Я поджал губы, понимая, что она права.

— Так и с твоими книгами, которые, как ты говоришь, никому не нужны, хотя я в это не верю, потому что и сейчас их читают, и уже сегодня, даже, может быть, в этот самый вечер они помогли какому-нибудь человеку найти себя и поверить в доброе и светлое. Если ты бросишь на полпути свое дело, не дождавшись пока оно разовьется и не даст результатов, то ты будешь глупцом, который посадил фруктовые деревья и, не дотерпев до того времени, когда они принесут плоды, оставил их и ушел, почитая, что ждать фруктов — безнадежное занятие.

Дельфания посмотрела на меня так выразительно, как учительница на ученика, и я не обиделся на слово «глупец», потому как она действительно была права.

— Ты никогда не задумывался, почему именно здесь ты живешь? — спросила Дельфания и бросила на меня странно острый взгляд.

— Бог ведает, Дельфи. Но если честно, то что-то всегда влекло меня именно в эти края. Впрочем, вся моя жизнь проходит под каким-то влиянием свыше. Я чувствую это воздействие, и прежде всего в том, что я воспринимаю мир не так, как все. Более остро, глубоко, что ли? Откровенно говоря, Дельфи, это мое сверхвосприятие — просто мой крест. Не пожелаю никому иметь такую психику и чувствительность. Люди живут и знать не знают, ведать не ведают об этом, порой и мне так хочется быть, как все! — заключил я не без грусти.

Дельфания вдруг подошла ко мне и в знак утешения положила мне руку на плечо.

— Не надо, Дельфи, меня успокаивать.

— Совсем не собиралась тебя жалеть, — произнесла она и посмотрела на меня с торжественной улыбкой, что было не подходяще для данного момента. — Хочешь, я расскажу тебе твою главную тайну? — Слово «твою» было произнесено с ударением.

— Какая еще может быть тайна? Мне кажется, уж о себе я все знаю, — произнес я и некоторое мгновение спустя нарушил тишину. — Но если у тебя есть что-то интересное, я слушаю.

— Кое о чем ты уже догадывался, но не смог выстроить логическую цепь.

— Дельфи, не говори загадками.

— Хорошо, — произнесла она и, заняв свое обычное место у костра, с более серьезным выражением лица продолжила. — Ты знаешь, что твои шотландские предки — барды — были наследниками друидов.

Эта тайная каста жрецов обладала многими чудесными знаниями и свойствами. С особым почитанием они относились к природе, лесу, деревьям, горам — потому и у тебя такое страстное желание жить среди первозданной природы.

— Действительно, я чувствую природу, горы и лес. А с деревьями я общаюсь как с разумными существами, которых считаю своими добрыми друзьями.

— Это естественно, ведь друиды все свои занятия и тайнодействия проводили в священных лесах и относились к деревьям как к одушевленным существам, наделяя их чертами людей. На самом деле жизнь растений глубоко таинственна и мистична. Друиды знали, что у каждого растения есть своя душа, и потому чувствовали с деревьями особую духовную связь, родство. На самом деле в любом человеке глубоко в физиологии спрятано ощущение родственности с деревьями. До вас дошел уникальный гороскоп друидов, в котором каждому человеку в зависимости от времени рождения предписывается то или иное дерево.

— Странно, Дельфи, я ведь этого не знал, но пользовался силой, мудростью и целительной энергией деревьев.

— Как раз в этом ничего странного нет, коли твои предки этим искусством владели в совершенстве. Эти знания перешли к тебе вместе с генами. Но на самом деле друиды свои знания не записывали, а сообщали из уст в уста, и потому у своих учеников вырабатывали феноменальную память. Кроме того, они владели даром Слова, то есть умели изменить по своему желанию будущее. Тебе передались некоторые сверхъестественные качества твоих предков. Именно потому ты и смотришь на мир по-иному нежели все, оттого и ощущаешь на себе давление высших сил, которые ведут, направляют тебя в определенное русло, понуждают к тому или иному действию, поступку, шагу. Но даже не это главное. Важно то, что твои предки — друиды получили знания от дочернего центра культуры, который основали посланники черноморской працивилизации в Шотландии.

— Ты хочешь сказать, — взволнованно произнес я, — что я имею преемственность от черноморской працивилизации?

— Несомненно, Владимир! Но главное то, что ты завершил виток спирали и поселился там, откуда пятьдесят веков назад твои прародители отправились в далекое путешествие в Шотландию.

— Бог мой! Выходит, здесь, именно здесь и есть моя исконная прародина?

— Вот именно, ты вернулся к истокам, и в этом есть тайный смысл твоей миссии на земле.

— Воистину ты меня поразила. Может быть, поэтому и у Михаила Юрьевича Лермонтова была особая, страстная любовь к Кавказу, хотя душа всегда рвалась в Шотландию?

— Конечно, это так. К тому же в нем проявился божественный дар его предков, которые вещали стихами.

— Хорошо, Дельфи, но какова тогда моя миссия?

— Ты должен реализовать свой дар предвидения, но тебе не хватает терпения и если хочешь смирения, чтобы не оставлять начатое, а довести до конца.

— Ты права, Дельфи, я не могу долго ждать, быстро разочаровываюсь, бросаю, а потом смотрю — через пять лет другие на том, что я отставил за невостребованностью, воздвигли такие здания, что мне и не снилось.