– Вы чо, мужики? – недоуменно спросил он.

Картузов не стал тратить время на разговоры и сразу выстрелил.

Хлоп! – пуля из его «кедра» пробила рабочему голову над левой бровью.

Вместе с листом фанеры рабочий рухнул в снег. Третий рабочий в испуге отступил назад, но поскользнулся на снегу и упал. Картузов переместил следом за ним ствол пистолета-пулемета и снова выстрелил.

Хлоп! – вторая пуля тоже попала в голову, но на этот раз ушла чуть выше.

Картузов не увидел входного отверстия, но по крови, вытекающей на лоб рабочего, и по его стекленеющему взгляду он понял, что не промахнулся. Картузов удовлетворенно выдохнул: «Дело сделано. При попадании в голову контрольного выстрела не требуется. Мы уложились в несколько секунд. Вокруг тишина. Значит, все остальные ничего не заметили. А если и заметили, то не поняли, что произошло на нижнем участке».

«Барсы» быстро перетащили трупы за последнюю рекламную конструкцию, которая так и осталась незавершенной.

– Забросать снегом? – спросил у Картузова напарник.

– Оставь, некогда, – махнул рукой Картузов.

Он торопливо стаскивал с рабочих куртки с эмблемой соревнований.

– Ты зачем в грудь стрелял? – спросил он у напарника. – Как теперь с дыркой наденешь?

– Чеченцу отдам, – безразлично ответил напарник.

«Барсы» облачились в куртки рабочих и на их снегоходе отправились к городу. Сани-волокуши решили не отстегивать. Сани еще могли пригодиться, чтобы вывезти станцию наведения. Рабочие на трассе равнодушно проводили взглядом взбирающийся по горному склону снегоход: «Ребята закончили со своими рекламными щитами, вот и возвращаются обратно». Никто даже не обратил внимания, что на снегоходе едут только два человека вместо трех.

Подъезжая к городу, Картузов считал расположившиеся на окраине дома: «Если я не ошибаюсь, то вот в этом доме должен находиться наводчик Умаров». Чтобы точно удостовериться в этом, требовалось выехать на улицу и посмотреть номер дома. Картузов остановил снегоход у штакетника с задней стороны двора.

– Жди здесь, – приказал он своему напарнику. – Я быстро. Только заберу чеченца и аппаратуру. Но сначала проверю номер дома.

Картузов слез со снегохода и, пробираясь между заборами дворовых участков, вышел на улицу. Он не ошибся. Дом действительно оказался тем, какой ему и требовался. Картузов осторожно подошел к двери и прислушался – тишина. Опытный наемник на всякий случай снял «кедр» с предохранителя и осторожно постучал. Картузов положил палец на спусковой крючок. Отчего-то очень реально ему представилась возможность засады. Второй раз Картузов постучал в дверь уже сильнее и назвал первую фразу пароля.

«Куда может пойти человек, сошедший с автобуса в одиннадцать вечера? – этот вопрос пытался решить Чернышов во время поиска наводчика террористов. – Террорист вышел из автобуса в этом районе. У него с собой тяжелые вещи, значит, он не собирался далеко идти пешком. Он здесь, в этом самом районе. Район подходит террористу как нельзя лучше. Здесь окраина города, и здесь много маленьких одноэтажных домов, рассчитанных на одну семью. Но хозяева не сдают дома в аренду. Они сами живут в них. Правда, могут сдать комнату, но ведь не в одиннадцать часов вечера. Куда мог пойти террорист? Куда?»

Оперативники, участвующие в розыске террориста-наводчика, действовали довольно прямолинейно. Они по очереди обходили все дома и расспрашивали хозяев, не видели ли они в понедельник вечером или позже, возможно, в другой день, определенного человека. При этом оперативники называли хозяевам приметы чеченца, которые выяснил Ветров в аэропорту. Но люди отвечали отрицательно. Ни в понедельник, ни в какой другой день, включая сегодняшний, никто описываемого человека не видел. В принципе это подтверждало версию Чернышова о том, что чеченец постоянно находится около станции наведения ракет.

«Террорист сидит на одном месте и не выходит на улицу, поэтому его никто не видел. Вот только бы знать еще, где это место. – Чернышов постарался определить, как действовал террорист после того, как попал в город. – Итак, он выходит в нужном ему районе. Здесь он собирается поселиться. Ему нужен одноэтажный дом. Что он делает? Выбирает понравившийся дом. Ему идеально подошел бы пустой дом. Но здесь нет пустых домов. В каждом живут люди. Выходит, присутствие хозяев не смутило террориста. Террорист выбрал дом. Он стучит в дверь. Ему открывают. Он просит сдать ему комнату. Хозяева ему отказывают. Он идет в следующий дом. Снова отказ. И так далее, пока…

Глупости! Не будет террорист ходить от дома к дому, пока его не впустят. Он вошел в первый же дом. Вошел силой. А как же хозяева? Он собирается жить в доме почти неделю. Хозяева будут мешать ему. Что с ними делать? Проще убить. Этот террорист – смертник. У него ненормальная психика. Да, он попросту убил их. Чтобы не мешали ему, он убил хозяев дома. Убил целую семью. Мы должны проверить дома, где никто не открыл двери. Надо выяснить у соседей, когда хозяева бывают дома, а когда нет. Если отсутствие хозяев окажется подозрительным, двери придется вскрывать».

Чернышов связался с оперативниками, по его приказу проверяющими дома в районе предполагаемого местонахождения террориста, чтобы дать им новое задание. Он еще не закончил инструктаж, когда позвонил майор Сазонов.

– Павел Андреевич, служба радиолокации в 10–15 зафиксировала вылет вертолета из лагеря террористов, – доложил Сазонов. – Правда, из-за гор они не смогли зафиксировать место, где приземлился вертолет. Но локаторщики утверждают, что вертолет не покидал района Минеральных Вод.