— До вашей столицы далеко, почти неделя пути, а помощь нам нужна сейчас. Тем более что это пока не дело королевской важности, хотя наш Владыка и держит руку на пульсе. Тем более нам не нужно ничего из того, что вы не можете дать, взамен же… Вам не кажется, что сначала нужно узнать, что хочет его светлость Мердо Соммерсет?

Председатель как сидел неподвижным изваянием, так и продолжал, как будто все что он должен был сделать, уже свершилось и ответ посла его не волнует. Шайенн кивнул сам себе, мол так и думал, и продолжил:

— Я начну издалека, чтобы у вас не осталось вопросов и перейду к леди Элизабет в самом конце, потому что она последняя, кто пострадал.

— Конечно, лорд, мы вас внимательно слушаем, — благосклонно отозвался генерал.

Он чуть привстал, поправляя положенную под спину подушку, развалившись с еще большим комфортом. Шайенна не нужно было просить дважды и с трудом ворочая языком от того, что сложившаяся в графстве его сюзерена ситуация, нещадно резала сердце невидимым ножом.

— Хемшфир закрытая земля и мы умеем хранить свои тайны даже от тех, кто имеет возможность топтать наши тракты и жить среди нашего народа. Но вы должны были слышать о таком понятии, как alere?

Судя по неоднозначной реакции, слышали все, но мало понимали что это на самом деле. Только Маккендзи не слишком уверенно предположил:

— Это на вашем языке означает что-то вроде жены?

— Нет. На нашем языке это переводиться как «истинная любимая» или просто «любимая». В отличие от вас людей, у нас нет разводов и вместо обмена кольцами, между двумя будущими супругами проводится специальный Обряд Обретения. Две души, разлученные по разным причинам еще до воплощения в этом мире, получают возможность снова соединиться вместе. И это не просто поверье. Подобные обряды у нас не редки, хотя найти свою alere удается далеко не каждому, но на свете нет ничего ценнее ее.

— Я слышал нечто подобное, — с важным видом кивнул Тревельян, — только думал, что alere это избранницы ваших лордов. А исходя из того что сказали вы, я могу сделать вывод, что это общепринятое понятие?

Слова генерала неожиданно задели Шайенна. Сидя в кресле, он неуловимо напрягся. Руки вцепились в подлокотники так, что костяшки пальце побелели, а черты лица заострились. Он прошипел сквозь зубы.

— Это не понятие. Alere это избранная женщина, та единственная, особенная кто может разделить с вампиром его вечность и утолить чувство потери, которое возникло после того, как часть его души перед приходом в этот мир была потеряна по какой-то причине. Вы люди чтите многих богов, а для нас матерью является одна — Баст.

— Богиня любви? — с интересом отозвался сэр Ярвурд.

Таких подробностей не знал никто, в том числе и Ведара. Тем любопытнее было смотреть на вампира. Кто бы мог подумать, что нечисть, которую страшатся многие люди и едва не бормотать отгоняющие молитвы при виде вампира, хотя их редко можно было встретить на улицах их городов и сел, поклоняются богине любви. Это было так необычно, так… волнующе.

— Богиня любви, — с неприязнью ответил Шайенн, успокаиваясь и беря себя в руки, — поверьте, она сильнее, чем ваши громовержцы, повелители ветров и жизни… Alere у каждого из нас, не зависимо от положения и родовитости, бывает только одна и, к сожалению, не все ее находят. Круг поиска благодаря Баст ограничен. Мы ищем избранницу среди человеческих и эльфийских женщин. И если нам удается склонить alere к Обряду, то она становиться похожей на нас, перенимает силу супруга и отныне идет с ним бок о бок, пока кто-нибудь первым из них не уйдет за Грань.

— Я слышал, что вторая половинка очень быстро следует за умершим спутником жизни, — передернувшись, словно от отвращения, полувопросительно проговорил генерал.

— Очень часто, — с едва слышимой горечью пробормотал вампир, — потому что жить без второй половины нет никакого смысла. А те, кто остается, они лишь на время среди нас, пока не выполнят долг, который их держит.

Совещающиеся неловко отводили глаза, стараясь не встречаться взглядом с вампиром. Подобный обычай раньше был почетен и среди людей, не всех, а кто выбрал воинскую дорогу и когда мужчина умирал, верная ему женщина без сомнений следовала за ним, ведомая силой своей любви. Это сейчас, когда характеры людей начали жирнеть и мельчать от сытой и благополучной жизни, появились более плотские ценности. Чистые душевные порывы и простые, такие нужные порядки начали повсеместно обгаживаться, чтобы те малодушные, не способные не только на проявление любви, но и на то, чтобы понять и поддержать ее, не чувствовали себя ущербными. Кто сейчас пойдет за своим любимым в любое пекло, не боясь сгинуть по дороге? Лучше у камина, в тепле и уюте, да еще с большим кувшином доброго вина, чтобы не думать о том, что ты мог обрести большее, чем просто кусок золота.

В полнейшей тишине раздался задумчивый женский голос, от которого мужчины вздрогнули одновременно:

— Как это честно… Не думала, что у вас такие интересные порядки, сэр Херефорд.

Вместо того чтобы обрадоваться поддержке, вампир скривился:

— Мне вас нечем обрадовать, мы не крадем младенцев под покровом ночи и не пьем кровь девственниц. Скажу даже больше, кровь взрослой женщины куда приятнее, чем юной девицы, у них она слишком пресная.

Тонкие брови ведьмы чуть приподнялись, она не думала, что похвала так заденет мужчину:

— Я всего лишь имела в виду, что мне было приятно услышать, что еще где-то так чтут своих мужей и жен. И что не хотят обмениваться на что-то другое даже после смерти. Но сэр Херефорд, каково вам жить, осознавая, что ваша пища умеет не только дышать, но и разговаривать?

Шайенн избегал смотреть на ведьму, потому что когда его взгляд падал на ее лицо с большими миндалевидными глазами, в которых показное спокойствие тесно сплеталось с чем-то диким и безумным, он начинал чувствовать, как ее кровь бежит по жилам. Как сумасшедшего его начинало тянуть к ее шее, чтобы попробовать на вкус, так ли она сладка, как ему кажется.