Хорошо, пусть не так. Пусть папаша честный человек, преданный, стойкий, испытанный, проверенный-перепроверенный. Пусть… А сын?! Сын знает мало?! Мало он здесь повидал?! Мало о чем наслышан?! А сколько их, таких вот люкс-боев, уехавши на Запад, сделались злостными антисоветчиками?! Не папаша, так сын напишет, ему тоже есть что вспомнить, да и помощь ему не потребуется, он получше папаши пишет, голова на плечах… Одна надежда, что характер не тот, политика ему противна… С другой стороны, ведь это она здесь ему противна, а там, быть может, все будет наоборот?.. Опять же, как вспомню наши споры… теперь уже двадцатилетней давности… И вот: прибываю я в S=F, а в это время в Нью-Йорке выходят мемуары, где мне посвящено энное число прекрасных страниц! Скандал! Провал полный и окончательный! Меня эвакуируют первым же рейсом, спецрейсом. Приеду под конвоем, как преступник…

Какой же выход? Прежде всего проверить: так ли это? Паутов мог меня купить, нарочно, по злобе, чтоб заставить понервничать, поволноваться. Соврал, да и все тут, а он (то есть я) пусть побесится. Весьма похоже, что соврал. Вместе с тем, раз уж такая счастливая мысль пришла ему в голову, он безусловно выжмет из нее все возможное. Он опытный игрок и на одноходовые комбинации энергии тратить не станет. Каждым выстрелом надо убивать нескольких зайцев, каждую котлету надо кушать минимум два раза. Стало быть, собрался Тимур уезжать или нет, он (Паутов) все равно будет теперь всюду ходить и внушать, что собрался! Тем не менее проверить необходимо. У Тимура были еще недавно (когда уже начались отъезды) и патриотические, так сказать русофильские настроения. Он даже, видите ли, считал себя русским! Года три назад, помнится, обсуждали мы с ним эту проблему, так он кричал в том духе, что, дескать, невозможно жить не в России и прочее. Если эти настроения у него сохранились, то он может и взъерепениться, вплоть до того, что может обратиться с заявлением в соответствующие инстанции: клевета, мол, я — русский, и никуда отсюда ехать не собираюсь… Да, надо проверить, надо… А как проверить?

Представить себе, что я говорю по телефону с Тимуром или с папашей и спрашиваю: правда ли? я тут услышал… — невозможно! Даже если улучить мгновение, когда у телефона никого нет. Нет, это без разницы — телефон прослушивается! Не здесь, так у Интерлингатора! КГБ переполошится… Нет, этого делать нельзя. Можно, конечно, сформулировать вопросы корректно, Интерлингатор поймет… Ну и что? Скажет: «Да, я вас понял. К сожалению, это так. Мне нужно поговорить с вами…» Стало быть, придется ехать в Москву. Записка моя тогда горит синим пламенем. В Москве меня может так закрутить!.. А кроме того, что, если за Интерлингаторами уже следят?! Хорошо, пусть не за старым Интерлингатором, а хотя бы только за Тимуром?! А ведь Вольдемар наверняка потребует от меня, чтобы я шел уговаривать Тимура!.. М-да… ни о какой загранице тогда и мечтать нельзя… Положим, вряд ли за ним следят, ну а все-таки… вдруг?! Нет, торопиться нельзя… Время есть еще, хотя Паутов успеет-таки навредить порядочно, раскручивая свою счастливую идейку… Нет, я должен взять себя в руки. Я должен еще здесь продумать ответные ходы, чтобы, выйдя, нанести удар наверняка! Спокойно, спокойно, потеряно не все! Ты еще узнаешь, с кем имеешь дело!

Итак, обмозгуем… Во-первых, как быть с женой? Она вернется через две недели. Не лучше ли не сообщать ей о последней новости, чтоб не сбивать с толку, чтоб шла и говорила уверенней?! Помимо всего прочего — кто ее знает? — вдруг взыграет ретивое?! Тоже ведь русская, патриотка, да и дочь партийного работника, — взовьется: «Вот, надо знать, с кем якшаешься! Предательство! Его здесь воспитывали, кормили, а он!..» Нет, так она не скажет, она человек благородный и умный. И конечно лучше, если она узнает от меня, а не со стороны. Если узнает со стороны, вот тогда рассвирепеет… Подготовить ее надо, и при некотором везении в какой-то степени нейтрализовать урон она сможет.

