Когда Кэм объяснил, что это за бумаги, Дафна с недоверием воззрилась на них. Кэм вспомнил собственное смятение, когда капитан Девро протянул ему его документы.

— Они настоящие, — сказал Кэм тихо.

Дафна прижала документы к груди, заглядывая Кэму в глаза, едва веря, что случилось невероятное.

— Но как?

— Мисс Мередит, — сказал Кэм со смешком. — Кэп встретил ее в Цинциннати и выкупил тебя на свободу, — Кэм хотел бы сказать ей правду, что Мередит Ситон была членом Подпольной железной дороги и сама хотела дать Дафне свободу, но капитан убедил его не делать этого. Для мисс Ситон будет безопаснее, если немногие будут знать о ней правду.

— Значит, это правда, — прошептала Дафна, — это правда…

Кэм кивнул, глядя, как она крепко прижимает бумагу к груди, все еще не в силах осознать до конца важность события.

СВОБОДА!

Свобода от постоянного страха, что ее вернут назад; от леденящего душу ужаса перед тюрьмами для рабов и аукционами, где подходят белые люди и требуют, чтобы она открыла рот, чтобы посмотреть на ее зубы, словно покупают лошадь, свобода от того, чтобы не ощущать себя диким животным, когда тебя везут по улицам.

Неудержимые, головокружительные чувства — восторг, благодарность, любовь — пронеслись в ее душе, как грозовые облака, и пришли слезы, смывающие горечь и ужас. Две большие руки обхватили ее талию, и она с восторгом

Ощутила, как отрывается от земли и кружится, кружится… и смеется. Она услышала густой смех, вторивший ей, и они закружились вместе, и звук их смеха, звук свободы эхом отдавался на улице и взлетал в небо.

Когда “Звезда Огайо” прибыла в Каир, Квинн быстро разыскал Кэма в доме, где жила Дафна. Квинн улыбнулся, видя, что Кэм не отрывает взгляда от бывшей рабыни, куда бы она ни пошла. И улыбка становится шире, когда Дафна встречается с ним взглядом.

Увидев Квинна, Дафна робко подошла к нему, но ее голова не была опущена, как раньше. Она взглянула ему в глаза и протянула руку.

— Спасибо вам, — сказала она просто, — я буду вечно благословлять вас.

Квинн взглянул на Кэма, а тот пожал плечами, глаза его сияли, словно он хотел сказать: “А ты чего ожидал? ”

Квинну хотелось, чтобы благодарность досталась тому, кто ее действительно заслужил — Мередит, но понимал, что сейчас ради безопасности придется скрыть истину.

Произнеся слова благодарности, Дафна ушла, все еще немного благоговея перед капитаном парохода, который помог ей. Квинн взглянул на Кэма.

— Пройдемся?

Кэм кивнул, и они быстро пошли по улице. Глаза негра с любопытством следили за Квинном. С ним произошла перемена, появилась некая легкость, которой не было раньше.

— Хорошо провели время?

— Можно и так сказать, — ответил Квинн с ничего не значащей усмешкой. — Хочешь быть свидетелем на свадьбе?

— Я был бы очень рад, кэп. У вас уже есть какая-нибудь дама на примете?

Уголок рта Квинна вздернулся еще выше.

— Иди к черту, Кэм.

Некоторое время они шли молча.

— Кэм, а ты как? Как Дафна? Лицо Кэма помрачнело.

— У нее и так было много страхов в жизни. Не хочу, чтобы она еще и из-за меня волновалась.

— Я тоже думаю об этом… про Мередит, — тихо сказал Квинн. — Ведь, черт возьми, ты прав, но и по-моему тоже будет правильно.

— Может быть, — медленно произнес Кэм.

— Мередит уверена, что разыскала в Муррее свою сестру. Это в Кентукки, отсюда примерно день верхом. Я поеду к ней. Мы попробуем купить ее сестру, но, если ничего не получится, я обещал помочь ей бежать… если она захочет.

— Когда мы выезжаем? — лицо Кэма было непроницаемым.

— Ты останешься с Дафной.

— Нет, кэп, — ответил Кэм, — вам может понадобиться моя помощь.

Квинн не стал спорить, а просто кивнул головой. Переубедить Кэма не удастся. Квинн понял это по его решительному тону. Да и действительно Кэм может помочь им. Квинн не представлял, чего можно ожидать от единокровной сестры Мередит, и, может быть, присутствие Кэма убедит ее в их добрых намерениях. Думать о том, что детектив мог ошибиться, Квинну не хотелось. Мередит будет в отчаянии. Она так надеялась, так ждала.

— Мы выезжаем завтра на рассвете, — сказал Квинн. — Сегодня днем у меня есть кое-какие дела — передать Софи письма, купить лошадей. Еще зайти в банк — нам могут по надобиться наличные.

Кэм вопросительно поднял бровь.

— Мы не можем появляться под нашим именем. Если Иване согласится продать ее, сделку можно будет оплатить наличными. Слава Богу, что у меня здесь есть десять тысяч и не надо телеграфировать Бретту.

— И вы все снимете? — изумился Кэм. Квинн кивнул.

— Это же целый мешок.