Вот уже больше месяца, как он вернулся в Нью-Йорк, а единственное, о чем мог думать – это Бренетта. Почти каждый вечер его видели то с одной, то с другой прекрасной юной особой, которых он выводил в театр и оперу, ходил с ними в ресторан и на частные вечеринки. Человек с состоянием, сделавший немало выгодных сделок со времени приезда в Нью-Йорк в семьдесят пятом, Рори являлся весьма желанной добычей в глазах многих молодых дам и их родственников. Но, с кем бы он ни был, в сердце его по-прежнему жила только Бренетта, и он переходил от одного краткого романа к другому.

Вчера вечером как обычно он вернулся поздно, и сейчас боролся со сном, давившим на веки. Он не поднял головы, когда услышал, как открывается дверь, надеясь, что кто бы это ни был, уйдет.

– Рори, я слышал, что ты безрассудно тратишь свои силы. Сейчас я могу видеть, что это правда.

Рори вскочил на ноги, совершенно проснувшись.

– Мистер Латтимер, когда Вы вернулись?

Они обменялись дружеским рукопожатием. Прошло! почти пять лет с того времени, как они виделись в последний раз, и они пристально разглядывали друг друга подгоняя старые воспоминания под новые образы.

– Зови меня Брент. Мы приехали вчера. Тейлор и Карл отдыхают в гостинице. Поездка была не из легких. Почти все время держалась плохая погода.

– Вы, наверное, тоже устали, – сказал Рори. – Давайте сядем.

Они прошли через комнату к стульям возле большого окна, выходящего на оживленную улицу.

– Как Карл? – Операция прошла успешно?

Брент резко покачал головой.

– Нет.

– Мне очень жаль, Брент.

Рори не мог придумать, Чтобы еще сказать, и они погрузились в молчание.

– Рори, я… – Боб Майклз внезапно остановился. – Боже всемогущий. Брент!

Снова пожимались руки и раздавались шлепки по спине. Когда они расселись, Боб откашлялся.

– Я послал тебе телеграмму. Но вижу, что ты ее не получил. Почему ты не сообщил нам, что возвращаешься?

Вместо ответа Брент еще раз покачал головой.

– Операция не удалась, – ответил за него Рори.

– Брент, мне очень жаль.

– Спасибо. Что ты сообщал мне в телеграмме? – спросил Брент, меняя тему разговора.

– Новости о твоей дочери.

– Бренетта? С ней все в порядке?

– О, да. Все прекрасно. Она просто просила меня связаться с тобой, думая, что я смогу добраться до тебя быстрее.

– Что за новость? – нетерпеливо спросил Брент.

– Похоже, она увлеклась одним парнем откуда-то из-под Чарльстона. Она хотела попросить тебя дать «добро» их помолвке. Кажется, она совершенно без ума от него, судя по ее письмам ко мне.

Рори молча слушал, сердце его похолодело в груди.

– Что ты знаешь об этом, Рори? – спросил Брент, переводя на него взгляд.

Каким-то отделенным, безликим голосом Рори ответил:

– Только, то, что рассказал вам Боб о помолвке. Это произошло после того, как я уехал. Конечно, я встречался с ним. Он гостил, пока мы там жили.

– Гостил?

– Да, сэр. Он дальний родственник кузенов мисс Меган.

Брент потер глаза, выглядел он совершенно сбитым с толку.

– Что ты о нем думаешь?

Лицо Рори не выражало его истинных чувств.

– Она любит его, сэр. Это во многом говорит в его пользу.

– Нет, Рори. Так не пойдет. Что ты думаешь об этом парне?

– Я не знаю, мисс… Брент. Честно говоря, я слишком опекаю Нетту. – И сам влюблен в нее, пронзительно кричало его сердце. – Он парень приятного вида, выходец из хорошей семьи, у него плантация в Южной Каролине, которой он ужасно гордится. Я думаю, вам лучше встретиться с ним и решать самому.

– Да, именно так я и сделаю. И скоро.

Тейлор сидела в темно-пурпурном, обтянутым ситцем кресле, пристально рассматривая картину на стенке, но мысли были далеко отсюда. Она вспомнила, как в первый раз приехала в Нью-Йорк девятнадцать лет назад. Тогда ей было восемнадцать, ее переполняли любопытство, жажда жизни и возбуждение молодости. Ее первый муж, Дэвид Латтимер – отец Брента, привез ее сюда на время длительного, немного затянутого, путешествия в медовый месяц. Сейчас она улыбалась при мысли о кричащем, безвкусном номере, в котором они останавливались. Ей гораздо больше привлекала теплота этой комнаты. Может быть потому, что рядом с ней Брент и их сын.

Поднявшись с кресла, Тейлор подошла к окну. Внизу она могла видеть модные экипажи, развозившие своих пассажиров по проспекту. Возницы плотно кутались, защищаясь от морозного воздуха, пряча лица за шерстяными шарфами, а руки в рукавах тяжелых пальто. Время от времени, один из снующих экипажей останавливался перед каким-нибудь магазином, и его обитатели выходили и скрывались внутри.

Сильных холодов не было, когда она останавливалась здесь с Дэвидом. Стояло позднее лето, и Тейлор испытывала наслаждение, гуляя по широким улицам с украшенным оборками зонтом в руках, в сопровождении своей служанки Дженни, и покупала все, что душа пожелает, пока Дэвид занимался делами в банке. По вечерам они обедали в лучших ресторанах, и их принимали в домах Нью-Йоркской элиты.