Да, как и в том же Саоле – столице Куимре, королевства, помешанного на довоенных временах - тут хватало старых многоэтажек, однако между ними, точно грибы после дождя, росли усадьбы, двух- и трёхэтажные дома и даже коттеджи.

Небоскрёбы отсутствовали как класс, зато наличествовала здоровенная электростанция, мимо которой мы проехали, а ещё – десятка полтора фабрик, работающих, судя по всему, на износ.

По крайней мере, возле них змеились вереницы въезжающих и выезжающих машин, непрерывно кормящих ненасытные фабричные утробы и забирающих порождённые ими вещи.

А ещё – мне не показалось вчера – многоэтажки отапливались не дровами – к крышам тянулись провода, подобно паутине вьющиеся над городскими улицами.

В Ойлеане производили очень много электричества, и я понятия не имел как. А потому решил воспользоваться гостеприимством нашей хозяйки, всё это время игравшей роль экскурсовода и рассказывавшей об интересных местах города.

– Госпожа, а можно задать вам вопрос? – немного невежливо прервал её я.

Реалта улыбнулась и кивнула.

– Да, конечно, спрашивайте, господин иномирянин.

– Откуда у вас столько электричества?

Уголки губ красавицы поползли вверх, замерли в гротескном подобии улыбки, вернулись в первоначальное положение.

– Какой хороший вопрос. Думаю, паладины Эйри не отказались бы услышать ответ на него. А что за это отдали бы правители Махансапа…

Она звонко рассмеялась, давая мне понять, что не по Сеньке шапка.

– Надеюсь, что у вас под городом не сидит какая-нибудь довоенная хреновина, которой скармливаете людей в обмен на электроэнергию.

Реалта рассмеялась ещё задорней, поймав недовольный и завистливый взгляд Морвин, подмигнула той, как бы невзначай проведя рукой по платью, очертившему изгиб бедра, но всё же снизошла до ответа:

– Нет, конечно. Увы, я не могу рассказать, откуда у нас есть электричество, но поверьте: мы не заключали ради него сделок с духами, богами, элементалями, демонами и кем-то там ещё. Просто примите это.

Я принял. Как будто оставалось что-то ещё.

Начавшийся разговор затухал сам собой, но неожиданно к нему подключилась Морвин.

– Госпожа, - произнесла она, старательно не глядя в прекрасное кукольное личико Реалты, - я немного не поняла насчёт силы вашего батюшки. Про вдохновение. Господин Иоганн пытался объяснять, но это как-то сложно. Не могли бы вы рассказать мне о магии книг?

Что-что, а подлизываться и делать комплименты близняшка умела всегда, и даже Реалта оценила это.

Она щёлкнула пальцами, по кончикам которых пробежал золотистый разряд, и в её руке появилась толстая записная книжка. Реалта раскрыла ту, и страницы, испещрённые светящимися символами, замелькали, сменяя друг друга.

– Мы с батюшкой – маги книг. Я лишь жалка графоманка, а он – величайший мастер. Истинный талант. Писатель, наделённый божественным даром, - с благоговением в голосе произнесла она.

А я сразу вспомнил, что Патрик ничего не говорил про второго мага книг. То ли не знал, то ли не счёл Реалту достойной упоминания.

– Не мне – жалкой подражательнице – говорить об истинном таланте, но кое-что я понимаю, - продолжила она, положив блокнот на кресло и задумчиво постукивая по его переплёту ногтями.
– Книги – источник нашей мощи. Мы черпаем силу в словах, питаемся ими, как вы – сердцами и плотью зверей Пар-валена. Но чтобы создавать заклинания, мы обязаны писать. Рассказ, повесть, роман, написанный магом книги – это заклинание, каждая строчка которого напоена нашей силой. Оно способно перетряхнуть саму ткань мироздания, разорвать, значит, материальную реальность, перекрутить её, отжать, точно половую тряпку, и вывернуть наизнанку так, как это нужно хозяину. Батюшка, если пожелает, уничтожит целый город, точно его и не было никогда, захочет – обратит армию в прах.

Про это Иоганн говорил, но я не стал прерывать собеседницу. Пускай расскажет побольше интересного, может быть, узнаем что-нибудь действительно важное.

А вот Морвин решила выпендриться:

– Господин Иоганн говорил, что все ваши чары одноразовые.

Реалта вздохнула и во взгляде её не было ни раздражения, ни злости. Лишь грусть.

– Всё верно, - кивнула она, - Магия книг до абсурда могущественна, но за это приходится платить высокую цену. Прочтёшь заклинание, чары сработают - и всё кончится. Беда в том, что такие, как мы, не можем творить новые заклинания, когда пожелаем, да что там, мы не властны даже над тем, что создаём! Ловя вдохновение, я теряю себя, моей рукой ведёт Сила! А ещё маг книг должен писать - и писать хорошо, ведь всякая ерунда не обернётся всесокрушающим волшебством. И да, предвосхищая вопросы, я читала работы батюшки, как и немногочисленные избранные. Любое заклинание мага слов для постороннего – это просто лист текста, не более того. Текста хорошо написанного - или убогой графомании.

– Нас Слово зачарует лишь когда прекрасно, - неожиданно сообщил Айш-нор, - а мусор можно бросить сразу прочь. Таков закон, он создан не напрасно, бездарности талант не превозмочь.

– Благодарю, о великий, - склонилась в поклоне Реалта, - именно так, да. Слово мага книг – оружие само по себе, и оно не имеет права обладать изъянами. Отец велик, потому что его талант захватывает дух. Ну а я же, - она грустно усмехнулась, - могу лишь выдавать посредственную писанину.

На миг с Релаты спала скорлупа, личина стервозной красотки, маска, которую та столь удачно нацепила на себя, что та уже стала второй кожей, мне даже показалось, что вот сейчас получится перекинуться парой слов с настоящей хозяйкой этого роскошного тела, но увы, машина затормозила и остановилась.