– Ну, я пошел.

– Постой, – остановил его скальд, – вот еще, – старик разжал ладонь и Сигурд увидел маленький нож с грубой деревянной рукояткой.

– Еще раз спасибо, Вемунд, – поблагодарил юноша, – невелико оружие, но может сгодиться.

– Я провожу тебя, – предложил скальд, но Сигурд запротестовал:

– Нет, не надо! Если что пойдет не так, я не хочу, чтобы нас застукали вместе.

Сигурд еще раз поправил калиту и подошел к двери. Легонько приоткрыл ее, прислушался.

– Прощай, скальд, – произнес он вполоборота.

Сигурд выскользнул из маленькой баньки, в которой его устроил ночевать Вемунд, и тут же прижался спиной к стене. Осеннее солнце только-только показалось из-за леса. Сигурд огляделся. Во внутреннем дворе борга не было ни души, вернее эти души лежали на щитах и храпели у едва тлеющих костров. Беглец глянул на стены. Он заметил троих сторожей, двое из которых лениво прохаживались взад и вперед, а третий, похоже, спал, оперевшись о стену. Сигурд осторожно прошел вдоль избы, свернул за угол и вдоль длинного дома проскочил под тень крепостной стены. Все это у него заняло не больше минуты, вот только поврежденная нога предательски хромала. Оставаясь в тени, он прохромал до ворот борга и тут услышал голоса. У наспех заделанных после штурма ворот стояли двое викингов. Другого выхода у Сигурда не было, как только протиснуться сквозь воротную баррикаду. Подниматься на стену и пытаться спрыгнуть – бред, расшибешься, а веревки у него не было, да и где ее взять? Минуту он стоял, плотно вжавшись в бревна крепостной стены, и лихорадочно соображал: что делать? Ничего путного на ум не шло, и он решил взять напором. Быстрота и натиск! Левой ногой он наступил на небольшой камень. «Сойдет!» – мелькнуло в голове. Он поднял камень и сделал несколько шагов вперед.

Солнце краем зацепило верхушки угловых башен, теперь Сигурд отчетливо видел двух молодых парней, что стояли у ворот и переговаривались вполголоса. Оба без шлемов, в толстых кожаных рубахах, поверх которых они накинули плащи. Их щиты стояли в стороне, а из оружия в руках у сторожей были только сулицы.

Размахнувшись, Сигурд с силой метнул камень. Примитивное оружие удачно вломило ближнему викингу в ключицу. Парень дернулся, выронил копье и, озверев, забегал глазами. Вприпрыжку, чтобы не наступать на больную ногу (не дай боги подведет в бою), Сигурд устремился в атаку. Он на ходу снял калиту и, размахивая ею, как кистенем, обрушился на второго сторожа. Северянин успел перехватить свое копье в боевое положение и даже попытался первым нанести удар. Сигурд уклонился, как заяц, отпрыгнув в сторону. Его калита, описав круг, саданула викинга по голове. Тут же юноша отдернул свое импровизированное оружие и, не дав воину опомниться, крутанул… На сей раз холщовая калита лопнула о крепкий череп сторожа и на викинга посыпались куски хлеба и мяса, четыре яблока, три луковицы, головка чеснока, пара вяленых рыбин и еще какая-то снедь…

Не теряя драгоценного времени, беглец нырнул под бревно, что подпирало разбитые ворота, обхватил его и со всей яростью оттолкнул. Оба воротных сторожа опамятовали и перешли в контратаку, однако их пыл мгновенно погасило падающее бревно. Один из сторожей все же не успел отскочить…

Секунды… секунды… драгоценные секунды, выигранные падением бревна, бежали, а Сигурд все еще не преодолел баррикаду. Он остервенело отшвыривал доски, отделявшие его от свободы, а позади уже слышал, как сторожа подняли крик. В воротном проеме оказалось еще одно загородившее проход бревно. Беглец навалился на него плечом, оно на удивление быстро поддалось и, увлекая за собой несколько досок, обрушилось за спиной Сигурда. Путь был свободен. Однако бежать по открытому месту было бы полным самоубийством. Сигурд свернул влево и, насколько ему позволяла поврежденная нога, вприпрыжку припустил вдоль стены. Позади раздавались яростные крики, впрочем, как и со стены. Он даже слышал, как наверху по дощатому настилу топали ноги. Вскоре первая стрела, пущенная сверху, пропела совсем рядом, а затем и вторая жалобно простонала и зарылась в траве. Сигурд на бегу оглянулся – из ворот показались несколько викингов.

