Вторая: отказал тхабс!..

Третья, преодолев «толпу» эмоций и переживаний, принесла трезвую оценку случившегося: предок Суворовых, предшествующий Инсектам, погиб, не передав по родовой линии наследственную информацию. Артур, попросту говоря, упёрся в свой личный биологический «тупик». Его родовая линия началась только при возникновении рода Блаттоптера.

Он встал, шатаясь, держась за голову, поплёлся в ванную, а когда вернулся, посвежевший, обнаружил в кресле гостя. Вяло поинтересовался:

– Вы за мной следите?

– Совершенно случайно проходил мимо, – без улыбки пошутил Тарас. – Ну как, удалось встретиться с Предтечами?

Артур потрогал голову, скривился.

– У меня мало опыта…

– Опыт – дело наживное.

– Такое впечатление, будто меня об стену шваркнули! Сначала я вышел в теле Первочеловека, потом в теле таракана, а третий раз…

– Понятно, ты достиг порога дивергенции, и тхабс выдернул тебя обратно. Не пропала охота путешествовать в прошлое?

– Не прошла, но ведь я не могу? Не пустит эта самая… дивергенция? Кстати, что это такое?

– Расходимость признаков генетических наследственных структур. Твоими предками были разные Предтечи, поэтому тхабс не смог сам выбрать, в какого предка внедрить твоё сознание. Разумеется – внутри твоей же памяти. На самом деле ты путешествуешь не в прошлое, а в глубины наследственной памяти. Человеческое тело по своим параметрам определяется во многом физическими чертами тел предков, однако ДНК содержит также опыты и воспоминания всех предков человека.

– И что теперь?

– Наверное, придётся дать тебе понятие реального режима хроноинверсии. В тхабс заложен и такой вариант взаимодействия с континуумом. Потянешь эту ношу, не испугаешься?

Артур уловил в голосе гостя насмешливую нотку, гордо выпрямился:

– Я уже дал согласие и не намерен отступать!

– Что ж, одним грехом больше, одним меньше, а ответ держать всё равно придётся. Садись, не то упадёшь, когда я отключу твои мозги. Кстати, где ты познакомился со Светленой?

– Со Светланой. – Артур послушно сел на диван.

– Извини, со Светланой.

– Случайно, в подъезде собственного дома, она к подруге утром спешила.

– Интересно… – Тарас в задумчивости оттянул двумя пальцами нижнюю губу, но, заметив взгляд собеседника, принял обычный безмятежный вид. – Готов к сеансу мозгового апгрейда? Тогда начали…

Совещание боссов Сверхсистемы, многие из которых занимали важные государственные посты, Меринов проводил в Большом театре, под видом собрания театральных деятелей. Приглашённых на совещание «настоящих» театралов, руководителей театров и студий, Марат Феликсович кодировал лично, и они, заняв места, тут же засыпали с открытыми глазами. Тех же, кто желал прорваться на совещание ради самой «богемной» тусовки, легко фильтровала охрана мероприятия. Особо настойчивых передавали милиции, а журналистов отправляли по домам с помощью ОМОНа.

Конечно, Меринов мог собрать кардиналов СС и у себя на вилле, чтобы соблюсти секретность акции, но ему захотелось, во-первых, поиздеваться над общественностью, во-вторых, испробовать свои возможности по зомбированию разного рода служб города, поэтому он и выбрал Большой, проославившийся скандальными постановками маргинальных пьес.

Совещание началось в семь вечера.

Докладчики не тратили время попусту и укладывались в отведённые регламентом десять минут. Через полтора часа работы сложилась общая картина криминального бизнеса в стране, проникшего во все сферы экономической, социальной и политической жизни России. Меринов мог быть доволен: не являясь президентом или премьер-министром, он действительно управлял огромным государством, хотя об этом не догадывались ни члены правительства, ни президент, ни спецслужбы, ни рядовые граждане. По сути, Марату Феликсовичу не нужен был и Союз Неизвестных, через который он проводил в жизнь свою политику, но он не хотел отвлекаться на «мелочи», лелея мечту подмять под себя в с е управляющие структуры других стран мира.

Совещание закончилось «отстрелом» неугодных, пытавшихся действовать с излишней самостоятельностью, и выбором новых «генералов» СС. Был у Меринова соблазн испытать на коллегах малый «глушак» и отсосать «пару киловатт» пси-энергии, однако эксперимент мог закончиться сердечными приступами собравшихся, а привлекать медиков для реанимации коллег не хотелось.

«Генералы» разъехались по домам и гостиницам. «Настоящие» театральные деятели разошлись, уверенные в том, что они действительно решали какие-то проблемы в области культуры и театра.

В одиннадцать часов Марат Феликсович снял со здания Большого театра «вуаль непрогляда», исключающую все виды прослушивания внутри, и велел Столину собрать членов Союза Неизвестных, присутствующих на совещании, у себя на даче. Сам же он прибыл туда через тхабс-линию, не пользуясь услугами обычного транспорта.

Нынешний Союз Неизвестных России включал в себя одиннадцать членов, считая и самого маршала. Трое из них работали в аппарате российского правительства, трое в Генеральной прокуратуре и ФСБ, остальные возглавляли крупнейшие финансовые группы и компании. Но лишь один из них был Посвящённым Внутреннего Круга – министр образования Бураго. Остальные даже не догадывались о существовании этой эзотерической системы, сильно потрёпанной войной с Истребителем Закона. Впрочем, дело своё они знали туго, а главное – беспрекословно подчинялись главе Союза, уступая ему инициативу по всем спорным вопросам.