Во-вторых, надо учитывать, что Интерлингатор-стар-ший сам заинтересован паутовскую интригу поломать. Если справедливо, что сынок такое намерение обнаружил, то папаша наверняка уже контрмеры предпринял — как по семейной линии, по линии уговоров, истерии, просьб, обещаний, так и по официальной: куда надо уже пошел, сказал, поплакался, заверил, выразил готовность отказаться, предложил, чтобы они со своей стороны надавили, чтобы употребили все имеющиеся в их распоряжении средства воздействия… Одним словом, он, и лишенный контакта со мной, работает в нужном направлении, косвенно мне помогает…

Но этого мало. Это все покамест лишь защита, не нападение. Интерлингатор, хоть и знает, что Паутов его главный враг, самостоятельно вряд ли способен изобрести нечто эффективное, окромя разве жалоб, что тот к нему «недоброжелателен», или вовсе каких-нибудь немыслимых кляуз, вроде того, что Паутов украл у него важный, им (Интер-лингатором) подготовленный документ (он однажды уже обвинял его в этом), — кляуз, которых никто всерьез не примет, за которые его будут только презирать (презирать, что не смог выдумать чего-нибудь поумнее и посвежее)… Значит, в аспекте нападения я должен надеяться на одного себя…

Я весь день ходил по комнате, три шага туда, три шага назад, и думал, думал, взвешивал, перебирал различные варианты, вертел их так и сяк.

Я должен найти у Паутова слабые места. Где они у него? Кулацкое прошлое его родителей, сокрытие этого факта? Нет, упирать на это сейчас наивно, надо было трепыхаться раньше… Какие-либо осечки во время поездок за границу? Тоже не получится. Если я что-то и вспомню, мне скажут: «А где ты был прежде, чего молчал?» Да и не выдумаешь тут ничего, все будет шито белыми нитками, хуже, чем у Интерлингатора. Увидят липу, наврежу сам себе… Нет, остается единственная сфера — работа, профессиональная компетенция, республика S=F. Вот здесь есть что копнуть! Проколы с нашим журналом, с адмиралом, с Марио, уже ближе к сегодняшнему — запоздалая реакция на подъем молодежного протеста, неверная оценка… чего? — допустим, «движения майоров» (надо поднять бумаги за прошлый год и уточнить; кажется, там что-то можно найти), что еще, что еще?

…Ага, вот оно! Концепция!!! «У нас нет концепции!» — его слова! Давеча он выразился недвусмысленно: «В отношении республики S=F у нас нет концепции! Мы не знаем, нужна нам она (республика) или нет!» Припоминаю, что и прежде на каком-то из совещаний он высказывался в таком же духе! Правда, я тогда как будто поддержал его, но не особенно активно, так что это не имеет значения, это обсуждалось в качестве его, а не моего и не нашего общего тезиса. Да-да, это именно его точка зрения. А раз так, то позволено будет поинтересоваться: как могло случиться, что у нас до сих пор нет концепции в отношении S = F?! Кто виноват? Кто фактически отвечает за этот участок?! Что же, все эти годы работа там так и велась — не на основе четко разработанного плана, не на основе комплексного, системного подхода, а на основе сугубо случайных, произвольных решений?! Не это ли и привело в результате к целому ряду неоправданных, чреватых серьезными последствиями срывов? Ответьте, товарищ Паутов, ведь это на вас была возложена функция осуществления общей координации, ответьте: чем же вы все это время занимались, если до сих пор, как вы выразились, у вас нет концепции? Расскажите, как вы направляли работу, какие установки вы давали людям? Или вы так и говорили им: «Вообще-то не знаю, зачем мы в это ввязались. Не знаю, нужно ли нам это»? Осознаете ли вы в полной мере, что одно это уже способно повлечь за собой неуспех любой, самой тщательно подготовленной акции, дезориентировать конкретных исполнителей?! В нашей деятельности на протяжении ряда лет имел место ползучий эмпиризм. Вы утратили общую перспективу! Ваша политика граничила с авантюризмом! Она являла образец типично кабинетного теоретизирования в отрыве от живой революционной практики!.. В. И. Ленин, высмеивая «кабинетных революционеров»…