Один за другим претенденты прыгали в склизкую шевелящуюся массу. Двое, не успев сделать и шагу, с воплями выскочили обратно — их угораздило наступить прямо на плавники. Другие пытались добраться до цели, выли от боли, падали, подворачивали ноги и, в конце концов, сдавались. Вскоре вода в поддоне и тела умирающих рыб побурели от крови. Зрители с жадным восторгом следили за каждой минутой этого представления.

Наконец пришла очередь Тора. Он был последним.

Возможно, аррак обладал каким-то волшебным действием, о котором не упомянул лекарь. Возможно, сыграла роль усталость, к тому же эль ударил юноше в голову… Ещё недавно он мог думать только об Элиссе. Сейчас он понял, что должен завоевать эту полуголую королеву шутов. Когда ему ещё доведётся побывать на таком празднике? Значит, нужно с головой броситься в веселье, а не сопротивляться ему.

Он слышал, как ратники подбадривают его. Нет, у него нет желания резать пятки до крови. Тор снова взглянул на Эйрин; она поймала его взгляд и чуть одёрнула лиф, не оставляя места воображению. На миг ему вспомнилось предупреждение Меркуда. Но теперь Тора вёл зов вожделения, и сила бушевала в нём, точно радужные краски в каменных шариках, которые передал ему отец.

Он представил себе, как упругий сгусток силы ударяет в самую гуту свирепых морских тварей. Потом выбрал двух рыб, самых крупных, смело встал на них и отдал мысленный приказ. Мгновенно усмирённые, рыбины забились в такт друг другу и стремительно поползли по телам своих умирающих и почти неподвижных собратьев.

Через несколько мгновений всё было кончено. Никто, кроме Тора, не успел даже понять, каким образом победитель добился победы. Тор стоял на другой стороне поддона, и толпа словно сошла с ума. Теперь можно короновать нового короля. Самого достойного из всех, кто когда-либо участвовал в этом жестоком состязании. Он по праву получает трон и Королеву.

Поклонившись, Тор почувствовал, как каждая жилка в его теле пульсирует от желания. В душном воздухе летней ночи шум раздавался особенно отчётливо… и в то же время словно отступал. Эйрин повернулась к юноше и взяла за руку.

— Я так и не поблагодарила тебя за то, что ты вступился за меня днём. Ненавижу Горона! Надеюсь, после того, как я врезала ему по яйцам, они у него стали размером с дыни!

Она мило улыбнулась, как ни в чём не бывало, помахала своим подданным. Две служанки поспешно омыли Тору ноги. И два трона, на котором сидели Король и Королева, подняли и понесли по площади.

Хмель мгновенно выветрился из головы у юноши. Хватит. Надо возвращаться и присмотреть за Клутом.

— И куда мы теперь? — спросил он у Эйрин.

— Скоро увидишь, — загадочно отозвалась она, покачиваясь над толпой.

«Она восхитительна», — подумал Тор, откидываясь на спинку трона. Когда процессия покидала площадь, он снова заметил прайм-офицера Кайруса, который явно пребывал в прекрасном настроении и отсалютовал юноше кружкой эля.

Счастливая толпа потянулась за компанией горожан, которая несла троны к Дому Лета. Там «монархам» предстояло остаться на ночь и заняться тем, ради чего все и затевалось. Согласно поверью, брак Короля Моря и Королевы Вина — залог того, что в следующем году рыбы в сетях будет много, виноград уродится, а значит, городу будет обеспечено благополучие.

Торкин был измотан до предела. Вдобавок связь с Клутом слабела и была готова вот-вот оборваться. Ухватившись за невидимую нить, юноша уловил зов. Как будто он не знал, насколько Клуту нужна его помощь! Без подпитки калека долго не протянет. Но откуда взять силы?! В отчаянии он послал своему другу последний исцеляющий импульс. И тут же мир перед глазами закружился, и Тор безвольно откинулся на спинку трона, а его голова склонилась набок.

Маленькая ладошка легла ему на руку. Эйрин заметила, что с её «супругом» что-то не так, и кивком указала на людей, которые толпились впереди. Путешествие закончилось.

— Просто делай то же, что я, и все это быстро закончится, — шепнула она.

Женщины, выстроившись вдоль дорожки, бросали им под ноги виноградные листья. Дорожка упиралась в небольшую постройку на одной из вершин крошечного двугорбого холмика, а на другой одиноко росло могучее дерево.

— Это Дом Лета, — Эйрин взяла Тора за руку. — Идём. Король и Королева сошли с тронов и медленно зашагали к дому. На этот раз за ними никто не последовал. Горожане пели песню — речь шла о плодородии, плодовитости, урожае и улове, но намёки были достаточно прозрачными. От новобрачных ожидалось, что они отнесутся к исполнению брачных обязанностей со всей серьёзностью.

Дверной проём, казалось, был завешен светом — внутри горело множество ароматических свечек, разливающих тяжёлое благоухание. Порог был щедро усыпан душистыми травами, большая кровать под мягким муслиновым пологом тонула в золотистом сиянии. Кроме неё, в комнате находился лишь небольшой столик, накрытый к ужину.

— Поцелуй меня, — шепнула Эйрин и, заметив, как смутился Тор, добавила: — Как только ты меня поцелуешь, они уйдут.

Мысли Тора устремились к Элиссе и снова обратно. Пусть боги сжалятся над ним и сделают так, что именно этой ночью Элисса не услышит ни одной его мысли. Он коснулся губами губ Эйрин и услышал аплодисменты. Поцелуй был нежным, неторопливым и бесконечно долгим. Потом у Тора откуда-то взялись силы, чтобы подхватить Эйрин на руки и войти в дом. Лишь когда её спина коснулась простыни, их губы рассоединились.