Евнух согласно кивнул — все здесь было не так, как надо.

И все из-за того, что столь поспешно выдавали замуж Ясаман Каму Бегум. Дворец был совершенно не готов ее принять. Да никакую другую приличную женщину. Она не может здесь оставаться, решил Адали.

— Госпожа, — предложил он ей, — тебе следует вернуться к себе во дворец, пока мы не приведем в порядок этот. Позволь мне поговорить с принцем, я уверен, он согласится со мной. Потребуется время, чтобы сделать эти покои пригодными для тебя.

Ясаман огляделась. Возвращение к себе, к Ругайе Бегум не ускорит работ, но она реалистически смотрела на вещи. У нее не было выбора: мебель оказалась разорванной и гнилой, попытки вычистить помещение лишь подняли клубы пыли. Она несколько раз чихнула и рассмеялась.

— Я буду спать в своем дворце, — объявила она, — но на день останусь здесь, чтобы присматривать, как продвигаются дела. Салон в гареме довольно большой, и в нем есть фонтан. Адали, вызови строителей, пусть отгородят мне там отдельную ванную. Трубы для воды можно проложить под полом. — Она опять дважды чихнула. — Адали, сходи к господину и скажи, что мы решили. Он не будет возражать.

Ямал-хан и в самом деле не возражал. Он вернулся в покои принцессы вместе с Адали, осмотрел все вокруг и сморщился.

— Ты права, — согласился он. — Не скоро удастся сделать эти комнаты жилыми. Делай, что считаешь нужным, я не буду спорить.

— Ты поедешь со мной, господин? В моем дворце вполне хватит для тебя места.

— Думаю, принцесса, мне лучше остаться здесь и проследить, чтобы слуги снова не впали в леность.

— Чепуха, господин, — возразил принцу Адали. — Поезжай с невестой. Извини, что говорю тебе это, но ты ведь не привык к таким вещам, как управление хозяйством. Это мое дело.

— Ты прав, Адали, — благодарно ответил евнуху Ямал-хан. Управитель, судя по всему, был умным человеком, способным сделать жизнь приятной. — Время, проведенное наедине с невестой, поможет мне ее лучше узнать. — Он тепло посмотрел на Ясаман, и она застенчиво улыбнулась ему в ответ.

— Поезжайте немедля, — посоветовал им Адали. — В такой тихий летний день приятно плыть по озеру. А позже приедут Рохана и Торамалли.

— Я научу тебя удить рыбу, — пообещал невесте Ямал-хан.

— Мне самой придется насаживать наживку? — заволновалась девушка, и принц снисходительно рассмеялся. «Какая она очаровательная», — думал он и, взяв за руку, проводил к лодке.

Вслед им искоса поглядывал Адали, а Рохана и Торамалли за его спиной не удержались и прыснули: с пяти лет Ясаман стала опытной рыбачкой. Она скакала на лошади, как воин, и много раз охотилась с отцом на тигров и газелей и, к тревоге Ругайи Бегум, была бесстрашна до безрассудства. Девушка великолепно владела оружием — луком и ружьем. Акбар и Салим дружно восхищались ее способностями, что все-таки не уменьшало страхов Ругайи.

— Посмотрим, кто будет верховодить в этом браке, — усмехнулся служанкам Адали.

— Тот, кому и положено, — весело ответили девушки. — Мужчины должны заниматься любовью и быть в состоянии оплачивать счета торговцев.

— Ах вы, распутницы, — фыркнул евнух. — Откуда вы набрались знаний о мужчинах? — Потом вздохнул и драматически возвел руки. — Нет! Я не желаю знать, где вы взяли эту мудрость. Лучше буду считать вас нежными послушными девочками.

— Мы и вправду нежные, но не такие послушные, как ты хотел бы, дорогой Адали, — парировала Рохана. — Но вместе мы исправно служим госпоже. Разве не так?

— Мы служим ей хорошо, — вновь усмехнулся Адали. — Кандру мы в этом не подвели.

— А ты думаешь, она когда-нибудь вспоминает о нас, Адали? — спросила Торамалли.

— А я гадаю, какая она сейчас? Все такая же красивая, как тогда, много лет назад? — поддакнула ей Рохана. — Как ты считаешь, нашла она счастье с другим своим господином? И скучает ли она о нашей маленькой принцессе?

— Вопросы! Вопросы! — замахал на них руками евнух, как будто если бы он знал ответы, то перестал бы думать о Кандре. Он вспомнил, как глядел на нее в последний раз. Изможденно-бледная, опоенная снадобьем, бодрствующей частью сознания она думала только о ребенке, которого вынуждена была оставить. Да, он часто думал о ней. — На эти вопросы у нас нет ответов, — проворчал он служанкам, когда видение исчезло. — Что же мы попусту болтаем, когда нас ждет работа?

Ясаман скромно сидела в маленькой лодочке.

— Это очень просто, — объяснял невесте Ямал-хан, восхищаясь ее красотой: девушке шли светло-зеленые шаровары и подобранная к ним в тон блузка. Он стоял в суденышке, осторожно держа равновесие, с длинным бамбуковым удилищем в руке. — Насаживаешь на крючок наживку, и удочка готова. — Показывая, он аккуратно забросил леску в воду.

— И все? — Глаза девушки были широко раскрыты. Она быстро наживила свой крючок и молниеносным движением запястья забросила удочку.