Ну, тратить время и силы на их поиски не стоит, решил Генка. Соберемся уходить — Роман сам же и заберет свои сокровища. Надо только приглядывать за ним повнимательней.

Он не знал, когда Роман прятал находки. Еж ошибочно предположил, что это могло быть сделано, пока он спал. А почему бы и нет? Вполне возможно… Когда Роман понял, что придется идти за водой и оставлять спящего беспробудным сном напарника, то решил перед уходом припрятать добычу. Но что-то Генку смущало, какая-то нелогичность, неувязка… Догадка зудела в голове, как назойливый комар, и ловко уворачивалась от попыток сцапать ее в кулак.

Тем временем Еж обошел кабинеты первого этажа. Поддел замки нескольких запертых дверей — за ними ничего, только грязь и хлам, выбитые стекла, слой слежавшихся листьев на полу. И никаких документов — распахнутые шкафы и вывороченные ящики столов зияли пустым нутром. Ладно, двигаемся дальше, на второй этаж.

Подошвы берцев гулко щелкали в тишине по бетонным ступеням.

Если Роман и Бен кем-то посланы, чтоб вынести из «Вымпела» ценную информацию, то почему они просто не пристрелили каких-то двух случайных бродяг, встреченных на пути? Мысль оформилась внезапно. Словно устала кружить под потолком, и уселась на оконной раме прямо перед носом. По логике, посланцы должны были соблюдать режим секретности. А в него входит и устранение свидетелей. Но они сначала отпустили проводника, потом подошли и заговорили с двумя незнакомцами, ну ладно — заговорили, пристрелить-то незнакомцев можно было и после разговора, но вместо этого посланцы почему-то навязываются вместе с ними на один маршрут, потом идут собирать артефакты, а потом так и вовсе в подземелье с незнакомцами лезут. Неужели Роман и Бен не понимали, что при этом они рискуют стать жертвами банальных грабителей?

«Вот откуда они знали, что мы с Завхозом не грабители?» — саркастично усмехнулся Генка и вдруг осекся.

А если знали? То есть, Роман знал? Если он — тот самый капитан Фадеев, тогда все складывается.

«Он с большой вероятностью мог знать меня в лицо», — подумал Ёж, — «Ведь после ходки на «Луч» наши портреты и досье точно дошли до безопасников, это к гадалке не ходи! Ох, темнит капитан… Наверное, решил втереться в доверие, подговорить меня идти куда-то с ними вместе, и привести прямо в лапы своих… Или в лапы погонников… Да хрен редьки не слаще! Иначе с чего бы им еще не валить с ценным грузом поскорее отсюда, а корефаниться с незнакомыми сталкерами?»

Другая мысль — о том, что у капитана Фадеева и юного Бена тоже могут быть серьезные проблемы со службой безопасности, Генке в голову пока еще не пришла.

…Да, разумеется, Роман понимал, что если оставить Ежа в «Вымпеле» одного — спящий Бен не в счет — то Генка сразу же сунет любопытный нос в чужие вещи, а потом полезет осматривать здание. Ну и пусть, черт с ним. Все равно ничего «такого» не найдет. Подробная поэтажная схема здания у Романа с собой. В рюкзаке Бена — стандартный набор вещей обыкновенного сталкера. А «винты» в контейнере Генке сроду не найти. Даже если и догадается, где следовало бы пошарить, то с одной действующей рукой он туда все равно не залезет. Так что брать его с собой в поход за водой не было совершенно никакого смысла — наоборот, лишний риск для него самого. Пусть уж лучше за спящим Беном присмотрит. Даже если не будет рядом сидеть — все-таки спокойнее, когда кто-то остался поблизости.

Шли они молча. Хотя Роману и было о чем расспросить Юрку, но это не срочно, оно и подождать может. А отвлекаться в таком месте или, хуже того, звуками голоса привлекать к себе внимание — ненужный риск. Юрка шагал уверенно, после последнего выброса эта тропа была пройдена и им, и Ежом несколько раз, все отметки аномалий оставались на своих местах. Только изредка Завхоз прокидывал перед собой какие-то участки пути, вызывавшие сомнение.

