— А где сейчас Тиана? — спросил Ниш у Иризис, подошедшей к мастерской.

— Она опять куда-то ушла. Пойдем!

Ниш последовал за девушкой к заводским воротам.

— Куда она пошла?

— А я откуда знаю?

У ворот они расспросили Нода.

— Она отправилась в шахту, — доложил Нод.

— Она слишком часто туда ходит, — проворчала Иризис, выходя за пределы завода.

— Ей приходится отбирать лучшие кристаллы.

— Ты глупец, Ниш! — сердито огрызнулась Иризис. — Она там продает наши секреты, и сегодня опять пошла на встречу со своим сообщником.

— Не смей называть меня глупцом, — обиделся Ниш. — И не зови меня этим дурацким прозвищем. Мое имя — Крил-Ниш.

Его гнев заставил Иризис пойти на попятную. Она склонила голову и взяла его за руку.

— Прости, — вздохнула Иризис. — Я не хотела тебя обидеть, Крил-Ниш. Давай пойдем и убедимся своими глазами.

Как только они вышли из леса, на тропинке появилась Тиана, идущая в деревушку шахтеров. Иризис и Ниш пропустили ее вперед и пошли следом, держась на приличном расстоянии.

— Куда она отправилась? — спросил Ниш.

— Я думаю, в хижину старого Джо.

Они проследили путь Тианы до самой хижины у кромки леса, дождались, пока девушка вместе с шахтером вышли из домика и уселись на крылечке.

— Что они там делают? — прошептала Иризис.

— Пьют чай.

Спустя некоторое время Тиана и Джо направились по тропинке к шахте.

— Пошли! — скомандовала Иризис.

Ниш вслед за ней подошел к хижине. Иризис скользнула внутрь.

— Быстрее! — прошипела она, как только Ниш замешкался на крыльце.

Ниш был уверен, что в хижине они не найдут ничего заслуживающего внимания, но тем не менее вошел внутрь. Однако спустя некоторое время под сложенными на кровати одеялами он обнаружил сложенный лист бумаги. Ниш поднес находку к двери. Обе стороны листка были исписаны мелким почерком. Это было списание метода пробуждения хедрона.

— Это почерк Тианы! — воскликнула Иризис, заглядывая ему через плечо. — Шпионское донесение.

Ниш обследовал листок, небрежно оборванный с трех сторон и ровно обрезанный с четвертой.

— Выглядит так, как будто его вырвали из книги.

— Вероятно, из ее ежедневного журнала.

Больше они ничего не обнаружили. На обратном пути к заводу Ниш хранил молчание. Там он обследовал спальню Тианы и ее мастерскую. В комнате ничего не нашлось, а в ежедневнике недоставало одной, аккуратно вырезанной страницы. Ниш запер мастерскую, положил ключ в карман и отправился на поиски управляющего Ги-Хада. Встретив его, Ниш объяснил, что он является осведомителем, тайно работающим на своего отца, главного следователя, показал письмо, подтверждающее его назначение, а потом рассказал Ги-Хаду о сломанном контроллере и недостающей странице в дневнике Тианы.

— Я не могу в это поверить! — произнес управляющий, хотя и немало удивился полученным сведениям.

— Враги могут подкупить кого угодно.

— Только не Тиану. За ней не числится никаких грехов, у нее нет секретов и никакой личной жизни, одна работа.

— Может, кто-то из ее братьев или сестер попал в беду и ей отчаянно нужны деньги.

Ги-Хад сверился с бухгалтерскими записями:

— У нее на счету сорок девять серебряных таров, больше, чем у кого-либо на заводе. Еще двадцать шесть монет, и она может выкупить свой контракт. Неслыханно!

Ниш присвистнул. Наконец-то небольшая удача.

— Ну вот, это плата за ее предательство.

— Это ее заработок за последние четырнадцать лет! За все это время она почти ничего не тратила. Можешь проверить порядок начислений, механик. Здесь учтено все, до последнего медяка.

Ниш проверил; оказалось все так, как говорил Ги-Хад. Это обстоятельство потрясло его.

— Может, вы сами хотите взглянуть на ее журнал?

— Хочу, — ответил управляющий.

При виде вырезанной страницы его лицо помрачнело.

— Это мог проделать кто угодно! Зачем ей было вырезать страницу и ставить себя под подозрение, когда она могла ее просто переписать?

Огорченному Нишу пришлось обдумывать альтернативную возможность того, что Иризис испортила свое изделие и подстроила обвинение своей соперницы.

— Может, ты подозреваешь кого-нибудь другого? — раздраженно спросил Ги-Хад.

Очевидно, что сам он думал совсем об ином человеке.

— Кто, я? — прохрипел Ниш.

— Но ведь это ты — осведомитель.