— Какой план действий? — спросил из-за плеча Торрен.

— План? — переспросил я, оборачиваясь к команде, — надеваем сбрую на живность, закрепляем вещи и валим домой. Надо только припасов бы прикупить у Преса, да и с проводниками нашими расплатиться.

— Давай, мы с Джулой этим займемся? — спросил Тор, — а ты со своим Малышом разбирайся, а братья пусть лошадей готовят?

— Хорошо. Кстати, а сколько вы за них заплатили? — спросил я, оглядывая пятерку лошадей (или коней), — и зачем их пять?

— Три золотых, с мелочью. В начале горбоносый целых восемь золотых попросил…, - тут до Торрена дошел мой второй вопрос, — а тебе лошадь не нужна?

— Конечно, нет. Я же себе хорохонта купил…

— Ты им управлять не умеешь!

— Ничего страшного, — отмахнулся я, — на лошади я тоже не умею ездить.

— Ладно, твое дело. Но помни, что падение с хорохонта это не то же самое, что падение с лошади.

— Да, да, конечно.

После этих слов мы все разошлись заниматься делами.

На заднем дворе уже суетились слуги Преса и тащили хорохонту корм. Малыш благосклонно принимал знаки внимания и флегматично жевал. Обойдя Малыша кругом, я остановился перед ним, хорохонт грустно уставился на меня, впрочем, не прерываясь от еды.

„Как ты собираешься на него одевать сбрую?“

Сложный вопрос, даже не знаю.

— Что задумался? Не знаешь, как одеть своего малыша? Ха-ха, — пробухтело сзади.

Едва не вздрогнув от неожиданности, я произнес:

— Прес, тебе никогда не говорили, что для столь огромного существа ты не позволительно тихо подходишь?

— Да ладно, — отмахнулся тот, — не знаешь, как надеть сбрую?

— Есть немного. Ты в курсе как это сделать?

— Я тоже нет… — произнес великан, — но видел снаряженных хорохонтов. Да и будет забавным помочь тебе в этом нелегком деле.

— Спасибо, — улыбнулся я, — вот это называется сервис и индивидуальный подход к клиенту.

Через час Малыш был снаряжен… количество мата и испорченных нервов не поддаются описанию. К самому хорохонту пренензий нет, стоял, как истукан, и попыток сбросить ремни не делал, но какой же он огромный… под конец почувствовал себя маленьким паучком, который пытается оплести огромную муху.

Вдвоем с Пресом мы не справились, поэтому великан пригнал еще пяток слуг. Слава всем богам, что с него никто не упал.

— Красавец, — сказал Прес, — сколько за него отвалил?

— Ага, а заплатил за него пару золотых, — согласился я.

Теперь появилась возможность увидеть собранную сбрую: на спине хорохонта возвышалась кожаная сидушка, которая крепилась к огромной кожаной попоне, которая в свою очередь крепилась к спине Малыша с помощью хитрой системы ремней. На попоне болтались различные крюки, как объяснил Прес, на эти крюки навешиваются тюки с грузом. Часть ремней проходило через грудь хорохонта и крепилась к здоровенной защитной пластине.

— Не дорого, — сказал великан, — кстати, это еще легкая упряжь, я видел как-то варваров с боевыми хорохонтами. Пять метров стали… забронировано все, только глазки торчат.

— И хорошо, что легкая. Боевую упряжь мы бы неделю одевали. А ты не в курсе, зачем над сидушкой эта конструкция из палок?

— В курсе. На них набрасывается специальное полотнище в дождливую погоду.

— Толково придумано, — одобрил я. Мы проговорили с великаном еще минут десять, за которые он успел мне объяснить, как варвары управляются этими здоровенными животными. Наконец я произнес:

— Ладно, пойду собираться дальше. Спасибо за помощь.

— Да не за что, приезжайте еще, — прогудел великан.

— Обязательно.

Быстро закрепив тюки с вещами на Малыше и лошадях, мы распрощялись с радушным хозяином и выехали со двора „Рогатого карлика“. Точнее, выехали все, кроме меня, так как я не рискнул садиться на эту груду шерсти посреди города и вел его за веревочку.

Выйдя за город и отойдя метров на пятьсот в сторону, я рискнул залезть наверх по веревочной лестнице.

„Высоко сижу, далеко гляжу…“

Сидеть было удобно, сидушка оказалась в меру мягкой.

„Все равно надо будет мехом обить, а то жестковато“

Да ладно, и так нормально.

„Ты это своей заднице расскажи после того, как часов восемь посидишь. И вообще, пора ехать.“

Точно. Поехали!

Взял вожжи в руки и легонько встряхнул их. Малыш медленно двинулся вперед.

Что медленно как-то.

„И так отлично. Как говорится, лучше хорошо ехать, чем плохо идти.“

Твоя правда.