Ну, герой, как самочувствие?
– Произнесла та что пониже с пышными седыми усами. Присела на кровать и ухватилась за запястье.

Честно?
– Хамнул я.

Ну…

Вчера было лучше.
– Врач заулыбался, собрав в лучики морщины вокруг глаз и не сдержавшись рассмеялся в голос.

Нет вы посмотрите на него! Веселится! Вчера! Да ты неделю между этим и тем све-том прогуливаешься. Как ты дорогу не перепутал ума не приложу. Держит тебя здесь что то. Крепко держит. На вот.
– Он опустил руку в просторный карман халата и вытащил пластиковый обмылок мобильника. У меня от удивления глаза едва не вывалились и орбит.

Занятная вещь… - Смутился врач.
– Жаль себе такого позволить не могу. В рубашке твоей лежал. Кастелянша говорит трезвонит круглые сутки - людей пугает. Забери пока.
– Он положил на его на одеяло подсунув под скрюченные пальцы.
– Пару дней еще здесь поскучаешь, а потом тебя в общую переведем.
– Я удивленно завертел головой. В палате стояли еще три аккуратно застеленные кровати с похожими на мой механизмами прочно привинченными к спинкам.

А можно вопрос, доктор?

Ну?
– Вкинул кустистые брови, уже собравшийся уходить хирург.

Почему я здесь один?

Хм… - Задумался он на секунду.
– Здесь, понимаешь ли болеют недолго. Либо туда - Он ткнул пальцем в потолок - К живым. Либо того… Гхм… Наоборот, то есть.

К живым… - Эхом откликнулся я.

Знамо дело, лучше к живым.
– Отозвался врач.
– Ты этот день запомни. Родился ты заново сегодня, сынок.
– Я скривился.

Не в первый раз, доктор…

Гкхе… - Не понял врач. Нахмурился вспоминая не бывал ли я среди его пациентов. Потом положил шершавую ладонь с изъеденными сулемой ногтями мне на лоб и, обраща-ясь к персоналу, озабоченно проговорил.
– Глюкозы добавьте и лювеналу на ночь, чтобы спал крепче. Заносит парня.
– Больше не говоря ни слова вышел из палаты. Кроме меня у него было наверное еще несколько десятков пациентов каждому из которых нужно было сказать, что то ободряющее. Вспомнил его слова.
– Неделю между этим и тем светом… - Да не неделю… А полжизни… Между… Этим и тем… - Я вздохнул глубоко. Выдохнул, успокаи-ваясь. Странно. Этот человек мне никто, ни брат ни сват, а с ним разговор словно костыль подмышкой - легче.

Он мне просто жизнь спас.
– Всплыло вдруг осознание причины приязни.

Коротко тренькнул телефон. Не перевариваю любителей слушать в исполнении мо-бильника классическую музыку. Я с усилием сжал пальцами старенькую “Нокию” и поволок к уху.

Да… - Обозначил я свое присутствие в эфире. Трубка молчала. Молчала особенно. Молчала со смыслом.

Вас не слышно! Перезвоните!
– Разозлился я и нажал сброс. Телефон затрещал че-рез секунду.

Алле… - Отозвался я снова.

Ты как?
– Послышалось через паузу.

Спасибо, хреново - Рефлекторно отпарировал я.
– А кто это?

Не узнал?

Не узнал.
– Признался я.

Вот те раз… Два, три, четыре пять… Вышел зайчик погулять…

И что?
– Ругнулся я озабоченно.

Да так.
– Ответила трубка.
– Остались от него рожки да ножки.
– Диким восторгом подперло дыхание.

Аната.
– Выдохнул я с улыбкой полного дебила на лице.
– Ты где?

Здесь еще.
– Потянулась пауза. Столь неожиданное заявление нужно было перева-рить. Жизнь научила меня в подарки не верить и я не верил. Или почти не верил. Очень хотел верить, но понимал, что это бессмысленно. Фантом никогда не сможет стать челове-ком. Не потому, что я этого не хочу, а потому, что… Потому, что этого просто не может быть!

И когда тебя ждать?
– Совершенно неожиданно для себя спросил я.

А ты ждешь?
– Осторожно осведомилась девушка.

Я же обещал.
– Храбро отозвался я.

Значит… - Начала Аната и осеклась. Мои пальцы судорогой сжали телефон. На лбу выступили капли пота. Ощущение близости понимания ВСЕГО просто сводило с ума.

Аната, подожди… - Шепнул я в трубу.
– Не отключайся прошу тебя.
– Ответа на бы-ло. Я заскрежетал зубами. Я должен сказать ей. Должен сделать сейчас что то очень важное. Что то самое главное. Что то такое, что решит все. Ответить на все вопросы сразу. «Произнести пароль».

У вас продается славянский шкаф?
– Бред.

Шкафа нет. Есть никелированная кровать.
– Господи откуда это?
– Я откинулся на подушки.
– Помоги, Боженька, надоумь.
– Ответ был где то совсем рядом. Я словно забра-сывал в океан своей памяти спининг с яркой блесной и крутил-крутил-крутил катушку, вытягивая лесу и чертыхаясь, менял блесну и швырял ее в океан снова.

«Найти ключ».
– Скопом, ярко, проникая друг в друга, голося и слепя надвинулись выпуклые живые картинки: Огромный бородатый мужик вставляет в амбарный замок ви-тиеватое металлическое кружево. Водопроводчик с прилипшей папироской к нижней губе, меланхолично крутит гайки.
– Хозяин, подмаслить бы… - И хитро щурится. То ли от дыма, то ли выпрашивает на пузырь. Лост задумчивый, грустный, в легком подпитии, протяги-вающий на ладони тонкое кольцо.

Здесь!!!
– Взорвалось под черепом.
– Где то здесь!!!
– Забормотал слово отозвав-шееся ощущением просветления.
– Ключ-ключ-ключ.
– Я застонал. Запрокинул голову.
– Мать вашу!!! Где? Ключ!!! Замок!!! Двери… - Меня шибануло ледяным ознобом.
– ВРАТА!!! Она идет своим Путем… Она Идущий… А я? Я?
– Я сел на постели и ошарашенно уставился перед собой.
– Я Хранитель!!! Я Хранитель её Пути!!! Так?! Так! Я должен указать ей куда двигаться дальше. Я должен открыть Врата, но как? ВРАТА!!! Куда?! Где?!
– Мне показа-лось, что я сейчас разрыдаюсь. Ответ был настолько близок, что не понять его казалось невозможным, но я не понимал. Не осознавал. Не чувствовал.