— Да, и вовсе ни к чему рассказывать, что неудача произошла из-за меня, лживой мошенницы.

— Ни к чему, — повторил Ниш. — Но на этот раз с нами все кончено.

Он медленно обошел комнату, рассеянно осматривая книги и свитки, и странные незаконченные приспособления на стенде. Иризис оторвала кусок копченой колбасы, откусила маленький кусочек и отложила ее в сторону.

В дверь домика кто-то постучал. Ниш, решил было не обращать внимания, но стук повторился.

— Ты что, не можешь спросить, что случилось? — раздраженно спросила Иризис.

Ниш отпер внутреннюю дверь, потом наружную. На пороге стоял взволнованный Ял-Ниш.

— Ну что у вас? — громко закричал он.

— Мы работаем, — солгал Ниш. — Я не могу сейчас разговаривать, поскольку эксперимент в самом разгаре.

Ял-Ниш схватил его за шиворот.

— У вас есть время только до рассвета. Ги-Хад и солдаты отыскали Тиану в шахте, но на них напали лиринксы. Ги-Хаду единственному удалось уйти живым. А Тиана… — Ял-Ниша настолько душил гнев, что ему пришлось немного отдышаться. — Это окончательно погубит меня.

— Что? — воскликнул Ниш, ощущая холодок страшного предчувствия. — Что с Тианой? Она мертва?

— Ее тело не было найдено на месте схватки. Или она убита и съедена, или они увели ее с собой. Если враги будут ее пытать, если доберутся до наших секретов…

— Может, она сбежала, — прервала его Иризис. — У нее это ловко получается.

— Никто не может сбежать от лиринксов. Что же я скажу наместнику?

Ниш опустился на колени:

— Что же нам делать?

Ял-Ниш рывком поднял сына на ноги:

— Наместник хочет видеть Тиану. Значит, нам остается только искать ее, если она еще жива.

Главный следователь так сильно оттолкнул Ниша, что тот упал на спину.

— Вы останетесь здесь до рассвета. Добьетесь вы успеха или нет, в любом случае на рассвете вместе со всеми отправитесь на поиски. Иначе ты пойдешь сражаться против лиринксов рядовым.

С этими словами Ял-Ниш захлопнул дверь перед носом Ниша.

— Меня тошнит, — пожаловался Ниш. — Я чувствую себя школьником на экзамене. Для отца я всегда был недостаточно хорош.

Иризис взяла с подноса кусочек сыра и стала задумчиво обгрызать затвердевшую корочку. Ниш принялся грызть ногти, да так громко, что Иризис захотелось отвесить ему оплеуху.

— Нам остается только один выход, — заговорил Ниш. — Если уж мы не можем изготовить прибор, придется вместо него взять с собой Юлию.

— Она сейчас же сойдет с ума!

— Наши жизни зависят от результатов поиска.

Юлия крадучись выскользнула из своего закутка, приблизилась к Нишу, погладила его по щеке:

— Я очень хочу тебе помочь.

— Я знаю, — ответил Ниш. — Скажи, ты можешь увидеть Тиану?

Юлия пожала плечами:

— Я не знаю, как она выглядит. Иризис очнулась от задумчивости:

— Как-то раз ты говорила, что можешь видеть женщину с ярким кристаллом. Ты все еще видишь ее?

— Кристалл погас.

— Ты хочешь сказать, что она умерла? — воскликнул Ниш.

— Я просто не вижу ее.

— Когда это случилось?

— Сегодня. Вчера.

— Когда, Юлия? Это очень важно!

— Я не знаю.

Иризис выложила на стол контроллер и расправила его манипуляторы.

— Этот прибор сделала Тиаиа. Может, с ним тебе будет легче отыскать ее?

Чувствительница даже не посмотрела в ее сторону.

— Мне вовсе не требуется искать ее. Если кристалл оживет, я сразу увижу это в своей модели мира.

— Но та женщина действительно была Тианой? — настаивала Иризис. — Ее узелок в твоей модели похож на этот прибор?

— Нет, но я могу сказать совершенно точно, что вещь изготовлена той женщиной.

— Значит, она и есть Тиана? — настаивал Ниш.

— Да.

— Наконец-то! — закричала Иризис. — А что представляет собой кристалл? Он похож на тот, что находится в контроллере?

— Нет, — ответила Юлия.

— А на этот? — Иризис сняла свой индикатор, висевший у нее на шее, и вложила в руки чувствительницы.

— Нет, тот кристалл намного сильнее.

— Как это может быть? — удивился Ниш. Голубые глаза Иризис оживленно заблестели.

— Интересно…

— О чем ты?

— Не имеет значения.