Воспользовавшись случаем и суматохой, они уже ловко чистили карманы тех, кто еще минуту назад гнался за ними. Глаза сокола горели, как два маяка, и вскоре под нами показались знакомая крепостная стена и старый колодец.

Сокол был прав. Зачем я плакал? Яркая Звезда пролила много больше слез, но теперь улыбалась и счастливо махала рукой. Капитан обнимал ее за талию, а с другого конца неба пожилой человек с мягкой улыбкой приветствовал их.

Прощай, Размазня Хо, прощай, милый друг.

Сокол расправил крылья, и под нами замелькали реки и долины, горы и города, пока мы снова не замедлили полет над невысоким горным хребтом. На нем сидели трое и неотрывно смотрели на встающий над горами мост.

— Знаете, я почему-то чувствую, что как-то причастен к этому. Странно, — задумчиво сказал Скряга Шэнь. — Не могу представить, что нечто такое прекрасное связано с таким уродливым и безобразным человеком, как я.

— Папа, это не правда, ты красивый, — прошептала малютка А Чэнь, а жена ласково поцеловала его в щеку.

Прощай, старина.

Мы помчались дальше. Горы, долины, облака. Мы яркой точкой мчались по круглому небу Поднебесной, как вдруг сокол снизился над кладбищем, где одинокий старик брел среди надгробий, волоча на плече очередного мертвеца.

— Вот посмотри, — проворчал Доктор-Смерть, — раз птицы могут выкидывать такие штуки, почему ты не можешь всего лишь воскреснуть! Возможно, ты просто не понимаешь, насколько это важно. Но тогда я тебе расскажу. Моя жена не была красавицей, но я так любил ее. Она была самая лучшая в мире жена. Ее звали Чан Чао, мы жили бедно, но она могла приготовить самый вкусный в мире обед просто из риса и трав, которые собирала в лесу. Она шила платья богатым дамам, чтобы у нас были деньги и я мог заниматься наукой; а когда мне становилось плохо, пела чудесные песни. Мы были так счастливы, и я знаю, мы снова окажемся вместе! Непременно!

Сокол камнем ринулся вниз и расправил когти. Раздался глухой удар, старик упал наземь, и мы увидели, как его душа поднялась вверх и радостно засияла. Другой призрак бежал ему навстречу с распростертыми объятиями.

Сокол снова взмыл в облака.

Звезды мерцали над головой, а под нами с безумной скоростью проплывали знакомые картины — соляная пустыня, Пещера Колоколов. И вдруг Ли Као захохотал: внизу показался каменный столб с привязанным к нему молотом и гонгом. Старец Гор стоял у входа в свою берлогу и пристально смотрел вверх. Его глаза сияли радостью, а в руках блестели маленькие алмазы.

— Холодные… — мурлыкал старец, — холодные-прехолодные…

Затем он повернулся и шаркающей походкой побрел назад в пещеру.

Снова реки, снова холмы, снова люди, показывающие пальцем в небо. И вдруг мы посмотрели вниз и разом закричали:

— А как же они! Неужели они не заслужили прошения?

Мы пролетали над Озером Мертвых, и призраки-русалки все так же кружили в холодной воде. Сокол повернул голову.

— При жизни они совершили страшную ошибку, но после смерти доказали свою преданность и доброту. Сейчас великий Яо-ван решает их судьбу. Не волнуйтесь.

Внезапно призраки пропали, и мы с Ли Као почувствовали небывалую радость, когда души Снежинки, Малютки Пин и Осенней Луны пролетели мимо нас навстречу своей госпоже.

Вскоре огромная птица стала плавно снижаться. Я открыл глаза и почувствовал, как мое сердце радостно застучало. Вдалеке угадывались знакомые очертания Перины

Дракона!

Во дворе уже собралась вся деревня, и монахи били в колокола, приветствуя нас. Сокол сделал круг и мягко опустился на землю.

Мы с Ли Као почтительно поклонились птице.

— Я не прощаюсь, — спокойно сказал царь-сокол. — Ворон сказал, что мы еще увидимся, когда настанет время сразиться с Белым Змеем, живущим в Пещере Ветров. А Ворон никогда не ошибается. — Он взмахнул крыльями и быстро исчез в облаках.

Настоятель бежал нам навстречу.

— Мы нашли корень! — закричал я и бросился к монастырю. — Мы нашли Королеву Женьшеня, и она согласилась помочь! Скорее!

Мастер Ли стал быстро готовить эликсир, а я бегал от кроватки к кроватке и громко называл имена детей. Не знаю, зачем я это делал, но, помня рассказ Хо, полагал, что лучше, если Королева Женьшеня узнает всех по именам. Они потерялись, как бедная Нефритовая Жемчужинка, и теперь им следовало найти дорогу домой.

— Маленький Хун из деревни Куфу, Олененок оценщика Фана… — я дошел до окна, как вдруг сильный аромат женьшеня наполнил лазарет. Он был настолько крепким и целебным, что мать Хо выбросила костыль и с тех пор больше никогда не хромала.

Наступил решающий миг.

По три капли на язык…

С первого же раза дети сладко потянулись, на щечках заиграл румянец, они сели и принялись играть в привычные жмурки-прыгалки. Второй обход… Все замолчали и, напряженно глядя на Башню Дракона, прочитали заветный стишок. И наконец — финал…