— Они больше не дают их на вынос в магазине, пока ты не попросишь, — объяснила она. — Так что я всегда сохраняю их.

— Моя мама делала так же, — согласилась я, вспоминая те же коробки год за годом.

— Так значит ты и Сойер. Это произошло.

— Ну, полагаю, да? — ответила я полувопросительно, потому что сама ещё не была уверена.

— Это произошло, — повторила она, немного более решительно. — Я знаю этого мальчика с тех пор, как он впервые вернулся со службы в армии. На тот момент я работала в бухгалтерии в его управлении. В ту же секунду, когда он открыл своё дело, он позвал меня.

— И вы просто ушли?

— Его управление знало, как обращаться с деньгами, также ему нравилось управлять ослами. Я терпела это, потому что мне нужны были деньги, но, когда я приняла предложение Сойера и ушла, я никогда не сожалела об этом. Честно говоря, я видела его, видела эту квартиру практически пустой, видела, что у мальчика нет времени ни на что, кроме работы, его брата и друзей. Ему нужна была женщина здесь, чтобы обогреть это место, чтобы согреть его сердце. Я вижу это, — сказала она, жестом показывая вокруг, — и вижу, что он уже оттаивает.

Я тоже огляделась, задумавшись над всеми усилиями, что он приложил, как всё продумал, насколько значима я для него. Я так же задумалась о том, что никогда бы не подумала, что мужчина, которого я впервые встретила в тот первый день в его офисе, был способен на такую чуткость и такую нежность.

— Он тебе нравится.

— Да, — призналась я, не видя причин лгать.

— А ты нравишься ему.

— Кажется так.

— Нравишься. Так почему же ты так напугана?

— Потому что я не знаю, что это значит то, что я нравлюсь ему.

— И никогда не узнаешь, — сказала она, словно по мановения отогнав страх. — Мужчины, ну, иногда они не предсказуемы. Иногда они, как дремучий лес. Иногда они тоже боятся. Тебе просто нужно уделить этому внимание. Они могут не быть лучшими в выражении своих мыслей и желаний.

— На самом деле, думаю, Сойер мог бы переплюнуть меня в выражении своих мыслей, — засмеялась я.

— Да, ну, он видел много темноты, он знает, как коротка может быть жизнь, и поэтому не видит причин тратить время на ложь и приукрашивание вещей. Он говорит то, что имеет в виду, и имеет в виду то, что говорит, и это редкое и удивительное качество для любого, особенно для мужчины.

— Это верно, — согласилась я, кивая. Я встречалась с глупым качком , обманщиком, с мужчиной, который очевидно любил меня, но плохо это показывал, с ещё одним обманщиком. Сама мысль о мужчине, который чётко выражал свои мысли и не позволял всякое дерьмо, была практически смехотворна. И я уже начала думать, что это миф, прямо как драконы и единороги.

— Он ведёт тебя на свидание, — добавила она.

Это правда. Но он не только ведет меня на свидание, но также он распланировал это за несколько дней вперёд. Достаточно для того, чтобы купить билеты, платье, обувь и зарезервировать столик в одном из милейших ресторанов в округе. Это о чём-то да говорит. Если бы он хотел просто переспать со мной, он мог бы запросто сделать это. Я находилась у него дома и очевидно была согласна на это. Чёрт, я была инициатором всего случившегося прошлой ночью.

Таким образом, если сделать так, как сказала мне Мардж и просмотреть его действия, ну, они указывают на то, что он заинтересован во мне не только как в клиенте, и не как в девушке, которую просто уложить в постель.

И это на самом деле всё, что мне нужно знать, верно?

— Также он много работает над твоим делом, — сказала Мардж после долгого затишья, когда мы обе медленно снимали украшения с ёлки и складывали их обратно в коробки. — Это не ново для него на самом деле погружаться в дела. Это как вызов. Ему нравится разбираться с вещами, но это другое. Он вызвал Тига и Брока с их дел и подключил их к твоему. Баррет так же во многом вовлечён, будучи таким же, как его брат, но, возможно, даже более одержимый этим. Возможно, тебе могло показаться, что он просто ходит на работу каждый день и что вроде бы не видно никакого продвижения по твоему делу, но есть много вещей, которые проходят незаметно, скрытых под поверхностью. И я только однажды видела, когда он собирал всех своих людей на дело.

Я точно не думала, что Сойер забыл о моём деле, к слову сказать, но я в какой-то степени полагала, что он просто завален другими оплачиваемыми делами и что, возможно, мой случай в настоящее время был не на первом месте. Я нормально к этому отношусь, я понимаю, что ему нужно жить и оплачивать свои счета, и платить своим людям. Я и мечтать не могла, что он воздержится от других дел ради моего.

— Что значит другое? — спросила я, задаваясь вопросом, может быть, он позвал их потому, что намного более обеспокоен моим делом, чем показывает это передо мной.

— На самом деле это было дело Баррета, — сказала она, заворачивая небольшого оленя и откладывая его. — Он помогал женщине найти её сестру. В процессе, ну, ему надрали задницу. Он пробыл в больнице несколько дней.

— О, мой Бог, — сказала я, замерев, пытаясь представить своего босса в больничной кровати, беспомощного, пока люди обеспокоенно сновали вокруг него. Он, должно быть, ненавидел это. — Кто это сделал?

— Ох, — сказала она, махнув рукой, — некий отморозок из банды. У Сойера, как ты можешь себе представить, крышу снесло. Он всегда беспокоился, что что-то вроде этого может произойти с Барретом, пока он отсутствовал по своим делам. Так что Сойер взялся за дело. А клиент был похищен той самой бандой. Поэтому Сойер вызвал Тига и Брока. О, на самом деле это… та женщина, о которой он упомянул сегодня…