Нора невольно улыбнулась. Значит, его мать – очень заботливая женщина. А он глупец, если намерен погубить свою жизнь, потому что его брат мертв.

– Но разве так можно?! – не выдержала она.

– Милая леди, вы не представляете, как Киран и Эван были привязаны друг к другу!

– Возможно, но неужели он искренне считает, что пьянство и все прочее оживят его брата?

Не дожидаясь ответа, Нора встала и пошла проверить, где Эван.

Она нашла его сидевшим на бревне за коттеджем. Они с Эносом пили.

Как только Эван увидел Нору, он выругался.

– Зачем вы здесь?

Она ничего не ответила, но взяла из его рук кружку и вылила эль.

Его лицо побагровело от гнева.

– Что вы делаете?

Ответ был настолько ясным, что Нора не стала объяснять. Вместо этого она схватила кувшин и, повернувшись, пошла к дому.

Нора не успела далеко уйти, как ее нагнал Эван.

– Отдайте мне кувшин. – Он попытался забрать из ее рук кувшин с элем.

– Нет, – решительно заявила Нора. На лице его был испуг.

– Нет?

– Нет!

Эван снова протянул руку, чтобы взять кувшин. Однако Нора пыталась увернуться от него, но внезапно споткнулась, и оба упали на землю. Эван лежал на спине, а сверху на нем Нора.

Какое-то мгновение Эван не мог пошевелиться. Все, что он чувствовал, – это тяжесть ее тела и тепло дыхания на его лице. Он давно не держал женщину в объятиях, да еще такую красивую, как Нора.

– Эй, миледи! – воскликнул Энос, подходя к ним. – Позвольте мне помочь вам.

Эван чертыхнулся, когда Энос помог Норе встать. Она поняла, почему он это сделал, их одежда была облита элем.

Старый Энос, фыркнув, успокоил Эвана:

– Не бойся, парень. У меня еще найдется.

Эван медленно встал.

– Ему нельзя больше пить, – возразила Нора, повернувшись к Эносу. – Ему нужно умыться и выспаться.

– Да кто вы такая, чтобы учить меня, пить мне или нет?

Нора на мгновение задумалась.

– Я отвечаю за вас, – сказала она.

На лице Эвана гнев сменился возмущением.

– Что вы сказали?!

– Что слышали: я отвечаю за вас, – повторила Нора решительно. – Как вы будете оберегать меня, если напьетесь до беспамятства? А если я попаду в какую-нибудь неприятность? Так что хотите – не хотите, но вам придется слушать меня. Теперь я буду решать, сколько кружек эля вам следует выпить.

Она видела, как яростно сжались челюсти Эвана. Он посмотрел на старика, стоявшего рядом с ним:

– Энос, принеси топор.

Энос послушно исчез.

Это неприятно напугало Нору.

– Топор? Зачем он вам?

Глаза Эвана зловеще блестели.

– Я буду им защищаться.

Нора ошеломленно сглотнула:

– Защищаться от меня?

– Ага. Отрублю вам голову, а тело похороню где-нибудь у дороги.

Нора невольно отступила назад. Лицо Эвана было серьезным.

– Это шутка?

– Возможно. Зависит от вас. Надеюсь, теперь вы оставите меня в покое?

– Куда вы? – крикнула Нора. Эван не ответил и направился к лесу.

– Оставьте его на какое-то время. Он ищет место, где сможет вылить свою злобу.

– Но каким образом?

– Будет рубить дрова. Это успокаивает его. Пойдемте, миледи, вам надо просушить одежду.

Нора последовала за Эносом в коттедж.

– А где Эван? – спросила Сорча.

– Рубит лес, – ответил старый Энос.

Сорча печально вздохнула.

– Бедняга. Из того, что он уже нарубил, можно построить замок.

– Он всегда такой злой? – спросила Нора, садясь за стол.

– Горе совсем затопило его, миледи, – тихо сказала Сорча, подойдя к столу. – Он уже забыл, как жить радуясь.

– Да… В детстве он был другой, – добавил старик, тоже садясь за стол.

– И то верно, – согласилась Сорча и смахнула рукой крошки со стола. – Он был такой счастливый, такой веселый, всегда по утрам, спускаясь по лестнице, он спрашивал: «А где мой брат Киран?» Я не помню, чтобы они были когда-нибудь врознь.

– Пока не полюбили одну и ту же девушку, – добавила, вздохнув, Нора.

– Да, Изобел оказалась сущей змеей, – заявил Энос. – Настроила братьев друг против друга, а сама получила то, что ей было нужно. Уверен, дьявол для нее уже приготовил особый угол.

– Энос! – воскликнула Сорча. – Не давай волю языку при гостье.

– Прошу прощения, – пробормотал старик. – Но это правда.

Нора молча ела и думала об одиноком человеке в лесу.

Как трудно жить с чувством вины? Она не представляла себе этого.