– Не совсем. Это зависит от желания самой миссис Линдегрен.

– Это ясно, – улыбнулся Линдси, – но ведь вы можете оказать на нее некоторое влияние. Если вы посчитаете, что ей грозит реальная опасность на этом прекрасном острове, то вполне вероятно, что она откажется от поездки.

– Ну и пусть откажется. Почему этот вопрос вас так волнует?

– Как хорошо, что я приехал к вам именно сегодня, – снова взмахнул руками Линдси. – Ну разве можно так говорить? Неужели вы действительно ничего не понимаете? Ей так важно принять участие в съемках этого фильма о защите живой природы. Ее и так обвиняют в бесчувственном отношении к животным, после того как она надела эту злополучную шубу в Москве.

– Какую шубу?

– Из норки или из песца. Я не помню точно. Но зверей там убили много, чтобы сделать ей такую шубу. Конечно, ей не следовало принимать подобный подарок и надевать шубу под объективами фотографов. Но она ее надела. И теперь просто обязана принять участие в съемках фильма о защите живой природы.

Несмотря на свой экстравагантный вид, Линдси был совсем не дурак, и в его размышлениях были свои резоны.

– Возможно, вы правы, – задумчиво кивнул Дронго. – Я не знал об этой истории с шубой. Кто ее подарил? Режиссер Симаков?

– Не помню. Но это не так уж и важно. В любом случае ей нужно обязательно лететь на Барбадос. А вам не мешать ей и по возможности охранять ее.

– Я буду иметь в виду ваши установки.

– Ну какие там установки, – отмахнулся Линдси. – Я хотел встретиться с вами, чтобы убедить вас не мешать Кристин. Она твердо решила лететь на Барбадос и принять участие в новом фильме. Мне было важно почувствовать ваш настрой.

– Почувствовали?

– Нет. Вы неуловимо меняетесь и не даете мне зафиксировать ваше отношение к этой поездке, к самой Кристин и даже к моему приходу. Я не чувствую вашего отношения. Только любопытство и вежливость.

– Интересно, – заинтересовался Дронго, – что именно вы хотели почувствовать?

– Вражду. Ненависть. Интерес. Непонимание. Либо понимание. Поддержку. Отрицание. Что угодно. Но не такую реакцию. Вы словно препарируете мой визит и мое появление в вашем номере. У вас очень интересный взгляд. Вы смотрите на человека вполне доброжелательным взглядом, а сами внимательно изучаете его недостатки, достоинства, поведение, речь, манеры, одежду и все остальное. Я слышал, что вы один из лучших экспертов в своем роде. Теперь понимаю, что у вас вполне заслуженная репутация.

– Это я притворяюсь, – улыбнулся Дронго.

– В таком случае вы делаете это слишком профессионально. Вы никогда не играли в театре?

– Нет. Мне хватает театральных эффектов в обычной жизни.

– Не сомневаюсь. Но вы можете сказать мне свое предварительное мнение? Хотя бы для того, чтобы успокоить меня? Вы не будете возражать против нашей поездки?

– Не буду, – ответил Дронго.

Линдси внимательно взглянул на своего собеседника и снова взмахнул руками. «У него очень умные глаза, – отметил Дронго. – Такие глаза бывают у страдающих людей. И у прожженных циников».

– Не знаю почему, но я вам верю, – сказал Линдси. – Надеюсь, что мы полетим на Барбадос вместе. Вы бывали на этом острове?

– Не был, – признался Дронго, – из Европы туда далеко лететь, а я не очень люблю летать на самолете.

– Только не говорите, что вы боитесь. С вашей-то профессией…

– Именно так. Я не люблю долгие перелеты над океаном. Вполне вероятно, что боюсь. Или опасаюсь…

– Смешно. С вашей профессией бояться авиационных перелетов. – Линдси улыбнулся. – Я думаю, вы знаете, что Кристин обычно заказывает специальный самолет для полетов на Барбадос.

– Не знаю. Но в таком самолете я тем более не полечу. Лучше обычный рейсовый авиалайнер, которым будут управлять профессиональные летчики, много раз летавшие на Барбадос. И большие самолеты не так сильно трясет над океаном, где вечно дуют сильные ветры.

– Это верно. На Барбадосе настоящий рай на земле. Я думаю, вы не пожалеете, что окажетесь именно там.

– Надеюсь, что не пожалею.

Линдси стремительно поднялся.

– Извините, что нагрянул к вам так поздно, – сказал он на прощанье, – но полагаю, что вы поняли, какими мотивами я руководствовался. До свидания, мистер Дронго.

– До свидания, мистер Линдси. Очень рад был с вами познакомиться.

– Я тоже, – они пожали друг другу руки и остались довольны этим знакомством.

Во втором часу ночи Дронго принял душ и отправился спать. Во сне он снова увидел всех четырех человек, с которыми познакомился в этот длинный день. Рядом все время стояла Кристин, которая внимательно слушала, что именно они говорят. И он никак не мог разглядеть выражения ее лица.