Бен схватил трубку:

– Да?!

– Здравствуй, Вадим, - из динамика раздался пожилой, скрипучий мужской голос.
– Для начала давай знакомиться, меня зовут Юрий Михайлович.

– Здравствуйте...

– Чай допил?

– Нет еще... Он пока горячий...

– Хорошо, допивай и начнем.

– А что я должен делать?

– На столе есть ручка и бумага. Нарисуй дом, дерево и человека.

– А-а, я слышал про такой тест! Только... Я не умею рисовать.

– От тебя никто не требует создать шедевр. Нарисуй, как сможешь.

– И всё?!

– Пока да. Приступай. А, и еще... Если тебе что-нибудь понадобиться - номер для внутренней связи "две единицы". Выходить из комнаты можно, хотя в процессе теста лучше не прерываться и не отвлекаться. Туалет в конце коридора, если надо.

– Да, спасибо... Тогда подождите немного, я сейчас выйду, а потом начнем тест.

– Хорошо.
– И трубку на том конце провода положили.

Ну разумеется, какой смысл запирать его в этой каморке, когда выход из всего блока преграждает надежная металлическая дверь? Все равно Бен никуда отсюда не денется...

Он вернулся и уселся за стол. Позвонить и сообщить о готовности? Вдруг пришла в голову мысль, что здесь наверняка есть камеры видеонаблюдения. Бен вздохнул и взялся за ручку.

Сначала дело шло со скрипом - последний раз он рисовал, кажется, классе в шестом... Но постепенно увлекся процессом. Он начал с дерева; с человеком провозился дольше; получилось очень коряво, честно говоря. Если бы дали цветные карандаши, то можно было бы раскрасить его, что ли... Но у Бена была всего лишь фиолетовая авторучка.

А видеокамера в комнатушке точно была! Как только Бен закончил рисовать дом, и от нечего делать начал заштриховывать крышу, снова зазвонил телефон. Юрий Михайлович попросил отнести рисунок в самую первую комнату - ту, что с железной дверью. И заодно как бы между делом осведомился, как Вадим себя чувствует.

– Да нормально все...
– Бена этот неожиданный вопрос, честно говоря, удивил.

– Голова не болит? Двоения в глазах, звона в ушах не ощущаешь?

– Нет... Вы... Вы мне в чай чего-то подсыпали?!
– выпалил он.

– Не беспокойся, - усмехнулся в трубке Юрий Михайлович, как показалось Бену, слегка напряженно.
– Никто тебя не травил. Никому это не надо... Просто мы ведь находимся под землей, я и подумал - нет ли у тебя клаустрофобии, ведь загодя не спросил... К тому же при умственном напряжении ее признаки могут проявиться сильнее.

"Что он несет?
– мысли заметались, как вспугнутые мыши.
– Головная боль при клаустрофобии? Звон в ушах?! Я, конечно, не врач, точных признаков не знаю... Могу судить только по фильмам... Но по крайней мере там, если у человека была клаустрофобия, у него никогда не болела голова. Паника охватывала - это да. Дышать трудно становилось... Но голова?!"

– А теперь, Вадим, возьми другой лист и просто порисуй, что придет в голову, - попросил Юрий Михайлович.

– Да...

"А если... Ой... А если они меня чем-то облучают?!"

От догадки сердце ухнуло в пропасть... "Вот это я попал..." Бен еле-еле сумел сдержать охватившую его панику. "Стоп! Стоп, спокойно! Они этого не сделают. Во-первых, на фига?! Какой смысл именно меня заманивать обманом и тащить в такую даль, ради того, чтоб всего лишь сделать подопытным кроликом?! Во-вторых, они наверняка уже знают, какие связи у моего папаши, и побоялись бы причинить мне какой-то вред. Не-ет.. Они не станут делать со мной такого, от чего я точно заболею. А вдруг... Вдруг они думают, что вреда не будет - а воздействие окажется слишком сильным?!" Бен ерзал на стуле, не зная, то ли хвататься за телефон и требовать выпустить его отсюда, то ли броситься бежать в другую комнату. Но какой смысл? На отчаянные вопли в трубку они просто не обратят внимания, а в другой комнате его может настигнуть то же самое излучение, если оно здесь есть.

Разумеется, ни о каком рисунке не могло быть и речи. Бен хватал ручку, судорожно тискал ее в руке и снова бросал. Что же делать?!

А за толстыми стенами и надежными экранами двое наблюдателей уставились в монитор, на который выводилось изображение с видеокамеры.

– Вот это да... Невероятно... Толик, ты точно выставил на максимальную мощность?

– Да точно, точно...

– Другие при таком уровне излучения уже падали без сознания! Или теряли рассудок! Мальцев выдерживал в три раза меньше, чем этот парень... Надо же, только на максимуме начал проявлять признаки беспокойства, и даже вполне может контролировать свои действия... Ну и мальчишку нашли! Толик, хватит, выключай. В его способностях убедились - и пока хватит.

– Надо бы биометрию снять...

– В другой раз. Доложимся, отчитаемся, а там уж пусть Шепелев решает, работать ли дальше с пацаном. Нацеплять на него датчики прямо сейчас - указаний не было, а инициатива, сам знаешь, каким боком чревата. Попроси Володю, пусть принесет ему еще чаю, ну, и пожевать чего-нибудь, если осталось, а я пока отзвонюсь.

Услышав удивленно-восторженный отзыв ученого - правда, пока без подробностей, Шепелев сложил телефон и какое-то время сидел молча, потирая виски. Неожиданно свалившаяся удача казалась невероятной. Совпадение из ряда почти невозможных... Всего четырьмя месяцами раньше похожую особенность случайно выявили у Мальцева, сотрудника охраны. Правда, куда более слабо выраженную - но понадеялись, что его уровня устойчивости вполне хватит, снабдили защитным шлемом и отправили на задание... И с концами. Вошел в здание, а обратно не вышел. А две недели назад до Шепелева дошли сведения о пропавшем без вести. Разумеется, отнюдь не радостные...