Секунды, секунды… драгоценные секунды, но нога… Беглец прикусил нижнюю губу от боли и стал налегать на обе ноги. Он бежал, уже не оглядываясь. Солнце окрасило осенним блеском борг и его окрестности. Сигурд с разгону влетел в кусты – и кубарем полетел с обрыва в овраг, лишь в последнее мгновение успев сгруппироваться.

Падение продолжалось пару секунд и прекратилось, когда тело плюхнулось в воду. Небольшая речушка на дне оврага обдала беглеца холодом. Моментально намокнув, Сигурд не растерялся, а парой гребков достиг противоположного берега и углубился в прибрежные камыши. И, как оказалось – вовремя. Наверху оврага послышались голоса, а затем вновь зашуршали стрелы, пущенные наугад. «Не хватало еще схлопотать стрелу в спину», – подумал Сигурд. Не успела эта мысль проскочить в сознании, как Сигурд упал на землю и затаился. Время замерло, он почти не дышал, однако викинги не спешили спускаться по обрыву. Несколько лучников продолжали методично всаживать стрелу за стрелой в заросли камыша. Два боевых жала, срезав несколько стеблей, впились в землю всего в паре сантиметров от беглеца.

– Кучно бьют, сволочи! – процедил сквозь зубы Сигурд, слыша, как викинги сыплют на его голову не только стрелы, но и отборные ругательства.

Вдруг, неожиданно для самого беглеца, голоса разом стихли, и юноша тут же этим воспользовался. Он осторожно, стараясь не сильно колыхать камыши, стал выбираться на сушу. И все же предательски сухие заросли выдали его передвижения. Вновь раздались голоса, а через мгновение сразу несколько огненных стрел прошили заросли камыша. Высохшие стебли разом занялись огнем. Спину тут же стало припекать, и Сигурд решил больше не таиться. Он резко вскочил и кинулся прочь от разбушевавшегося моря огня. Вдогонку ему полетели стрелы, и беглец, как огромная лягушка, принялся прыгать из стороны в сторону. Спасительные кусты, а за ними и молодые деревца наконец прикрыли его от смертельных «укусов» стрел. Пробежав несколько сотен метров, Сигурд спрятался за ствол крупной ели. Остановившись, он отдышался и прислушался. Как ни странно, но погони не было, или она отстала? Он не стал испытывать судьбу и продолжил бег. Нога предательски подводила, но Сигурд, продолжая сжимать зубы, темпа не сбавлял. На бегу он осознал, что двигается вдоль Волхова, а это весьма опасно, при желании его могли легко нагнать на драккарах. Осознание этого резко изменило его маршрут. Сигурд сразу же свернул в сторону от реки. «В лес! – стучало сердце. – Подальше в лес!»

Нога щемила от напряжения, и он, не в силах бороться с нахлынувшей болью, сбавил обороты. Он быстро и с опаской пересек лесную дорожку. Огляделся еще раз – тихо! Прихрамывая, Сигурд ковылял, пока лес не вывел его на обширное поле.

– Упс, – тяжело выдохнул юноша.

Трава на поле была тщательно скошена, что говорило о близости поселения. Однако попадаться на глаза кому бы то ни было в планы беглеца не входило. Юноша обвел взглядом пространство. Поле оказалось довольно большим. Конечно, захотелось стремительно пересечь его и вновь углубиться в лес, ибо идти в обход мешала занывшая нога. Некоторое время постояв на краю поля, Сигурд выбрал золотую, как ему показалось, середину. Он прошел несколько сотен метров по лесу, оставаясь под прикрытием деревьев, и наконец добрался до места, где поле сужалось. Именно тут он решился срезать путь. Силой воли взяв себя в руки, беглец, налегая на обе ноги, рванул через открытое пространство.

Его безумный темп продолжался ровно до середины этого узкого отрезка поля, как неожиданно где-то сбоку он услышал ржание лошадей. Как и откуда вынырнули пять всадников, Сигурд не успел сообразить.

– Черт, черт, – зло выругался юноша, видя, как всадники, приметив беглеца, устремились к нему.

До спасительного леса оставалось совсем чуть-чуть, но, как не старался беглец, идущие галопом лошади нагнали его у первых же деревьев.

– Стой! – грозно прокричал передний всадник в шлеме и с топором в руке.