Она была теплой и тяжелой, как во сне.

Яма оказалась не по росту. Подогнул ей ноги, руки сложил на груди. Вонзил лопату, но отложил с зачерпанной землей. Глаза у нее отсвечивали под луной. Встал на колени, дотянулся, надвинул веки. Глаза открылись снова, бессмысленно таращась. Осторожно засыпал первым слоем. Кроме лица с глазами. Не мог решиться. Сбегал к грузовику, вернулся и накрыл двойным листом газеты "Витебский рабочий". Присыпал – и за работу. Земли хватило. Темный прямоугольник скрыл под кусками дерна, плотно подгоняя краями к целому настилу леса, с которым все снова срастется своим мхом, грибницами, корешками ягод. Чтобы скрыть земляную сыпь, на дно воронки набросал валежника.

И все.

Как не было.

Ухнула сова, сердце захолонуло. Сжимая черенок лопаты, стоял и слышал, как, отпустив, кровь сильно застучала в висках. Ощущал, как скользкими своими орбитами перебегают глаза. Страшно было так, что не сразу решился перевести дыхание и сделать следующий шаг к выходу из сверкающей черноты.

Под тяжестью земли девушка продолжала жить своей жизнью – уже неодушевленной. Лето прошло. Дожди сменились заморозками. Выпал первый снег, началась долгая зима. Когда весна разморозила почву, тело было еще в узнаваемом состоянии, но девушку не нашли. Никто не знал, куда она девалась. Просто однажды не вернулась домой – и все.

Родители с ума сошли от горя.

Единственная дочь.

Через тринадцать лет на глубине полутора метров в опознанном им месте обнаружили только скелет. Череп опустел, забитый сквозь глазницы землей. Только то, что было ртом, заполняли нейлоновые чулки, неразложимые, как продукты атомного распада.

*

Установить и задержать Геннадия Модестовича М***, уроженца Миорского района Витебской области, удалось только в ноябре 1985 года. Были доказаны совершенные им убийства 43 женщин. После завершения следствия М*** из Витебского СИЗО этапировали в Минск, в "американку" (СИЗО КГБ), откуда направили для прохождения судебно-медицинской экспертизы в Московский НИИ общей и судебной психиатрии им. Сербского. Из данных экспертного заключения: "М*** психическим заболеванием не страдает, у него имеются психопатические черты характера и склонность к сексуальным перверсиям (извращениям). Эти особенности личности сопровождаются наличием половых извращений в виде проявления садизма… В период, относящийся к инкриминируемым ему деяниям… он мог отдавать себе отчет в своих действиях и руководить ими…"

19 мая 1987 судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда СССР признала М*** виновным. С целью удовлетворения своих извращенных половых влечений в 1971-85 гг. он совершил на территории Витебской области умышленные убийства 33 женщин, из которых 8 были сопряжены с изнасилованием. По совокупности совершенных преступлений подсудимый был приговорен к высшей мере наказания – расстрелу.

В исполнение приговор был приведен 19 января 1988.

После чего о нем забыли: накатила перестройка, пришли, как обещал его поэт, другие – еще лиричнее.

Вроде Чикатило.

Но именно благодаря М*** в Союзе впервые признали наличие serial killers***, которых со временем стали по-свойски называть "серийниками". Свою долю внимания успел получить и он: ему посвятили художественный фильм, документальный в трех сериях (две до сих пор лежат на полке), книгу, десятки научных трудов и множество публикаций в периодике, на которые, в частности, обратили внимание за границей два эмигранта – люди, по определению, неадекватные.

*

Аналитики, они давно работали в одном из "мозговых резервуаров" по изучению Советского Союза, но сошлись друг с другом только после того, когда внезапно встретились лицом к лицу в пустынном порнографическом отделе огромной видеотеки на Цвайбрюккенштрассе.

Советская газетная сенсация вызвала у них энтузиазм. Последние двадцать лет лидировали в данной области Соединенные Штаты, которые своими пятью процентами населения земли сумели произвести 75% серийных убийц всего мира. Будучи "в теме", аналитики усмотрели параллели с первой волной серийных, которая возникла в Штатах с началом "бурных" 60-х. М*** казался им советской репликой "бостонского душителя" Альберто ДеСальво (Alberto DeSalvo) и блестяще подтверждал пророчество канадского антрополога Элиотта Лейтона (Elliot Leyton), который в книге "Охота за человеческими существами. Становление современного множественного убийцы" в 1984 году и на основе всего лишь двух известных к тому случаев за "железным занавесом" (Ионесян/"Мосгаз" и поляк Lucian Staniak), рискнул высказать мысль, что, поскольку капитализм монополией на дегуманизацию не обладает, следует ожидать, что и коммунистический блок начнет свое производство аналогичных убийц.

В случае М*** им виделась метафора агонии советского режима. Не только на уровне отдельно взятой личности, какой бы интерес не представляла ее бесконечная дихотомия, обретающая цельность только в момент убийства. Дело М*** вскрыло целое созвездие преступников в мундирах, которые осудили 14 невиновных, причем, один из них был расстрелян. Разбирательство привело к тому, что 200 работников советского правосудия понесли наказание – главным образом, впрочем, по партийной линии.

Возможность сделать деньги на мировом бестселлере была очевидна.

Располагая известными и, так сказать, "поверхбарьерными" возможностями, аналитики попытались через посредников в стране подобраться к следственным материалам. И обнаружили, что "Витебское дело" остается за семью замками.

Top secret!****

Проект их лопнул.

Надо сказать, они не очень сокрушались. До этого успели добросовестно просеять открытые источники, в результате чего стали будить криками своих западных супруг.