Из случайно брошенной реплики Ключника-Кролика мы знали, что на ночь зал закрывался и никто, кроме правителя, не имел права здесь находиться. Снаружи у дверей ходили солдаты, я слышал лязг оружия и мерные шаги. Но тут на небе показалась луна, и я остолбенел.

На троне сидел правитель Цинь, и зловещая маска в упор смотрела на нас.

Однако Ли Као не моргнул и глазом.

— Не бойся, это всего лишь пугало, — прошептал он. — Костюм.

Он был прав. Подойдя ближе, я увидел, что спинка трона проглядывала сквозь пустые отверстия для глаз. Циня здесь не было. Это были всего лишь маска и плащ из перьев, одетый на металлический каркас.

— Итак, мы дали клятву и должны ее выполнить, прежде чем найдем Корень Силы, — серьезным тоном сказал мастер Ли. — А это значит, у нас осталась пара часов на розыск перьев, короны и Царицы, а также ключа к шкатулке. Так что поехали. Вспомни-ка, когда ты ударил его в первый раз и топор отскочил, куда ты попал?

Я протянул руку, и мои пальцы коснулись трех маленьких перышек, искусно вплетенных в плащ.

— Не может быть! — воскликнул я. — Мастер Ли, это те самые перья?

— Сейчас узнаем. Попробуй их вытащить.

Мы не смогли их ни вытащить, ни срезать, ни даже просто подпалить. Перья держались самым непостижимым образом.

Тогда Ли Као достал из-за пояса волшебные безделушки Коробейника. Я взял флейту, положил ее на ручку трона и потянул за первое перышко. Через миг оно лежало у меня на ладони.

Мы проделали то же самое с шаром и колокольчиком, и остальные перья с легкостью отделились от плаща. Ли Као спрятал их в пояс и тревожно посмотрел на небо.

— Теперь нам потребуется помощь.

Мы подождали, пока вода ушла из лабиринта, и тем же путем выбрались из замка.

Море уже успокоилось, и я вплавь добрался до берега, перетащив на спине Ли Као.

В городе кипела жизнь.

Отовсюду слышались смех и песни. Танцовщицы и куртизанки, моты и игроки всех мастей кружились в вечном колесе жизни; город праздно суетился, готовясь вступить в новый день.

Скорее.

Мы забрались в маленький сад, пробежали мимо собак, прекрасно знающих нас и потому не поднявших шума, и залезли в окно дома, где кроткий хозяин со своей ненасытной до нефрита и жемчуга супругой тихо грелись у семейного очага.

— Пупсик! — радостно воскликнула Цветок Лотоса.

— Привидения! — завопил Ключник-Кролик и нырнул под кровать.

Вытащить его было нелегко. Но после того, как мы убедили милое семейство, что нам, дескать, удалось-таки выжить и мы не заболели трупной чумой, Ключник-Кролик с трудом выбрался из-под кровати и даже оказался столь любезен, что принес нам вина из своих скудных запасов.

Когда же он успокоился и перестал дрожать от страха, Ли Као мягко улыбнулся и как можно более спокойно сказал:

— Цветок Лотоса, пожалуйста, держи своего мужа, но мы с Десятым Быком надумали убить правителя Циня.

Она поймала его как раз вовремя. Наш друг закатил глаза и тут же повалился в обморок. Лишь стакан вина и нюхательная соль смогли привести его в чувство.

— Вот. И вы поможете нам. На этот раз он все-таки упал.

Опять вино, опять нюхательная соль, и вот на щеках бедняги появился румянец, он вытер вспотевший лоб и уставился на нас, моргая опухшими глазами.

Ли Као подошел к окну.

— Наверное, сперва стоит объяснить, почему мы решились на столь странный поступок, — сказал он. — Вам понравится эта история, особенно тебе, Цветок Лотоса, потому что она о самом прекрасном божестве Неба и самой красивой девушке на Земле.

— И о ее злобной мачехе, правда? — радостно воскликнула она.

— Увы, но на сей раз мачехи не будет. Но ты не переживай, тебе все равно будет интересно.

— Слава Небу, я ужасно боюсь мачех, — успокоившись, прошептал Ключник-Кролик.

— Просто коленки дрожат.

Ли Као разлил вино и рассказал все точь-в-точь, как поведал нам Хо.

Звездный пастух, Царица Птиц… Цветок Лотоса слушала, как ребенок. Она постоянно ерзала на стуле, смеялась и хлопала в ладоши и даже прослезилась, когда Нефритовый Владыка надел на голову Царицы корону и Нефритовая Жемчужина вознеслась к звездам.

Было совершенно очевидно, что простой крестьянской девушке так хотелось оказаться самой первой красавицей на свете и, сделавшись богиней, подняться по лестнице в небо.