Осторожность не подвела. Когда ветер донес несколько отрывочных звуков явно человеческой речи, Роман и Юрка нырнули в ближайшие заросли и залегли. Умудрились даже немного замаскироваться перепрелой и мокрой прошлогодней листвой. И вовремя. Мимо прошли четверо — без знаков принадлежности к какому-либо клану, одетые и экипированные весьма разнообразно. Роман проводил их крайне недобрым взглядом, прикидывая, а не лучше ли превентивно ликвидировать этих сталкеров, если четверка пойдет явно по направлению к «Вымпелу». Но трое из них против одного после недолгой перебранки на тему «не полезем в это гиблое место» свернули направо, с намерением обойти «Вымпел» по широкой дуге, и четвертому осталось только подчиниться мнению большинства. Знали бы они, что тем самым сохранили себе жизнь… Честно говоря, Роман и сам был не в восторге от перспективы развязать бой. Пока эти бродяги шли мимо, он жестом приказал Завхозу: «бери вон тех двух», и натолкнулся на ошалелый Юркин взгляд. «А ведь он не сможет первым хладнокровно выстрелить в человека», — только что дошло до Романа. Неизвестно, как этот добродушный тюфяк до сих пор умудрялся выживать в Зоне, но факт… На Завхоза в бою с людьми рассчитывать нечего. А четверо против одного — многовато будет.

Ну да ладно. Проблема сама ушла в сторону… По крайней мере, до следующего раза… А пока можно вылезать и продолжать путь.

Дошли вполне спокойно, люди больше не встречались, снорки не приближались — Роман вовремя заметил двух и пристрелил издали; только псевдопсы временами действовали на нервы визгом и воем, но приблизиться не рискнули.

Наконец холмы расступились; на дне естественной котловины темнел глухой забор с «колючкой» поверху — территорию научного лагеря обустроили всерьез, основательно. И охрана у ворот, разумеется…

— Завхоз, а они по нам не стрельнут?

Завхоз достал фонарь, и, держа его в вытянутой руке, чертил им в воздухе горизонтальные восьмерки.

— Это сигнал, что мирные сталкеры идут поторговаться…

— И что, они поверят? — усомнился Роман.

— Главное — поймут, что идут нормальные люди, а не зомби. И не обстреляют, по крайней мере, сразу. Потому что господа ученые сами за артефактами не побегут. И вояки за ними тоже не очень-то охотно ходят — гораздо проще нашими руками жар загребать. А если вояки будут не глядя мочить всех, кто к лагерю приближается, то кто, спрашивается, им артефакты на блюдечке принесет? Потому и подпускают всех. Хотя рискованно это, конечно… В смысле — для нас, сталкеров, рискованно. Могут ведь все отобрать, и выпиннуть с пустыми руками. Хотя… Пока тут иностранная экспедиция работает — опасаются вот так беспредельничать. Чтоб репутацию не портить перед международным сообществом, значит. Эх, хоть бы иностранцы подольше не уезжали… — вздохнул Завхоз. — Ладно, пошли вниз.

Ноги вязли в раскисшем от дождей иле. По мере спуска приближались звуки обитаемого, обжитого людьми места: лязг металла, рокот мотора, возгласы… Потянуло дымком и запахами кухни. В научном лагере вовсю бурлила жизнь.

Роман, еще стоя на берегу, на всякий случай надел респираторную маску. Мало ли… Вдруг его портрет срисуют… Лучше уж поостеречься, тем более что ходить в Зоне в маске — совершенно естественно и никаких подозрений не вызывает.

Они с Юркой остановились в стороне от ворот; причем сам Завхоз не стал подходить слишком близко. Он оживил КПК и вызвал из памяти заранее подготовленное сообщение. На английском, заметил Роман, украдкой взглянув на экранчик через Юркино плечо. «Hello, Asuka» и что-то там еще, Роман не успел прочитать, но похоже — какая-то условная фраза. Да, наверняка Ёж заготовил… Асука? Забавно… И на каком же языке Завхоз собирается с ней общаться?!