Славомир Прилуков, не смотря на опасения Всеслава, с радостью принял предложение: «Побродить по планете». Всеслав до сих пор не мог понять, что творилось в душе этого молчаливого, ответственного, порядочного офицера обладающего способностью напрямую, без адаптера работать с корабельным мозгом. На все попытки поговорить по душам Славомир только отшучивался и переводил разговор на нейтральную тему.

За иллюминаторами бота не было видно ни зги. Шли над ночной стороной планеты. Всеслав бросил взгляд на хронометр, до штаба Владимира Добрынича оставалось около двенадцати минут полета. Наземная операция шла уже четвертый день. Бойцы Ворона контролировали большую часть планеты, но догоны удерживали в своих руках несколько мощных укрепрайонов. Прекрасно вписанные в рельеф и напичканные тяжелым оружием крепости отбили первый натиск землян. Брать укрепрайоны приходилось по всем правилам военной науки. А атмосфера не давала применять орбитальную бомбардировку. В штабе группировки рассчитали, что без подсветки цели бомбы будут падать с точностью плюс, минус 30 километров. Можно было попасть в своих.

Планета пока держалась. Кроме засевших за укреплениями вражеских гарнизонов, успешно действовали мобильные отряды противника, наносившие внезапные удары по руссколанским подразделениям и тыловым базам. Видимо под поверхностью Рионы находились десятки и сотни экранированных убежищ и бункеров. Для полной зачистки планеты нужно было время. Только время и систематичная работа ударно-поисковых групп. Не смотря на превосходство в воздухе и слаженную работу подразделений, группа «Самум» несла потери. Противник оказался достойным, умел держать удар и отвечал болезненными неожиданными рейдами по тыловым подразделениям. Людям приходилось укреплять свои наземные базы и вести плотное патрулирование и наблюдение над своими районами.

Неожиданно катер чувствительно тряхнуло. Пол ушел из-под ног, от перегрузки заложило уши. Бот накренился на правый борт, но летчик быстро выровнял машину. Замигали аварийные маячки. «Держитесь, в нас попали, сажаю машину», — прозвучал в шлемофоне голос Прилукова. Второй удар сбросил пассажиров на пол, катер падал, воздух с тонким свистом вырывался из пробоин. Всеслав попытался подняться, но резкий тормозной импульс вернул его обратно в горизонтальное положение. Скользящий удар, перевернувший все внутренности Сибирцева, противный скрежет днища по песку, сдавленный крик Бравлина. Наконец все стихло. «Пони» замер на месте.

Всеслав со стоном поднялся на ноги и двинулся к оружейному шкафчику. Он прекрасно знал, что гостеприимство аборигенов на этом не закончится, в ближайшее время следует ожидать гостей. За спиной распахнулась дверь кабины, пропуская Славомира. Тот первым делом помог подняться Бравлину Генералову и, перебросив через плечо пару аварийных контейнеров жизнеобеспечения, подошел к Сибирцеву, к тому времени уже успевшему открыть люк и обозревавшему местный пейзаж через прицел электромагнитного 16-мм автомата «Тур».

— Славомир, где мы находимся? — поинтересовался Всеслав, опуская автомат, вокруг катера раскинулись величественные песчаные дюны. Инфракрасная оптика бронескафандра не улавливала никаких признаков жизни.

— Примерно в двадцати пяти километрах к северу базируется танковый полк, но зато к югу от нас находится вражеский укрепрайон, — спокойно ответил Прилуков, — я успел дать SOS.

— И кто доберется до нас первым? — вступил в разговор Бравлин. Программист успел вооружиться штурмовой плазменной винтовкой «Аргумент» и выглядел очень внушительно, прямо как на рекламном плакате военкомата: «У вас есть шанс не только заработать, но и повидать мир».

— Подождем, вон на том холме, — Всеслав показал рукой на нависавшую над катером дюну и иронично поинтересовался, — стрелять не разучился?

— Нет, из этой бандуры промахнуться трудновато, — Бравлин спрыгнул на землю и первым полез вверх по склону. Он выбрал себе наиболее подходящее оружие: «Аргумент» стрелявший сгустками высокотемпературной плазмы не требовал от бойца особой меткости. Это было идеальное оружие ближнего боя, основным недостатком плазмогана были большой вес и крупногабаритный футляр с запасными энергетическими зарядами. Сибирцев и Прилуков торопливо прошлись по салону катера и, запасшись боеприпасами и кислородными баллонами, последовали за Бравлином.

Ночь поглотила маленький отряд. Внизу у подножия дюны светились иллюминаторы бота. До Всеслава сквозь звуковые мембраны скафандра доносился тихий шорох песчинок в воздухе. Дул легкий ветерок, как и миллионы лет назад и миллионы лет вперед. Казалось они одни на целой планете. Нет ни догонов, ни армейской группировки «Самум», ни 4-го флота висящего на орбите. Славомир молча толкнул Всеслава в бок и показал пальцем на юго-запад. Всеслав посмотрел в указанном направлении. Так и есть! В ложбине между двух пологих дюн мелькнула неясная тепловая тень. Догоны! Сибирцев немедленно связался с, занявшим позицию на левом фланге, Генераловым. Бросил в эфир короткий приказ: «Бравлин, приготовься. Цель на юго-западе». Не успел он договорить, как ночная тишина взорвалась грохотом разрывов. На месте несчастного подбитого катера вспыхнуло яркое пламя. Правее обломков катера в воздухе промелькнул силуэт скоростной антигравитационной машины. Всеслав почти не целясь, выпустил очередь. Славомир откатился в сторону и открыл заградительный огонь по ложбине между дюнами. «Тур», выстреливающий пули с помощью мощного сверхпроводящего соленоида был абсолютно бесшумным. С позиции Бравлина Генералова доносился низкий гул «Аргумента». Всеслав бросил взгляд налево и непроизвольно зажмурился. Было светло как днем, казалось, горел песок. Плазменные шары взрывались с ослепительными вспышками, освещая поле боя. Ни люди, ни догоны не могли пройти через это преддверие ада. В десяти метрах от Всеслава вырос столб взрыва, взрывная волна сбросила человека с гребня дюны как тряпичную куклу. По бронескафандру пробарабанили осколки.

Сибирцев прокатился по склону и, вскочив на ноги, бросился бежать вдоль спасительного склона: «Бойцы, отходим!». От куда-то сверху скатились Прилуков и Генералов. Бравлину пришлось бросить свой «Аргумент» и вооружиться легким огнестрельным автоматом, но зато он тащил на плечах целый тюк аварийных контейнеров и кислородных баллонов. В пустыне на чужой планете глоток кислорода может стоить дороже всех сокровищ мира. Ценнее его только аккумуляторы для системы жизнеобеспечения бронескафандра. Без них человек превращается в стальной памятник первопроходимцу. Сдвинуть скафандр с места без помощи сервоприводов очень тяжело.