Я вышел из его кабинета, в приемной никого не было. Клёпа испарилась куда-то. Пришлось мне идти в свой новый кабинет. Очень это необычно, практиканту давать отдельную комнату. С ума сойти. Ладно, посмотрим, что там такое.

Дверь была не закрыта. Позже на столе я нашел магнитные ключи. Шторы были закрыты, и я первым делом их открыл. Спятить можно совсем. Это был кабинет метров двадцать-двадцать пять. Но рассмотреть его в деталях я не успел, в коридоре послышался сигнал тревоги. Я открыл дверь. По коридору неслась на высоких каблуках Клёпа.

– Совещание!
– крикнула она во всю мощь своих легких.

Вроде шеф говорил, что это будет полдесятого, пока нет и девяти, но на всякий случай я отправился за Клёпой. Она добежала до двери с табличкой "К.О". Я осторожно открыл дверь.

Опять таки кто так проводит совещания? Люди сидели в глубоких креслах. Стола не было. Одно кресло было не занято.

– Давай, - велел шеф.

Я прошел под взглядами незнакомых людей и уселся.

– Сначала о деле, - Алекс махнул рукой, словно рубанул ей.
– Сантименты потом.

Клёпа кивнула и принялась докладывать. Это что бы секретарша начинала совещания? Остальные внимательно слушали. По мере поступления информации, у меня все ниже отпадала челюсть и возникли серьезные подозрения в их и собственной психической вменяемости.

– У нас проблемы на кладбище. По объекту сорок девять сообщают, что это проблемы второго уровня, - докладывала Клёпа.

– Значит, утечка данных, - пояснил Алекс.

– Сорок девятый объект это сторож кладбища Чемодуров Виктор Васильевич. Шестьдесят два года, внешность украинская, эдакий дядька с усами, но по паспорту русский. Мать молдаванка, отец неизвестен. Есть племянник Григорий Чемодуров. Значит, наш объект подвергался воздействию по всей форме. В действительности это было заклинание омоложения, но последствия не наступили. Бумаги он подписал. Два года после проработал на кладбище, никаких изменений. Медосмотр проходил, с психологом беседовал. Заключение было, что действие не оказано.

Клёпа посмотрела на бумаги, которые держала на коленях.

– Ага. Чемодуров. Образование десять классов, работал на заводе, после пенсии устроился на кладбище сторожем.

– И что с ним?
– это спросила миловидная женщина, строгий костюм, волосы собраны в пучок на голове, минимум косметики, несколько лошадиное лицо. Явно не простушка, как Клёпа. Мне она нравилась, чем то она похожа на мою мать. Я предположил, что она работает в бухгалтерии.

– Жанна, - повернулся к ней босс, так я узнал, как ее зовут, - не перебивай. Клёпа сейчас все изложит. По порядку вопросы потом.

Клёпа кивнула. Жанна вздохнула.

– Итак, этот гражданин ни на что не жалуется. Но есть единственное верное предположение, что он во всем виноват. Продолжим, к нам поступила информация из нескольких надзорных служб и видных людей. По их данным, стали распространятся сведения, явно в результате шантажа. Похоже, что кого шантажируют, он платит, а кто не платит, то сведения выходят на свет божий. При этом все сходится на этом кладбище.

– Как?
– не утерпел Алекс.

Клёпа недовольно на него глянула, но удержалась от замечания.

– Да так, что эти сведения могут выболтать только покойники. По крайне мере такие подробности, - уточнила секретарша.

– Выходит, что кто-то усиленно беседует с нашими покойничками, а потом шантажирует родственников?
– это уже спросил резкий мужчина.

Шеф сцепил руки в замок.

– Это не обязательно родственники, коллеги по работе, друзья, любовники, начальники и подчиненные. Список разнообразен. Клёпа передай бумаги.

Алекс стал их просматривать.

– Отлично. Проблему будем решать в два круга. Жека и Василий, - шеф кивнул тому резкому мужчине, - на кладбище. Там по обстановке. Петр - милиция и потерпевшие. Клёпа раскопай все что можешь об этом Чемодурове. Совещание закончено. С этим делом надо разгрестись до четверга. Совещание закончено, - еще раз авторитетно напомнил он.
– Все за работу. И переоденьте мальчика.

Я так понял, что это он обо мне. Я был здесь самым молодым. Василий мне показался слишком резким и угловатым. На мое придирчивое оглядывание Василий не реагировал. Я пошел за ним по коридору. Василий толкнул дверь с табличкой "ЗГД". "Ясно, что это заместитель", - установил я, а потом остановился, как вкопанный.

– Что встал?
– полюбопытствовал Василий.

– Я что-то не понял, - признался я.

– Чего?
– Василий иронически приподнял бровь.

– Там на кладбище юридические проблемы?

– И это тоже, Жека, - туманно согласился он.
– Ты так сказать входишь в курс полевой жизни, иначе, как ты будешь юридически решать наши проблемы, если сам с ними не сталкивался. А так нам объяснять тебе ничего не придется. Сам все будешь решать и во все нюансы вникать.

– Угу, - я даже поверил ему.
– Василий, а мне надо переодеться?

– Надо, там в Комнате вещей найди себе чего темненькое и полегче. Жарко же, - велел Василий.

– Комната вещей это К.В?
– догадался я.