Леса, леса и в них следы,

Следы кабаньи да медвежьи

И там, где ходим, у воды

Они как будто вовсе свежи.

Дрова рубили, жгли в печи,

Высоты мерили ногами,

Ласкали огонек свечи

Растянутыми вечерами.

За километрами село,

А здесь не слышно даже ветра,

В ущелье сыро и темно

И двое нас на километры.

Так воспитывается жестокость…

Жабу резали. Что такого?

Это нужно, чтоб знать доподлинно

Как и что происходит в людях.

Человек хоть устроен сложно,

Но, практически, как у жабы

Рефлексирует его тело.

Жабу вешают за поднебенье,

Погружают ноги в кислоты

И глядят как сжимаются мышцы…

А потом с них сдирают кожу,

И опять погружают в кислоты,

И лишь пальцы слегка шевелятся.

Человек точно так устроен,

Коль рецепторы кожи нарушить,

То рефлекс не сожмет конечность.

Но окончено наше занятье,

Жаб посбрасывали всех в банку,

Инструменты все перемыли…

Все звонка ждут, как отпущения

От сжимающей сердце боли…

В боксе тихо застыла жаба,

Не использованная в работе.

И… Вскричала Мария: “Жаба! Не убитая!

Крови! Крови!”

Нас поглощает мира суета

Традиций и регламентов каноны…

Неписанные писаны законы

И читаны с печатного листа.

Мы мир через себя распознаем,

И в мире всё себя найти стремимся,

И отклика себе найти в нем тщимся,

Но всё в нём отражается во всём,

И мы себя в себе не узнаём.

В других не узнаём себя тем паче.

На плач нам тоже отвечают плачем,

Как мы, в ответ на слёзы, слёзы льём,

Свои же отражения читая

И ничего в себе не понимая.

Бездушье каменного дня.

Опять порталы и кварталы.

Почтамты… площади… вокзалы…

Одни лишь камни вкруг меня.

Мы с болью, как всегда, одни.

Нам некому излить обиды.

Всё камни… камни… лишь для вида

В них окон светятся огни.

Не всё возможно рассказать.

И объяснить не всё возможно.

“Мысль изречённая – суть ложна”,

Но так же ложно промолчать.

Какую ложь избрать из двух?

Какая всё же к правде ближе?

Летит, кружит словесный пух

И пыль событий слепо нижет.

Водовороты слов на слом:

Слепые дыры и прозренья…

Как отойти от их круженья,

Чтобы не каяться потом.

О чём вы спорите, друзья?

Сегодня, в этом мире бренном,

Случайном и обыкновенном,

Вас к песне приглашаю я.

Не ко столу, не ко двору,

А к тексту, где слова – игрушки,

Где арлекины и хлопушки

Свою затеяли игру.

Не обессудьте, стол мой пуст,

Но в песне слов для всех нас хватит,

А жизнь нам всё с лихвой оплатит,

Когда коснётся холод уст.

Так что ж вы смотрите с тоской?

Ах, эти странные поэты…

Вы правы: так смешны сюжеты,

Пока создатель их живой.

Наша Жизнь отживёт, как шальная Звезда.

Пробегут, пролетят, пронесутся…

Вроде были и не были эти года,

Те, что возрастом нашим зовутся.

Иногда вспоминаем, как давнюю даль,

Вроде всё это было не с нами.

Всё уносит забвение: радость, горе, печаль -

– Называемые годами.

Что же, пусть убегают, не будем жалеть,

Каждый день нами полностью прожит…

А Душа – молодая, не умеет стареть

И по-прежнему тело тревожит.

Когда идёшь к горе – видишь тигра.

Когда подходишь к горе – видишь камень,

Когда проходишь гору – видишь капельки пота,

свисающие с собственного носа.

Пытаться выразить словами,

Что не ложится в знаки слов,

Черкать чужими письменами

И разделенье и любовь,

Искать земного пониманья

Для не земного Бытия…

Течёт река – ей нет названья…

Стоит гора – ей нет названья…

Классифицирует сознанье

Весь мир реалий… для себя.