Он помог мне снять платье, нежно уложил на постель и разделся сам. Я приготовилась было руководить его ласками, как обычно, когда имею дело с молодыми любовниками на Пуэрто-Рико, но этого не понадобилось. В нем чувствовался такой сексуальный опыт, что Дон Жуан рядом с ним выглядел бы не более чем любителем.

Спустя полчаса, когда мы уже отдыхали, я полюбопытствовала:

– Интересно, откуда в таком возрасте такой опыт?

– Спасибо моему отцу, – усмехнулся он. – Я – студент и живу в Калифорнии. Отец как-то приехал ко мне и познакомил со своей любовницей. Однажды вечером мы вместе были на приеме. Отец завязал деловой разговор с одним из присутствующих. Я остался наедине с его девушкой – и мы познакомились поближе. Когда отец вернулся в Нью-Йорк, я продолжал с ней встречаться.

Он добавил, что любовница отца была кол-герл и на десять лет старше его.

Пока мы болтали, я посмотрела на часы и с ужасом заметила, что уже четыре часа утра. Прошло три часа, как я оставила Ларри в казино.

– О, Боже! Мне надо уходить! – сказала я юноше. – Меня ждет Ларри.

Я быстро оделась, но молодой человек настоял на том, чтобы меня проводить.

Мы сели в фуникулер и стали подниматься. Ярко светила луна, и я увидела Ларри на балконе. Он буквально сходил с ума от ревности. С того места, где он находился, Ларри мог ясно различить кабину и сидящих в ней. И, конечно же, он догадался о причине моего опоздания.

Фуникулер остановился, мы вошли в отель и быстро поднялись в номер. Мы увидели, как открылась дверь, и все мои вещи вылетели к нашим ногам. Я бы не удивилась, если бы вдруг выскочил Ларри с огромным ножом в руках. Я посоветовала мальчику уйти. Ларри не показывался, но я слышала, как он костерит моего юного друга:

– Маленький мерзавец! Ты переспал с моей женой! Ну, погоди: я расскажу твоим родителям! – вопил он.

Почти во всех номерах зажегся свет. Я пыталась открыть дверь, чтобы заставить его замолчать, но безуспешно – Ларри забаррикадировался.

Один из постояльцев отеля, видимо, возвращаясь из казино, показался в коридоре.

– Мне очень не хотелось бы вас беспокоить, но я забыла ключи. Не могли бы вы мне помочь? – спросила его я.

Мужчина выглядел усталым, но в помощи не отказал.

Он наклонился, чтобы посмотреть замок, и в этот момент дверь настежь распахнулась, и Ларри с багровым от ярости лицом заорал:

– А, и вы тоже хотите переспать с моей женой?! Ну, я вам сейчас покажу!

Все жильцы высыпали в коридор. Ситуация была ужасно гадкая. Бесцеремонно втолкнув Ларри в номер, я влетела следом. Разразился дикий скандал. Мы набросились друг на друга и покатились по полу, но я была сильнее и вскоре оказалась наверху. Я схватила его за волосы и ударила головой о мраморный пол – раз, второй, третий. И тут поняла, что следующий удар может его убить.

Я отпустила Ларри. Оставшуюся часть ночи мне пришлось его успокаивать. Утром мы решили покинуть отель и уехать в Сан-Хуан.

После этого Ларри вернулся в Нью-Йорк. Без меня. Был канун Рождества. Большинство обитателей «Конкистадора» тоже приехали в Сан-Хуан встречать Новый год. Увидев меня, они кричали:

– А, это вы изменили своему мужу с мальчиком! Покатываясь со смеху, они объяснили, что эта история обошла весь отель.

И все-таки Ларри простил меня. Он же прекрасно понимает, что эти приключения не имеют для меня никакого значения. Напротив, более или менее длительные связи, которые у меня бывают с некоторыми клиентами, он не переносит.

Прошлой зимой я влюбилась в тридцатидвухлетнего банкира по имени Скип, как две капли воды похожего на Шона Коннери.

Ларри знал о нашей связи, но так как мой любовник платил мне, то закрывал на нее глаза. Приходя утром и видя чек, выписанный Скипом, он тут же успокаивался. Если же вдруг чека не было, Ларри приходил в ярость. Конечно же, это было чистой воды лицемерием, ведь деньги не мешали мне любить Скипа. К тому же мне нравится совмещать любовь, удовольствие и деньги. Иногда Скип платил просто баснословные суммы, чтобы провести со мной ночь. Он был по-настоящему красив и обладал изрядным чувством юмора.

Обычно он приходил к девяти часам вечера, располагался в салоне и развлекал девушек. Уверенный в своем неотразимом обаянии, он слонялся по всему дому в шелковом халате Ларри, специально его не запахивая, чтобы были видны некоторые интересные части его тела. Девушки его обожали, и если бы не существовало правила, запрещающего прикасаться к моим любовникам, наверняка отдавались бы ему бесплатно.

Когда я бывала со Скипом, больше для меня ничего не существовало. Так прекрасно было чувствовать себя вновь влюбленной. В рабочие часы он помогал мне обслуживать клиентов, наливать им напитки, прогуливаясь с белой салфеткой на руке, словно метрдотель. В свободное же время мы с увлечением занимались любовью.

Скип был еще ревнивее Ларри. Если он был у меня, то запрещал закрывать дверь из опасения, что я ему изменю, пока договариваюсь с клиентом об оплате. Однако его семейные проблемы и всепоглощающая работа вскоре превратила нашу страстную связь в нежную дружбу. Мы со Скипом встречаемся и сейчас.

Скип ушел, но его место тут же занял другой, и эта связь длилась дольше остальных. Такис, двадцатидевятилетний грек, однажды пришел ко мне, чтобы представить двух канадок, которые хотели работать у меня.