— Но четыре мотора... — вырвалось у Анджело.

— Выполняя правый поворот, автомобиль поворачивается вокруг левого переднего колеса при незначительном участии правого заднего. Зачем подавать энергию на правое переднее и левое заднее колеса, если они не задействованы в маневре? Энергия подается только туда, где она необходима. Компьютер достаточно быстро анализирует ситуацию и перераспределяет энергию.

— Мы сможем...

— Анджело, коэффициент полезного действия обычного автомобиля не больше двадцати процентов. То есть только двадцать процентов вырабатываемой энергии используется по прямому назначению. Почему не использовать девяносто процентов?

— Алекс, ты меня пугаешь.

— Ты тоже меня пугаешь, итальянский жеребец. Твоя репутация обгоняет тебя. Но я приготовила для тебя сюрприз. Я влюблена и на все сто процентов верна... Люси.

Он накрыл ее руку своей.

— Может, после этого нам станет легче работать. Она кивнула.

— Возможно. Не могу отрицать, что мне чертовски любопытно. Но... — она пожала плечами. — Если Люси возражать не будет...

— Так задай ей этот вопрос. А пока давай сосредоточимся на автомобилях.

Утром следующего понедельника, когда Анджело вышел из дома, Лен Брэгг и Триш Уэрнер поджидали его на дороге. На этот раз они приехали в черном «кадиллаке», который Триш взяла напрокат в аэропорту Ньюарка. Ночь они провели в «Холидей инн» в Форт-Ли, штат Нью-Джерси, и выехали в Гринвич в четыре утра. Они приехали в город слишком рано, поэтому им пришлось покружить по окрестным улицам, ожидая, пока в доме Перино зажжется свет.

Наконец вспыхнули окна, и в телескопический прицел Лен увидел Перино и его жену, переходящих из комнаты в комнату.

— Господи Иисусе!

Лен вовремя увидел блики на заднем стекле и засунул винтовку глубоко под сиденье. Позади них остановилась патрульная машина с включенным маячком.

К ним направился полицейский. Триш опустила стекло.

— Вы потерялись или как? — спросил коп.

— Именно так. — Ей хватило хладнокровия развернуть карту Гринвича. — Раунд-Хилл-роуд? Коп покачал головой.

— Вы заехали совсем в другой район. Давайте я покажу вам ее на карте.

Пока коп показывал Триш, как проехать на Раунд-Хилл-роуд, Лен думал только о том, как бы тот не заметил винтовку.

— Благодарю вас, — улыбнулась копу Триш. — Теперь я ее найду.

Они отъезжали, когда Анджело вышел из дома и направился к своему автомобилю. Патрульная машина следовала за ними несколько минут: то ли у копа возникли подозрения, то ли он хотел убедиться, что они едут в правильном направлении.

— Вот уж не повезло! — вырвалось у Лена.

— Не повезло? А по-моему, очень даже повезло. Винтовку-то он не видел! А мог бы, если бы посмотрел вниз.

— А вот Перино — везунчик. Кто-то усиленно молится за этого сукиного сына.

— Расходы. Мы потратились. Да, наше вознаграждение — полмиллиона, но у нас расходы.

— И сколько моих денег вы уже потратили? — спросил Лорен.

Он встретился с Леном и Триш в их автомобиле, на стоянке у торгового центра. Лорен не решился пригласить частных детективов в контору или домой. Роберта ничего о них не знала.

— Опять же мы должны получить компенсацию за потраченное нами время.

— Сколько?

— Примерно пятнадцать тысяч.

— Значит, у вас осталось еще двести тридцать пять тысяч долларов? — Лен кивнул.

— Приблизительно.

— Я полагаю, вы не собираетесь возвращать их мне?

— Задание отменяется?

Лорен глубоко вздохнул, нахмурился, покачал головой.

— На подъездной дорожке его теперь не убьешь. Этот полицейский наверняка вас запомнил. Кто знает, возможно, он сообщил Перино о подозрительном автомобиле.

— А где же еще? В Детройте нельзя, в Гринвиче нельзя...

— Пока не высовывайтесь. Я дам вам знать, если что-нибудь придумаю.

Добрый день. Меня зовут Роберт Карпентер. Я имею честь обращаться к миссис Перино?

Синди оторвалась от литографий восемнадцатого века. Перед ней стоял высокий блондин, синеглазый, улыбчивый, в темно-сером костюме и кремовой жилетке. Аккуратно подстриженная бородка уже начала седеть.

Она кивнула, улыбнулась в ответ.

— Один из ваших конкурентов сказал мне, что у вас могут быть скульптуры Декомба. Я его очень высоко ценю. У меня уже есть одна, и я хотел бы приобрести вторую.