любимом муже, не ждали.

— Не ждали?! — поинтересовался я вслух, озвучив мелькнувшее в голове предположение.

Женщины переглянулись, и Селестина чуть хрипло ответила:

— Не так скоро.

— Но хорошо, что ты пришёл, — тут же подскочила, заулыбавшись, Злотана.

Снова произошёл короткий обмен взглядами, после которого сестра тингландского короля нехотя поднялась, уступая мне моё место.

Графиня Честер, подскочив с кресла, подхватила меня под локоть и почти силком усадила за стол.

Не смотря на жестокий недосып, голова у меня ещё соображала, и собрание всей четвёрки жён явно событием было внеплановым и экстраординарным, а значит у нас снова образовались очередные проблемы. И, хоть они собрались в колледже, вряд ли проблема находилась непосредственно здесь. А значит вывод был неутешителен: что-то произошло с отправленными на практику студентами.

Встряхнувшись и постаравшись сосредоточиться, я уточнил первое, что пришло в голову:

— Все живы?

— Все, — лаконично ответила, Алиса, — пока.

— Ну хорошо, — выдохнул я, чувствуя, как свернувшаяся в тугую спираль пружина несколько расслабляется.

Впрочем, это добавленное в конце «пока» тоже особого оптимизма не внушало, поэтому я вздохнул и попросил:

— Организуйте мне что-нибудь бодрящее, хоть чай по-понтийски, что ли. А то я тут засну ненароком.

Вспомнил я то средство, которым меня когда-то давно, года два назад, угощал старый вояка на нашем опытном поле под Анкарном. И ведь что такое два года, а ощущение, что в другой жизни было. Столько всего произошло с тех пор.