Прислушавшись, я вскинула брови. Отец говорил о том, что готов отдать раскопки Харенхешу, если они упорно будут не соглашаться на предложение о совместных изысканиях. Выведя боевую Гильдию с Сиана, мы сможем сконцентрировать воинов на юге, а так же вычесать эсхонских блох с нашей земли. Смотря на него, я понимала, что это далеко не все, о чем он думает. Возможно, это Целесс мягко доносила до меня, что они не забыли о месяце, который я провела в Харенхеше. Почему-то, слушая об отдаче раскопок Харенхешу я слышала другое: освободившись от необходимости держать внимание на Сиане, собрать все силы на юге. Этого хватит, чтобы вытоптать все, что попадется под ноги, не считая возвращения Милорана. Покончив же с претензиями южан отец собирался сделать тоже самое с Харенхешем. Но говорить об этом вслух не стоило. «А что с эсхонцами?» — задала вопрос Кларисс. Посмотрев на карту, Целесс подняла удивленный взгляд: какими эсхонцами? Что они задумали, страшно было подумать. Смотря на эту женщину, сложно было понять основания для ее уверенности в себе. Я явно чего-то не знала.

Целесс отошла из конуса видимости иллюзора, когда отец передавал распоряжение Анри: назначить собрание нескольких глав Гильдий через два часа. Кларисс продолжала рассказывать не густые новости с полей. С одной стороны затишье не могло не радовать. С другой, оно предвещало крупную операцию совместных сил Харенхеша и Дозарана. И желательно было успеть выполнить задуманное до ее начала.

Я рассмеялась, увидев заглядывающих в залу людей. Все охраняющие дом псионики и рейнджеры хотели поздороваться с Целесс. Среди них не было тех, кто как я, не видел ланитов прежде. Но сам факт возвращения ланитки в наш мир был невиданным событием последних двух десятилетий. Лично у меня складывалось впечатление, что Целесс для Объединенных земель стала как Нис для меня: никто не понимал, что за сила таится в ней, но все предпочитали выдерживать почтительное расстояние, а кто-то даже предлагал свои услуги. Если, конечно, предложение Хермена Тесха не было простой уловкой. Определенно, ланитка могла сыграть весомую роль в грядущих переговорах и боях, если таковые случаться. Хотя в последнем сомневаться, к сожалению, не приходилось.

«Я не хочу, чтобы из-за поступка одного харенхешца, даже всего его «дома», пострадали невиновные люди». — Думала я, глядя на ланитку. Не оборачиваясь ко мне, она слушала Кларисс. «В войне нет невиновных людей, Дайан. Их можно было бы считать невиновными, если бы ты провела в его доме меньше суток. Из этого мира ушли ланиты, но не псионики… Харенхеш мог остановить его» — был мне ответ. Я отвернула подбородок, вздыхая. Откуда дул ветер политики правоты сильнейших становилось понятнее с каждой минутой. Но не согласиться я с ней не могла. И не хотела. Пусть будет так.

Я чувствовала себя запертой в клетке, узнавая происходящее во внешнем мире из слухов. Утро возвращения отца и Целесс было последним, когда после завтрака мы все могли услышать о происшествиях в полном объеме. День за днем я начинала все больше и больше раздражаться из-за своего положения. Отца не всегда получилось увидеть и раз в два-три дня. Через пару недель я узнала из гильдейских новостей, что мы отдали раскопки Харенхешу, сохранив при этом Баэндарский порт и Буренер. Кивнув, я подумала о том, что маме и тете некуда возвращаться. Да и сама, в общем-то, не дома…

Я сидела в комнате, смотря на подставку иллюзора, и соображала, где они могут сейчас находиться. Было тошно. Очень тошно. Особенно от осознания того, что запер меня собственный отец. Когда в дверь постучали, я ожидала увидеть кого угодно, но не его самого. Пройдя, он присел на кровать, отодвигая подставку иллюзора.

— Ты знаешь Ниару? Вы могли познакомиться в зальцестерской резиденции.

Я кивнула. Она была единственной полукровкой в зальцестерской резиденции Гильдии магов. Красивая женщина, талантливый и способный маг какой-то средней ступени. Кроме того, она была псиоником не низкой ступени, в чем и была ее основная ценность для нашей Гильдии. Мне не довелось общаться с ней лично, но Петир рассказывал о тех, с кем работает, если я спрашивала. О Ниаре тоже упоминал, рассказывая что-то необычное. Но я не могла вспомнить, что именно в ней было такого особенного, кроме псионических способностей, выделяющее ее среди прочих гильдийцев боевого направления.

— Я не могу позволить себе рисковать твоей безопасностью. Особенно после похищения. Думаю, что дом твой разрушили эсхонцы. Именно те, что ты встретила в Умене. И уверен, они ждут — не дождутся, пока ты выйдешь из особняка. Ниара будет с тобой рядом постоянно. Она маг четвертой ступени и псионик третьей. Специализируется на щитах. Она одна из сильнейших комплексных щитов Объединенных земель.

— Зачем мне охрана, если ты не позволяешь выйти?

— Ниара придет через час. Вместе с ней ты можешь распоряжаться своим временем как пожелаешь. Единственное, что прошу: не суйся в области, где идут боевые действия. У тебя есть новый дом. Надеюсь, он тебе понравится. Карел и Тайрен сейчас там. Ниара проводит, когда придет, он недалеко здесь. Сейчас она заканчивает с защитой у вас. Но ты можешь остаться здесь, и я буду рад этому.

Я сглотнула, не веря тому, что слышу. Сжала его ладонь. Чуть улыбнувшись, отец повел подбородком и продолжил.

— При желании заняться работой, и Кларенс и Низерей будут рады предложить тебе огромный список задач. Людей не хватает, заняться есть чем.

Улыбнувшись, я обняла отца. Неужели?

— Кристалл в раскопки. — Протянул он руку.

Я подняла бровь, усмехаясь. Достала кристаллик из кармана, вложила в его ладонь. Отец поднялся, задумчивый и тихий.

— Могу я тебя попросить? — Обернулся от двери.

Я удивленно кивнула. Конечно, можешь!

— Будь максимально осторожна, Дайан. И помни, что бы ни случилось, ты всегда можешь обратиться ко мне. По любому поводу.

Я поднялась, хмурясь. Подошла, обнимая его. Отец поцеловал меня в макушку, гладя по голове.

— Ты необыкновенно теплый человечек, Дайан. Ты обогреваешь всех, с кем соприкасаешься. Но боль тоже можно делить. Не держи ее в себе. Когда тебе плохо, просто скажи об этом.

— Все хорошо, что ты… — Улыбнулась я.