Ингрид резким движением запустила в цыплят миску с кормом, вызвав громкий протестующий писк и шум хлопающий крыльев. Решено, она не собирается больше ждать здесь.

Отец уехал примерно полчаса назад и не вернется в течение часа или даже больше. Ей вполне хватит времени съездить в «Хартс Лэндинг» и узнать, что произошло.

Так как в доме не было другого седла, Ингрид неуклюже соскользнула с забора на широкую спину лошади. Было трудно охватить ее бока ногами из-за сбившейся юбки, но она все же пустила лошадь галопом, крепко впившись ей в гриву.

Бренетта с Карлтоном сидели на полу. Малыш улыбался ей, пока она помогала ему вставать; маленькие ножки распрямились и снова сгибались под ним. Девочка с трудом верила, что он – слепой, хотя врач и сказал это родителям. Доктор предложил, чтобы ребенка, когда он подрастет, посмотрели специалисты. Это была единственная надежда, которую он смог дать им.

– Бедный Карл, – сказала ему Бренетта. – Ты не можешь увидеть, как красив мир.

Он рассмеялся, услышав ее голос, и она засмеялась в ответ. Его жизнерадостность была заразительной.

– Пошли. Давай погуляем. Я покажу тебе свою новую лошадь. Мне дал ее Рори. Ее зовут «Огонек», потому что она такая рыжая и сверкающая, что кажется огненной.

Посадив ребенка на бедро, Бренетта вышла из дома в направлении к загону. Огонек увидела ее приближение и подошла к ограде. Она потянулась было обнюхать Карлтона, но удивленный крик малыша испугал ее, и она отбежала назад.

– Карл, это – Огонек. Она не обидит тебя. Иди сюда, Огонек, и познакомься с моим братиком. Подойди, девочка. Все хорошо. Иди сюда.

Огонек осторожно шагнула вперед, поводя ушами. Бренетта взяла маленькую ручку Карлтона и погладила ею морду Огонька.

– Когда-нибудь ты будешь скакать на лошади, такой, как эта, Карл, если тебе повезет, – пообещала Бренетта. – Когда-нибудь, когда ты сможешь видеть.

Огонек резко вскинула голову и с тихим ржанием устремилась к противоположной стороне загона. Бренетта посмотрела в том направлении и увидела Рори, легким шагом направляющегося к ним. Казалось, Огонек дрожит от нетерпения, зовя его. Сердце Бренетты упало.

Огонек никогда не станет действительно моей, подумала она.

Тобиас пошевелился, и боль огромным кинжалом впилась в голову, руку и отдалась в позвоночнике. Врач привел в порядок руку и перебинтовал вывихнутое плечо. Понадобилось двадцать пять стежков, чтобы закрыть рваную рану на голове. Тобиас осторожно открыл глаза. Свет, льющийся из окна, причинял боль, но он упорно держал их открытыми.

– Как ты себя сегодня чувствуешь, Тобиас? – спросила Тейлор, склоняясь над ним.

– Лучше, – стиснув зубы, ответил он.

Каждый раз, когда он просыпался, Тейлор была здесь. Интересно, подумал он, спит ли она вообще когда-нибудь. Раньше – это было вчера, или позавчера? – Брент тоже сидел рядом. Он попытался узнать у Тобиаса, что произошло, но Тобиас симулировал полное незнание. Не мог же он сказать им, что отец Ингрид старался убить его. Это – его личное дело, и он сам позаботится о нем.

– Как ты думаешь, ты сможешь что-нибудь съесть? – спросила Тейлор.

– Да, я постараюсь.

Врач сказал, что пройдет несколько месяцев, пока полностью заживут рука и плечо, но он не собирался долго оставаться прикованным к постели. И ему надо увидеть Ингрид. Он должен дать ей знать, что любит ее и что не по своей воле не приходит к ней.

Ингрид почти свалилась с седла, оставив лошадь перед домом. Придерживая юбки, она стремглав взбежала по лестнице и постучала в дверь. Никто не отозвался, и она постучала еще раз.

– Привет, Ингрид.

Она резко обернулась и увидела перед собой Бренетту и смуглого юношу примерно ее возраста с широкими плечами и понимающим взглядом.

– Нетта, где Тобиас? – выпалила Ингрид.

– Тобиас? – эхом отозвалась Бренетта. – Как, он наверху. Я думала, что ты знаешь… Ох! – закончила она, заметив выражение лица Ингрид, и до нее дошло, в чем дело. – Пойдем. Я отведу тебя к нему.

Бренетта передала Карлтона Рори, попросила отнести малыша в детскую за нее, взяла Ингрид за руку и повела в дом. Они поднялись по лестнице, и Бренетта остановилась перед дверью, за которой Ингрид помогала Тейлор произвести на свет Карлтона. Она тихонько постучала.

– Кто там?

– Это я, мама. Здесь кое-кто хочет повидать Тобиаса.

– Он не спит. Входите.

И только в этот момент Ингрид полностью уверилась, что с Тобиасом действительно что-то случилось. Она боялась зайти в комнату, испугавшись того, что увидит там.