– Василий, а почему покойника надо допрашивать в первую ночь на кладбище?
– у меня проснулся некромантский интерес к жизни после смерти.
– Правила что ли какие есть?

– Есть, конечно, - Василий еще раз кинул на меня жалостливый взгляд.
– Ты, я так понимаю, книги не читаешь? Фильмы не смотришь? Оккультными науками не интересуешься?

– Как-то я все больше по юридической литературе, ну, детективы там еще, - признался я. Мне стало неудобно, что я такой профан в этих вопросах.

– Хоть по специальности читаешь, - одобрил Василий.
– Многие ничего окромя глянцевых обложек не читают. Для молодежи ты большое исключение, Жека.

– Василий, и что будет, если мы увидим, что сторож общается с покойниками?
– я постарался себе это представить, но воображение меня подвело.

– Мы с ним вежливо пообщаемся, - Василий кровожадно улыбнулся.
– И заставим его больше этого не делать.

Мне хотелось спросить, как мы это сделаем, но я не решился. Кто его знает, что надо делать в таких случаях.

– Василий, скажите, пожалуйста, а почему вы верите, что можно общаться с покойниками?
– разговор у нас опять свелся к необъяснимым вещам.

– Из личного опыта, - довольно неприятно ухмыльнулся Василий.
– Ты этим не заморачивайся. Вот сегодня посмотришь и сам увидишь. Еще вопросы есть?

– А что это про заклятия вы говор....
– я не успел спросить, у Василия зазвонил телефон. Тренькала мелодия из "Щелкунчика".

– Да, босс, - Василий деловито слушал, иногда издавая восклицания. Потом он объяснил, где именно мы находимся. Разговор длился минут десять.
– Теперь ждем Петра. Он нам пояснит, что узнал в милиции.

– А что сказал босс?
– рискнул я поинтересоваться.

– Клёпа добыла следующую информацию. У нашего Чемодурова есть счет в одном из банков, на котором лежит сумма в полмиллиона рублей. По декларациям в налоговой инспекции, Чемодуров получает авторские гонорары.

– Чемодуров писатель?
– поразился я.
– Такие деньги!

– Про Чемодурова писателя нам ничего не известно, видимо он издается под псевдонимом. Но тогда не ясно, с чего он вдруг стал заниматься шантажом. Как это странно. По налоговым декларациям, Чемодуров публикуется уже около года. А сведения о шантаже просочились около двух недель назад.

– А может он подумал, что мало зарабатывает на издании своих трудов?
– предположил я.

– Может и подумал, - Василий рассеяно повертел в руках свой навороченный мобильный, а потом все же сунул его в карман.
– Слегка это не бьет, Жека. А впрочем все может быть.

– А что еще сказал босс?
– я не верил, что эти сведения можно сообщать десять минут.

– Алекс еще сказал, что имя под которым издается Чемодуров, они пока не установили, но постараются растрясти литагентство.

– Это бы могло помочь. Если бы знали, как он пишет, то посмотрели бы, что там такое, - на мое глубокомысленное изречение Василий не отреагировал. Он сдвинул брови и о чем-то думал.

– Вроде с год назад появился один писатель. Как бишь его?
– Василий бормотал свои мысли в слух.
– Шмаров, Шумийев, Светиков, Славиков, Славин, Снеткин, Соломонов. Точно В.Соломон!

– В.Соломон? Я что-то не помню, - мне было стыдно признаваться, но я не знал никакого Соломона.

– Да, в твоем образовании существенные пробелы, - Василий похоже стал ко мне относиться, как к беспризорнику, не умеющему читать и писать.
– Соломон новый модный автор. Сочетает детективы и любовные романы, триллеры и ужасы, в целом это сильно похоже на реал. Соломон выпустил уже три романа. Или нет четыре, или даже пять, - Василий стал похож на кота слопавшего ведро сметаны.
– Возможно, он и есть Соломон. Тем более, что про В.Соломона ничего не известно. Он скрывается. Это своего рода большая загадка.

– Вы думаете, что сторож может писать такие новомодные романы?
– я сильно в этом сомневался.

– Возможно, что пишет не он. Скажем, представь, он собирает информацию от покойников, а талантливый мертвец помогает ему в литобработке сведений, - Василию сильно нравилась его версия, чтобы от нее отказываться.

– Кмм, а такое возможно?
– я решил, что поверю в такое, только если увижу сам.

– Фрр, Жека, ты словно вчера родился. У нас в России возможно все. Это аксиома, которую тебе придется запомнить прямо сейчас. И прошу мне этого дурацкого вопроса больше не задавать, - Василий повернулся направо. Ему словно что-то послышалось.

– Я постараюсь исправиться, Василий, - я пообещал, но сам в это не сильно верил.
– Тогда неясно про шантаж.

– А здесь вступает в дело еще один пункт, который раскопала Клёпа. Помнишь, что она говорила про племянника. Есть вероятность, что Чемодуров занимается писательством через один канал, а шантажом через другой. Или, например, сам Чемодуров не в курсе, а на криминал замешан этот самый племянник.

– А что известно про племянника?
– я тоже повернулся, чтобы посмотреть куда так напряженно смотрит Василий.