– Предыдущие? – Блайт была на целую голову выше женщины, и все же едва поспевала за горничной, которая быстро поднималась по ступенькам, не пролив ни капли чая на поднос.

– У нее головные боли, дорогая. Они участились. Я постоянно твержу ей, что нужно отдыхать, но она только лепечет о необходимости подыскать хорошую партию в первый же сезон. По-моему, это нелепо. Но она, конечно, меня не слушает.

Только услышав это, Блайт осознала, что в последнее время молодая женщина часто выглядела болезненно-зеленой или настолько бледной, что казалась призраком, и постоянно жаловалась на боль в желудке. Взгляд Блайт остановился на клубах пара, поднимавшихся из чайника.

Они так и не нашли отравившего ее человека. Персонал отозвали, и в конце концов она полностью выздоровела, но… что, если преступник переключился на Элизу?

– Значит, они не прошли? – Блайт ступила на незнакомую территорию, не обладая навыком деликатно получать информацию. Ей хотелось взять Сорчу за плечи и потребовать ответов, но семья Уэйкфилдов всегда отличалась манерами. Одно неверное движение, и они найдут повод вежливо вышвырнуть ее из поместья. – Как давно они начались? Кажется, прошла целая вечность.

– Они начались как раз перед смертью ее дяди, хотя, клянусь могилой покойной матери, с той ночи они только усиливаются. – Женщина перекрестилась. – Я думаю, это из-за волнений. Никогда не видела ее в таком состоянии.

Блайт прижала руки к бокам, чтобы скрыть дрожь.

– Почему бы мне не отнести ей чай? Если Элиза так подавлена, уверена, компания ей не помешает.

Сорча крепко сжала поднос, когда Блайт попыталась его отобрать. Было ясно, что она хочет отказать, но тут из кухни донесся грохот. Горничная крепко зажмурилась, бормоча что-то себе под нос на незнакомом Блайт языке, а потом сдалась.

– Очень хорошо, мисс Хоторн. Вы помните, где находится ее комната?

– Дальше по коридору, третья дверь направо. – Блайт одарила Сорчу обаятельной улыбкой и поспешила вверх по лестнице. Только убедившись, что осталась одна, Блайт прислонилась к ближайшему углу, прерывисто дыша. Ее руки дрожали так сильно, что чайник зазвенел, и ей пришлось сползти по стене и поставить поднос на пол, чтобы никто не пришел на шум.

В глубине души она понимала, что у нее нет другого выбора, кроме как попробовать чай. И все же, несмотря на все усилия, ее сердце билось так неистово, что она отступала всякий раз, когда подносила чашку к губам.

– Вы всегда прячетесь в коридорах чужих домов, мисс Хоторн?

Блайт вздрогнула, услышав голос Ариса, и вскочила так резко, что точно опрокинула бы чайник, если бы не схватила его за носик. Девушка судорожно выдохнула, когда кипяток обжег ладонь.

– Что вы здесь делаете? Где лиса?

– Спит в карете. Кучер отказался уезжать без вас, поэтому я подождал десять минут, прежде чем отправиться за вами лично. Чем вы занимаетесь?

Блайт чувствовала, как сильно она дрожит, и понимала, что врать бессмысленно. У Ариса было одно-единственное достоинство – его не было в Селадоне, когда она заболела, а значит, он не мог стоять за покушением. Если она собиралась кому-то довериться, то только ему.

– Не так давно меня отравили. – Девушка запнулась, сама мысль о яде всколыхнула какую-то боль, которую она похоронила глубоко в душе. – И я беспокоюсь, что теперь то же самое происходит с Элизой.

Арис поджал губы.

– Если это так, то сможете ли вы узнать вкус яда? Или, возможно, запах?

От одной мысли о белладонне у Блайт скрутило живот. Она прижала к нему руку, борясь с тошнотой.

– Я даже не могу поднять чайник, чтобы налить чай.

– Но вы распознаете яд, если попробуете?

В любой другой момент она бы рассмеялась над нелепостью такого вопроса.

– Не думаю, что я когда-нибудь смогу его забыть.

Вместо ответа она услышала звук льющейся жидкости и развернулась, чтобы посмотреть, как Арис наливает чай. Он осторожно держал чашку, взбалтывая жидкость.

– Вы хотите попробовать, – прошептал он. – Не так ли?

Едва ли ей руководило желание, скорее необходимость. Ведь если там яд, Блайт не хотела, чтобы Элизу постигли те же страдания. Она снова попыталась дотянуться до чашки, но руки по-прежнему не слушались. Наблюдая за ее борьбой, Арис спросил:

– Как думаете, вы смогли бы это сделать, если бы не пришлось пить из чашки?

Она сглотнула, обдумывая вопрос. Когда разум не сразу отверг эту идею, она оживилась.

– Возможно. Я не уверена.

Принц снова покрутил чашку, сжав губы в тонкую линию.

– Если бы я сказал, что могу помочь, вы бы доверились мне?

– С удовольствием, – не раздумывая, ответила Блайт.

Едва ее слова слетели с губ, как Арис поднес чашку к губам и сделал глоток. Блайт резко выпрямилась, собираясь потребовать, чтобы он выплюнул чай, но тут он коснулся ее щеки и притянул к себе. Блайт поняла, что происходит, за секунду до того, как он поцеловал ее.