Шрифт:
– Поехали, – решил шофер. – Вещи давайте сюда. Сдадим в стол находок.
Автобус заскрежетал и тронулся.
«Странно, – подумал Сусликов. – Разве можно забыть сумочку? Наверно, там деньги и документы… А пакет… Возможно, в пакете мохер… – Он чувствовал мягкое, пушистое. – И зачем надо садиться на машину, если уже едешь в автобусе?»
И тут командированного словно ударило током. Он опустил вниз руку и стал шарить возле сиденья. Рука болталась в пустоте. Портфеля не было.
– Стой! – опять закричал Сусликов. – Портфель пропал!
Автобус снова остановился. В окошко высунулся недовольный шофер.
– Что случилось?
– Портфель пропал!
Шофер задумался.
– А что в портфеле было?
– Кефир, – брякнул Сусликов, не подумав. В автобусе послышались смешки.
– Тю! – засмеялся тот же голос, что рассказывал про отъезд блондинки. – Его, наверно, та дамочка увела. Думала, чё там ценное, а оказалось – кефир! Обогатилась! Откройте сумочку и пакет, наверняка пустые.
Шофер покопался в вещах незнакомки.
– В самом деле… Сумочка пустая, а в пакете вата, Техническая.
– Она думала, там чё ценное. Подняла, а он тяжелый. Вот она и ходу. А там кефир! Вот умора!
И тут Сусликова прорвало.
– «Умора»! – закричал командированный. – Вам все умора! Проклятый город! Сплошные гангстеры! Жулик на жулике! Чтоб я еще раз сюда показался!
Над незадачливым командированным посмеивались всю дорогу. В городе Сусликов, проклиная все на свете, не стал заявлять о пропаже в милицию – будешь сидеть здесь еще неделю, – а отправился сразу в аэропорт.
– Гангстеры проклятые! – ругался он. – Небось и областной центр у них такой же. Какие районы, такая и область! Яблоко от яблони далеко не падает! У-у, рожи!
На командированного оглядывались:
– Поддал, дядя…
20. КВАРТИРА СО ВСЕМИ УДОБСТВАМИ
К кинотеатру Костя пришел за полчаса. Как раз кончился сеанс, и народ шел сплошным потоком, обмениваясь впечатлениями, волоча за собой синий шлейф табачного дыма. Большинство не верило в исправление уголовника.
– Как же… Такой перевоспитается… Жди…
– Сегодня поплакал, а завтра опять грабить пойдет.
– Таких надо держать пожизненно.
– Один такой в нашем доме живет… Каждый день пьянка. На какие, спрашивается, шиши?
Костя сел на лавочку возле клумбы. Пригревало солнце. Лужи на асфальте подсыхали, окружая себя белыми концентрическими кольцами. Из-за спины, с клумбы тянуло горьким тяжелым запахом осенних цветов. У ног, ничуть не опасаясь, прыгали серые птицы, похожие на воробьев, но не воробьи. «Неужто клесты? – подумал Костя. – Клесты в городе… Хотя почему бы и нет… Прилетели на клумбы клевать семена…»
Народ вскоре прошел, и площадь опустела. Налетел ветерок, погнал по асфальту бумажки и подсохшие листья.
«Я могу ее и не узнать, – теперь Минаков вглядывался в каждую женщину. – Оденется по-другому… И потом я был здорово поддавши… Если она вообще придет. Впрочем, придет, ведь сама же назначила».
Но женщина не пришла. Костя ждал десять, потом двадцать, потом тридцать минут…
«Если не придет без пятнадцати – уйду», – решил младший бухгалтер.
Часы показали без пятнадцати семь, и Минаков поднялся со скамейки.
«Ну и черт с ней, – решил Костя. – Подумаешь, цаца… Схожу на танцы в Центральный парк… Там такие девочки – закачаешься…»
Как-то во время поездки в Суходольск Минаков побывал на танцах в Центральном парке, и танцующая молодежь произвела на него сильное впечатление. Парни в джинсах, девчонки в макси-платьях выделывали черт-те что – не очень пристойно, но глаз не оторвешь,
– Здравствуйте.
Кто-то сзади дотронулся до Костиного локтя. Минаков оглянулся. Перед ним стояла та, которую он ждал. На женщине был светлый костюм, в руках алые гвоздики. Шедшие мужчины оглядывались на нее.
– Здравствуйте, – пробормотал Костя. – А я думал, что вы уже…
– Я давно здесь.
– Как? – удивился младший бухгалтер.
– Я стояла вон за тем киоском и наблюдала за вами.
– Наблюдали? Зачем?
Женщина улыбнулась.
– Для начала давайте познакомимся. Меня зовут Любой.
– Костя…
– Очень приятно. Сейчас довольно редкое имя. Все больше Игори пошли.
Они пожали друг другу руки. Люба прижала цветы к груди. Она была очень красивой. Ветер трепал ее волосы.