Марк прибежал первым. Он нашел Адди, лежащую у постели Бартли.

– Немедленно вызови доктора Эмброуза! У нее удар! – крикнул он Мелани, которая стояла в дверях.

Как только Марк поднял старуху на руки, девушка побежала мимо Кэйла к телефону.

Казалось, время остановилось. Все в молчании собрались у постели Адди и прислушивались к ее слабому, неровному дыханию.

В голове каждого из них мелькали самые разные мысли, но ни Марк, ни Кэйл, ни Мелани не хотели разговаривать. Не хотели объяснять то, что произошло. Все избегали говорить о том, кто лежал в постели дяди Бартли. Все, на что у них хватало сил, – это стоять неподвижно у постели Адди, которая находилась между жизнью и смертью.

Мелани услышала шум мотора. Несмотря на слабость, она бросилась вниз встретить доктора.

Через минуту он уже спешил наверх, и Мелани, едва поспевая за ним, на ходу сбивчиво объясняла, что произошло. Она понемногу оправлялась от шока и уже пыталась рассуждать.

…Доктор Эмброуз вытащил свой стетоскоп.

– Как она? У нее был удар? – заговорил Марк.

Доктор бросил на него сердитый взгляд и жестом призвал к молчанию.

Затем доктор осторожно измерил Адди давление. Приподняв ее веки, он посмотрел глаза старой дамы.

– Не думаю, что у нее был удар, но шок она перенесла сильный. Я сделаю ей укол. Нам остается только ждать.

Марк поспешил из комнаты с недовольным видом. Мелани показалось, что он даже разочарован тем, что у тети не случилось удара. Поразмыслив, она пришла к выводу, что такое вполне возможно. Что ни говори, а Марк не очень привязан к тетке и скорее всего ждет ее смерти от удара. Тогда плантация достанется ему…

Через некоторое время доктор Эмброуз попросил Мелани присмотреть за Адди, а сам пошел в комнату Бартли. Вскоре врач вернулся. Лицо у него было серое.

– Насколько я могу судить, это Бартли Бичер, – хриплым шепотом произнес он.

Чувствуя приступ тошноты, Мелани кивнула. Она так и предполагала.

– Так вот почему она опечатала эту комнату. Она не хотела, чтобы люди узнали о том, что находится внутри.

– Уж конечно, не хотела, – фыркнул доктор Эмброуз. – Вы уже сообщили об этом шерифу?

Мелани ответила, что Марк просил ее позвонить шерифу, но в такой суматохе она совершенно забыла.

– Не надо пока ему звонить, – торопливо сказал доктор. – Начнется скандал, а бедной Адди и так будет нелегко…

– Поздно, – сказал Марк, входя в комнату с самодовольной ухмылкой на лице. – Эта старуха – сумасшедшая, и пришло время открыто заявить об этом. Вы что думаете, я буду сидеть и дожидаться, пока она вычеркнет меня из завещания и выгонит с плантации, которая по праву должна принадлежать мне? Да никогда в жизни, доктор! Я собираюсь объявить ее недееспособной и взять здесь все в свои руки. И какой суд откажет мне в этом после того, как станет известно, что милая старушка целых пятнадцать лет держит в доме труп своего покойного мужа?

Марк расхохотался и посмотрел на Мелани.

– Ты, детка, можешь идти укладывать вещички. Уедешь завтра же утром. Моей дражайшей тетушке ты уже не понадобишься, поскольку я отправлю ее в лечебницу для душевнобольных сразу же, как только получу необходимые документы.

Марк перевел взгляд на Кэйла, который задумчиво и спокойно смотрел на своего кузена.

– А ты, нищий нахлебник, – бросил он, – тоже убирайся отсюда. Ты мне тут не нужен…

– Вы опережаете события, Марк, – резко перебил его доктор, на лице которого читались решимость и отвращение. – Я считаю, что все это подстроено. У меня не было времени и достаточного освещения, чтобы осмотреть тело, но я уверен, что труп Бартли Бичера не мог пролежать в доме все эти пятнадцать лет.

У Марка отвисла челюсть.

– Но вы же сами видели!

Доктор презрительно улыбнулся. Казалось, замешательство Марка его забавляет.

– Я видел, что тело лежит на кровати, Марк, – спокойно проговорил он. – Я не знаю, кто положил его туда и зачем. Но очень сомневаюсь, что оно пролежало там все пятнадцать лет!

– Вы сами видели, что у тети почти был удар, когда она поняла, что тело нашли. А теперь вы стоите здесь и говорите, что не знаете, кто его туда положил?! – негодующе кричал Марк. – И вы еще не верите, что тело пролежало там все это время и что именно по этой причине комнату опечатали!

Адди пошевелилась и застонала. Доктор Эмброуз подошел к ней. Он не хотел, чтобы действие успокоительного прекращалось, поэтому вытащил из саквояжа шприц еще для одного укола.

– У меня не было времени для осмотра тела и для того, чтобы дать свое заключение, Марк, – твердо проговорил он. – Подождем шерифа, тогда посмотрим.

Раздосадованный, Марк поспешно вышел из комнаты. Мелани повернулась к Кэйлу, который ответил ей уверенной улыбкой. Девушка сожалела, что не смогла улыбнуться в ответ. Она уже не доверяла этому молодому человеку так, как раньше. От ее нежных чувств к нему, похоже, не осталось и следа.