Он не заслуживает ее преданности. Не заслуживает любви.

Через несколько минут узы брака на всю жизнь свяжут ее с Райаном. Эта мысль убивала ее. Самое ужасное, что ей придется делить с ним супружеское ложе. Нора не могла представить себе, что Райан будет прикасаться к ней, любить ее… От этой мысли ее глаза наполнялись слезами.

Катарина, стоявшая рядом, сочувственно положила руку ей на плечо. Норе было непонятно, почему цыгане так долго остаются с ними, но она была рада, что Кэт рядом. Ей нужна была ее поддержка, она поможет пережить этот жуткий день.

Три дня назад Лисандра послали в южное имение отца Норы, завтра уедут Катарина, Виктор и Бавел. И она останется одна, с Райаном.

Катарина опять погладила ее руку.

– Эван придет, я знаю.

– Нет, Кэт. Он отверг меня. Для него важнее его честь.

– Мужчина не позволит, чтобы кто-то другой касался женщины, которую он любит. Эван придет. Верь мне.

Норе хотелось верить, но у нее не получалось. Подошел отец Норы, чтобы вести ее к Райану.

«Пожалуйста, пусть что-нибудь случится, или я умру».

Если она повернется и побежит, думала Нора, этим поступком она навлечет позор на свою семью. Она не может бежать…

Нора и отец пошли к толпе, собравшейся посмотреть, как свершится брачный обряд. Райан ждал их.

«Беги, Нора, беги!» – стучало у нее в голове.

Но отец крепко держал ее руку – убежать было невозможно.

– Не позорь меня, дочь, – прошептал Алекс, словно прочитав ее мысли.

Нора увидела родителей Райана в толпе. Его толстушка мать плакала от счастья, а отец показался Норе раздраженным.

Райан стоял возле священника. Отец Норы передал ее руку Райану. Все!

Райан прошептал:

– Мне очень жаль, Нора. Но я обещаю быть хорошим мужем.

Мысли Норы зацепились за эти слова, мелькнула надежда. Может, она сумеет вымолить отсрочку?

Священник начал обряд, который должен был связать их навсегда.

– Желаешь ли ты, Элеонора.

– Постойте! Можно спросить?

– Не время для вопросов, – услышала Нора голос отца.

– Но это важный вопрос, действительно очень важный.

Райан закатил глаза:

– Пусть спрашивает, иначе она не успокоится.

– Спрашивай, дочь моя, – согласился священник.

– Может ли женщина выйти замуж за одного человека, если помолвлена с другим?

– Почему ты спрашиваешь это? – нахмурился священник.

Даже если Эван не хочет ее, просто не будет брака с Райаном.

– Когда мы путешествовали, Эван говорил всем, что он мой муж.

– Да, я это слышала. Он гордо объявлял это всем, – радостно подхватила Катарина.

– Да. Мы все это слышали. Эван не скрывал этого, – подтвердил Виктор.

– И где же твой Эван? – спросил священник, стараясь перекричать возникший в толпе шум.

– Здесь! – перекрыл сильный гул в церкви знакомый голос.

Это был Син Макаллистер. Нора обернулась, чтобы найти его глазами. Она увидела у входа человека, который, как башня, возвышался над всеми. Эван! И три его брата с ним.

Нора улыбнулась и подумала, что она глупо выглядит. Ну и пусть! Все равно!

Эван медленно шел к ней. Он был очень бледен, на лбу выступили капли пота, видно было, что он преодолевает боль. Но почему?

– Что ты здесь делаешь? – От волнения у Норы не нашлось других слов.

– Я пришел объявить тебя моей женой, если ты согласна выйти замуж за такого дурака.

Радость переполняла ее. Катарина была права – он пришел! Но почему он так долго мучил ее? Ведь еще несколько минут, и она стала бы леди Макарен.

– Почему ты так долго ждал?

Он провел пальцем по ее щеке.

– Рана воспалилась, я не мог приехать.

– Он и сейчас слаб, но едва узнал о вашей свадьбе, вскочил с постели и помчался сюда, – сказал Лахлан.

– Поедем со мной, Нора. Куда хочешь. Англия. Франция. Италия. Только скажи.

По ее щекам текли слезы. Большего она и не желала.

– Хорошо, любимый. Но сначала ты ляжешь в постель.

В толпе засмеялись.

Райан повел себя неожиданно:

– Я мог бы обидеться, но, пожалуй, так будет лучше. Нора презирает меня. Она никогда не смогла бы меня полюбить, и через год я либо убил бы ее, либо сбежал с другой. Счастья вам, Эван и Нора, и пусть всем Макаллистерам также повезет с девушками.