Однако Яффи пригласил меня к себе вовсе не для того, чтобы сообщить о повышении жалованья. Склонившись над моим последним чертежом, он устремил на меня испытующий взгляд, нацепил на лицо дежурную улыбку и поинтересовался, как я себя чувствую.

– Нормально, - ответил я.

– Садись, Джонни.
– Я опустился в кожаное кресло, стоявшее напротив его стола.
– Выглядишь ты неважно. Должно быть, прихворнул немного, да? Иначе я не могу это объяснить.
– Он ткнул пальцем в мой последний чертеж. Работу ты запорол. Что ж, такое с каждым случается. Но ведь сегодня ты вдобавок и опоздал!
– Он сокрушенно покачал головой.
– Будь это в моих силах и, если бы ты справлялся с работой, я бы позволил тебе приходить и в десять и даже в одиннадцать. Но, увы, я распоряжаться не вправе. У нас есть определенный распорядок, которому подчиняются все. Впрочем, оставим это. У тебя нелады дома?

– Нет, я просто не в своей тарелке, - сказал я.
– Не стану притворяться. Просто сегодня неудачный день.

– Ты заболел, Джонни?

– Может быть. Точно не знаю.

– Хочешь взять отгул?

– Да, пожалуй, - кивнул я.
– Если можно. За мой счет, разумеется.

– Нет, один день компания тебе оплатит, - великодушно сказал Яффи. Езжай домой и отоспись. Приведи себя в порядок.

Я кивнул, поблагодарил его и встал.

– Джонни?

– Да, сэр?

– Джонни, я никогда не лезу в чужие дела. Я не позволяю себе вмешиваться в чужую жизнь. Но... ты не возражаешь, если я задам тебе один личный вопрос?

– Нет, сэр - спрашивайте.

– Ты поссорился с женой?

Я глубоко вздохнул, потом сглотнул и ответил:

– Нет, сэр. Мы не поссорились. Свои проблемы у нас конечно, есть, но до ссоры пока не дошло.

– Ты ходишь в церковь, Джонни?

Нет смысла терять работу ради того, чтобы послать своего босса к дьяволу. Тем более, когда на руках у тебя жена и ребенок, а за душой ничего, кроме долгов. Я набрал в грудь побольше воздуха и ответил Яффи, что церковь посещаю, но только время от времени.

– А ведь живем-то мы отнюдь не время от времени, Джонни, - сказал он.
– Начни ходить каждую неделю. Попробуй, Джонни. А теперь - ступай и приведи себя в порядок.

Грушевидная физиономия расплылась в улыбке. Прикрыв за собой, я прошептал:

– Черт бы побрал эту жирную скотину!

Но радости не ощутил.

Однако отгул, в котором я нуждался, как в воздухе, он мне все-таки дал!

3. Дипломат

Одиннадцать тридцать. Я вышел из коридора, прошагал к лифту и нажал на кнопку вызова. Подошла кабина и Крис Малдун услужливо распахнул двери. Малдун - плюгавый, скособоченный и на редкость безобразный человечек, для которого, по-моему, и с самим собой-то ужиться непросто. Он был признателен за малейшее проявление внимания, а я всегда старался обращаться с ним по-человечески. Увидев меня, он ухмыльнулся и произнес:

– Да, мистер Кэмбер, если бы она дожидалась меня, я бы тоже постарался удрать как можно раньше.

Я недоуменно уставился на него.

– Кто?

– Да эта дамочка.

Лифт устремился вниз.

– Какая дамочка?

– Она спрашивала меня про вас.

– Кто она? Как её зовут?
– Мое сердце сжалось от одной лишь мысли о том, что какое-то несчастье заставило Алису примчаться в Нью-Йорк.

– Не знаю, мистер Кэмбер. Я сказал ей, где вы служите, а она ответила, что подождет вас в вестибюле.

Лифт спустился на первый этаж и Малдун кивнул в сторону поджидавшей меня девушки.

Сначала у меня в голове промелькнуло лишь мимолетное ощущение чего-то знакомого, смешанное с восхищением перед столь чистой и девственной красотой. Но уже в следующий миг я её узнал. Эта была та самая ошеломляюще прекрасная девушка, которой я утром уступил свое место в вагоне подземки. Удивительно, но меня не столько поразило, что она здесь, как то, что она спросила именно меня.

Прелестная незнакомка приблизилась вплотную ко мне, протянула руку и спросила:

– Вы - мистер Кэмбер?

Голос у неё был грудной и певучий, с каким-то едва уловимым акцентом.

– Откуда вы меня знаете?
– тупо спросил я.

– Я все объясню чуть позже. Меня зовут Ленни Монтес. Я бы хотела поговорить с вами. Может, прогуляемся?

– Прогуляемся? Э-эээ, куда?
– неуклюже прохрипел я.

– Да куда угодно. Вокруг квартала, если хотите. На улице очень приятно. Или у вас есть какие-то срочные дела, мистер Кэмбер?

– Нет. Ничего срочного у меня нет.

– Вот и чудненько.

Она взяла меня за руку и увлекла к выходу. На полпути я остановился и сказал:

– Я не совсем понимаю, мисс Монтес - мы ведь даже не знакомы.

– О, но ведь я вас знаю. Вы так любезно уступили мне свое место в метро - таких джентльменов сейчас днем с огнем не встретишь.

Глядя на девушку, трудно было поверить, что она ездит в метро. Одна бриллиантовая брошка, должно быть, стоила приличного отрезка любой линии метро. Да и серый, с иголочки, костюм совершенно не походил на унылую бесцветную униформу постоянных пользователей нью-йоркской подземки.