– Я буду с вами, – пообещал Дронго, – но сейчас мне нужно вернуться в дом и попытаться по горячим следам найти возможного преступника.

Моргунас вздрогнул:

– Что вы говорите? Какого преступника? Вы полагаете, что его убийца находится в доме? Но это абсурд, нонсенс, такого просто не может быть. Я знаю всех этих людей в доме уже много месяцев.

– Мне трудно поверить, что на ночном пляже у океанского побережья появился какой-то сумасшедший грабитель, который решил убить Моничелли и забрать его брюки или майку, – возразил Дронго. – Любой посторонний понимает, что на пляже у купающегося не будет ни денег, ни документов. Тем более в такое время. И сам Моничелли был вполне сильным, подготовленным человеком. Посторонний не смог бы просто так подойти к нему на близкое расстояние и ударить его. Это был человек, которого он знал. В этом я абсолютно уверен.

– Черт побери, – растерянно воскликнул Моргунас, – я даже не знаю, что вам сказать!

– Ничего не нужно говорить, – махнул рукой Дронго, – лучше подождите здесь. Я скоро пришлю охранника.

Он повернулся и зашагал к дому. Там уже царила жуткая суматоха. Алиса и Юхан поднялись к себе, чтобы отмыться. Барнард увел Кристин, которая едва не теряла сознание. В большой гостиной остались только Агнесса со своим другом и Линдси. Охранник стоял у дверей, не понимая, чем может помочь. Это был молодой афроамериканец лет двадцати пяти. Он тоже был напуган случившимся.

– Иди к гаражам, там увидишь врача. Оставайся рядом с ним, – распорядился Дронго, и охранник, быстро кивнув, почти выбежал из дома.

Дронго прошел к столу, взял стакан и налил себе минеральной воды.

– Что там произошло? – мрачно осведомился Линдси.

– Его кто-то ударил ножом, – сообщил Дронго, усаживаясь на стул.

Агнесса вздрогнула и схватилась за своего друга.

– Проклятый дом, – прошептала она, – проклятое место.

– Давайте успокоимся, – предложил Дронго, – полиция скоро приедет. Нам всем нужно успокоиться. Я уже просмотрел запись с камеры наблюдения.

– И что вы там обнаружили? – иронично спросил Линдси.

– Как вы выходили на пляж, сразу следом за Моничелли, – ответил Дронго.

Линдси нахмурился:

– Вы с ума сошли? Я не выходил… хотя подождите. Я действительно выходил на пляж сегодня вечером. Дверь была открыта, и я решил немного прогуляться. Я дошел до океана и вернулся. Мне нужно было быстро вернуться обратно в дом.

– Почему? К чему такая спешка?

– Я визажист и приехал сюда с миссис Кристин Линдегрен, – несколько злым тоном напомнил Линдси, – мне нужно было подняться к ней и проследить, как она накладывает макияж. Тем более что она сама попросила меня об этом. Что я и сделал. Вы понимаете, почему я должен был быстро вернуться обратно.

– И вы никого не видели?

– Представьте, что никого, – отрезал Линдси. – Мне не нравится, что вы разговариваете со мной в подобном тоне. Неужели вы полагаете, что я мог совершить такое чудовищное преступление? Я – профессиональный визажист, у меня столько премий, зачем мне портить свою жизнь, убивая Моничелли, который лично мне не сделал ничего плохого?

– Сегодня днем вы сказали при мне, что его когда-нибудь накажет бог за его цинизм. Это были ваши слова?

– Но я не орудие бога, – повысил голос Линдси, – и вообще не понимаю, что вы от меня хотите. Я просто был раздражен на Моничелли, на его грубые шутки. А вы вырываете мою фразу из всего разговора и делаете меня подозреваемым в этом страшном преступлении.

В гостиную вошел Барнард. У него было уставшее лицо.

– Ей совсем плохо, – коротко сообщил он, – нужно позвать врача. Пусть Моргунас посмотрит ее.

– Он у гаражей, – пояснил Дронго, – ему можно позвонить.

Барнард достал мобильный телефон, набрал номер.

– Господин Моргунас, будьте любезны вернуться в дом. Миссис Кристин Линдегрен плохо себя чувствует. Было бы правильно, если бы вы сейчас поднялись к ней. Да, господин Дронго рядом со мной. Сейчас узнаю.

– Он спрашивает, может ли он сюда прийти, – уточнил Барнард. – Вы оставили его у гаража рядом с телом погибшего.

– Уточните, где находится охранник, которого я к нему послал.

– Рядом с ним. Но этот парень явно напуган.

– Пусть Моргунас вернется в дом, – решил Дронго.

Барнард передал его слова врачу.

– Вы сегодня выезжали с виллы? – спросил Дронго.

– Да, – спокойно ответил секретарь, – я должен был заехать в город к нотариусу. Вы же слышали, что Кристин накануне дала мне распоряжение об этом.

– И вы были сегодня у нотариуса?

– Да. Но я не понимаю сути вашего вопроса. Почему вы спрашиваете об этом?

– Он считает каждого, кто выходил из дома, потенциальным убийцей, – ухмыльнулся Линдси, – вот поэтому и спрашивает вас.

У Барнарда не дрогнул ни один мускул лица. Он только снял очки и тщательно протер стекла.

– Вы выезжали с виллы, – терпеливо продолжил Дронго, – камеры зафиксировали, как вы выезжали отсюда. Вы были один?

– Конечно. Я взял один из двух автомобилей, стоящих у нас в гараже, и поехал в город.

– Вы были за рулем?

– Разумеется. Я всегда сам вожу машину. И в Лос-Анджелесе тоже. Мне не нравится, когда все решает водитель. Лучше вести машину самому. К тому же у наших телохранителей хватает забот и без этого.