— Бедные ребята, им так не повезло, — вздохнула она.

— Бедные храбрые ребята.

Харкорт вздохнул и подумал, что слово «агнцы» было бы, наверно, более подходящим, а еще точнее — жертвенные агнцы.

— Мы обязаны похоронить их, — сказал он. — Это наш долг.

— Зачем? — возразила Рамона. — У них самый лучший гроб, который только может быть.

Ее лицо помрачнело. Мельком взглянув на нее, Харкорт в который раз подумал, что совершенно не представляет, какие мысли роятся в ее голове.

— Командир корабля — на капитанский мостик!

— Иду. — Харкорт поспешно двинулся дальше, на ходу расстегивая скафандр. На капитанский мостик он вошел со шлемом под мышкой. — Что получилось?

— Здесь весь вахтенный журнал, — сказала Кориандер. — Все, что относится к их последнему боевому заданию. Начиная с того момента, когда они добровольно согласились выполнить его, и до самой гибели. — Ее лицо побледнело, глаза напряженно следили за экраном.

У Харкорта возникло искушение послушать всю запись, но он подавил его.

— Расскажи мне коротко суть дела, — попросил он.

— Полгода назад «Джон Баньян» получил приказ отправиться на разведку к Вукар Таг, — сказала она. — Они попытались подойти поближе к планете, но истребители атаковали их, и они укрылись в зоне астероидов. Пока они добирались сюда, их корабль стал похож на швейцарский сыр, а они уничтожили семь кораблей килратхов. Произошла разгерметизация, воздух остался лишь в баллонах их скафандров. Они плыли среди астероидов, надеясь, что килратхам надоест их караулить и тогда можно будет попытаться уйти к точке прыжка. Кошки, однако, оставались на месте. Так прошло восемь часов, двенадцать… Сделав последнюю запись, командир корабля просто задохнулся. — Она умолкла на мгновение, потом заговорила снова: — Уже после его гибели компьютер сделал еще одну автоматическую запись, отметив, что двигатели выведены из строя ракетой килратхов. Прощальный выстрел, сделанный, скорее всего, наобум. Потом резервная батарея истощилась и компьютер отключился.

Харкорт резко повернулся к Рамоне:

— Вы знали о том, что перед нами еще одному кораблю дали то же самое задание?

Рамона не отрываясь смотрела на него, застыв, точно изваяние. Потом она коротко кивнула:

— Да, капитан. Неужели они не сказали вам?

— Ни слова. — Харкорт сжал губы. У него возникло отвратительное подозрение, что Рамоне известно намного больше того, что знает он. Или у него уже просто начинается паранойя? Но какая-то доля правды в этом предположении несомненно была… «И это еще не вся правда», — подумал он.

— Капитан! — позвал Билли.

— В чем дело? — Хорошо знакомые напряженные нотки в голосе Билли насторожили его. Тот ткнул пальцем в обзорный экран:

— Силуэт. Не очень хорошо видно, но… Харкорт внимательно вгляделся в изображение.

— Нельзя ли получше разглядеть это на твоем экране?

— Можно, через электронный телескоп. — Билли пробежал пальцами по клавишам своего пульта, вспыхнул еще один экран. — Готово, капитан. Полное увеличение?

Харкорт кивнул. Билли покрутил рукоятки, изображение стало больше, и стало ясно, что это…сторожевой корабль класса «Вентур»! Сильно поврежденный, с отсутствующими или исковерканными деталями конструкции, но, вне всякого сомнения, сторожевой корабль Конфедерации.

— Так, — негромко, но зловеще произнес Харкорт. — Значит, мы — под номером три. — Он повернулся к Рамоне: — Или, может быть, четыре? Или пять? Или шесть?

Побледнев и сделавшись похожей на привидение, она покачала головой:

— Они не сказали вам об этом, капитан? Неужели они на самом деле ничего не говорили?

Харкорт приложил титанические усилия, чтобы сдержаться.

— Нет, капитан третьего ранга. Ничего.

— Мы — номер три, — сказала она, — и командование очень огорчено тем, что два первых корабля исчезли бесследно.

— Огорчено? Еще бы!

Рамона беспомощно пожала плечами:

— Они подозревали, что килратхи раньше времени могли заметить наш интерес к Вукар Таг.

Харкорт не отрываясь смотрел ей прямо в лицо. Потом он сказал — очень мягко, очень спокойно:

— Теперь, надо думать, они и вправду его заметили, не так ли?

Он отвернулся и взглянул на корпус разбитого корабля на экране.

— Вряд ли, уничтожив два корабля, они не поняли, что это место вызывает у нас активный интерес.

Рамона не проронила ни звука. Когда Харкорт снова посмотрел на нее, ее глаза зачарованно смотрели на силуэт погибшего корабля.

— Знаете, — задумчиво сказала она, — если бы вы сами не были командиром сторожевика, то вряд ли опознали бы этот корабль, так сильно он искорежен.

— Да, вы, к примеру, могли и не узнать. Внезапно Харкорта словно обдало холодом — он понял, что она что-то задумала. Но что?

Очень скоро он получил ответ на этот вопрос.

— Капитан, нам нужно поговорить наедине, — сказала она.